Чтение онлайн

Мне удается подняться на колени, вытереть слезы с глаз.

— Я не собираюсь убивать тебя — говорю я — Я, черт возьми, даже не знаю тебя, Генри.

— Но я знаю тебя — говорит он — Эрик Картер. Я знаю, что ты убил его. Теперь ты собираешься убить и меня, не так ли? О, боже.

Я не помню, чтобы он был там в ту ночь, но тогда все было довольно хаотично. Генри...

— Это не моя вина. Я не знал. Это не моя вина.

Генри!– Он останавливается, как только я на него кричу. Я не собираюсь тебя убивать. Мне нужно с тобой поговорить. Мне нужно кое-что узнать о Будро. Я даже заплачу тебе. Принесу тебе немного еды. От его близости у меня слезятся глаза, и дело не только в боли в носу — И душ.

— Не хочу никакого душа — говорит он — Вода. Вода — это плохо. В ней тонешь. Она поглощает тебя. В ней плавают рыбы. Но я буду бурбон. Раз уж ты покупаешь. отлично. После этого "Кадиллак" еще месяц будет потрясающе пахнуть.

Я нахожу безымянный мексиканский бар на участке шоссе Пасифик-Кост, который проходит через доки Лос-Анджелесской гавани. Снаружи он выкрашен в яркие цвета фуксии, а на боку вручную выведено слово "CERVECERIA". На парковке полно потрепанных пикапов и седанов, скрепленных проволокой. Сюда приходят выпить рабочие-иммигранты, которых нанимают перевозить грузы вопреки правилам профсоюза.

Я захожу внутрь, оставляя Эллиса сидеть на тротуаре. Не думаю, что он убежит, если судить по тому, как загорелись его глаза, когда я сказал, что куплю ему выпивку. Я покупаю бутылку и пару стаканов. На меня бросают взгляды, но никто ко мне не пристает. Я выхожу на улицу, присаживаюсь на бордюр рядом с Эллисом и наполняю его стакан.

— Прежде чем ты начнешь задавать свои вопросы — говорит он — я налью себе. Как ты меня увидел?

— Твое маскировочное заклинание слишком слабое. Конечно, ты обманул обычных людей, но брось, чувак. Любой, у кого есть талант, мог бы это понять.

Он вздыхает и бормочет что-то себе под нос. Делает глоток пива.

— Я вложил в это все, что у меня было — говорит он — На то, что у меня осталось, я едва ли смогу сам закурить.

— Я слышал, с тобой что-то случилось. Ты можешь колдовать, но не можешь подключиться к бассейну? Что-то в этом роде?

— Да, что-то в этом роде. Чертов Будро. Гребаный хуесос. Ты, конечно, хочешь узнать о Будро. Тебе это пойдет на пользу.

— Привет, чувак. Все, что угодно, поможет.

— Почему ты хочешь знать? И это спустя столько времени?

— Кто-то убил мою сестру, и я думаю, что Будро оставил после себя что-то, что, возможно, имеет к этому отношение.

— Тогда тебе нужно поговорить с Беном Дунканом. У него есть все. Если Будро что-то оставил, то это у него есть.

Я показываю на свой забинтованный нос.

— Да. Он сменил имя. Теперь его зовут Гриффин.

— Просто сломан нос? Тогда он был в хорошем настроении — Он допивает свой бурбон и протягивает стакан за добавкой. Я наливаю ему еще — Так спрашивай. Что ты хочешь знать?

Что я хочу знать? Теперь, когда он у меня в руках, я не знаю, что с ним делать. Я знал, что он не станет просто вытаскивать что-то из своей задницы и говорить: Вот так, сынок. Но, честно говоря, я не знаю, о чем его спросить.

— Э-э... Ты работал на Будро. Напрямую?

Он кивает.

— Ага. Такой шанс выпадает раз в жизни. Я преподавал в Праге. Что-то вроде приглашенного ученого.

Он бросает на меня взгляд, который, по-моему, должен быть пронзительным, но выглядит просто пьяным.

— Ты знаешь что-нибудь о — он делает паузу, позволяя напряжению нарастать — некромантии?

Смеяться больно, но я ничего не могу с собой поделать.

Глава 13

— Что? — возмущается он — Я знаю, о чем говорю. Некромантия, очень серьезное занятие. Я пытаюсь не рассмеяться, правда пытаюсь. Но то, что этот вонючий бродяга говорит о мертвецах как мультяшный злодей, слишком нелепо.

— Я знаю — говорю я — Поверь мне, я знаю. Как, черт возьми, по-твоему, я тебя нашел? Эта мертвая толстуха сказала мне, где ты.

Он задумчиво смотрит на меня.

— Ты знаешь другую сторону — говорит он.

— Это в моем вкусе. А в твоем?

Он качает головой.

— Нет. Я кое-что смыслю, но предпочитаю исследования. Для этого Будро меня и нанял. Я знал, что однажды он умрет. Хотел найти способ запечатлеть его дух и сохранить его в надежде, что он сможет вернуться к жизни.

Я обдумываю это секунду и уже вижу в этом дыры.

— Призраки исчезают. Не могу это остановить. Может продержаться какое-то время, но в конце концов он сдастся.

— Я знаю, но он не стал слушать. Со временем они деградируют. Теряют память, свою индивидуальность, верно? Ты знаешь почему?

Я открываю рот и понимаю, что не знаю. Не совсем. Я никогда не был силен в теории. Все, что я узнал, я почерпнул у других магов или узнал сам. Теперь он заинтересовал меня — Всегда думал, что они просто направляются туда, куда им нужно. Рай, Ад, Элизиум, Валгалла. Подобные места.

— Вроде того. Но они не делают этого сразу. Они утекают, как вода. С каждым днем они теряют все больше своей сущности. Но их индивидуальность пронизывает все это. Человек теряет большой палец, он теряет безымянный палец. Призрак теряет большой палец, и от него уходят воспоминания о детском саде.

Я наблюдал, как призраки со временем деградируют. Я знаю, о чем он говорит. Они становятся менее материальными. Их воспоминания становятся менее четкими — Интересная теория.

— Это промежуточное пространство так же ядовито для них, как и для нас. Оно сдирает слои так же, как высасывает жизнь из нас.

Царство мертвых — это одна большая комната ожидания. Вы можете называть это Чистилищем или Геенной, если хотите, хотя я слышал, что это места сами по себе. Все теории, которые я слышал, основывались на идее, что призраки достаточно сильны, чтобы сопротивляться притяжению, которое приведет их к месту назначения, а не на том, что все они медленно движутся по кругу. С такой идеей я раньше не сталкивался.

— И Будро хотел, чтобы вы нашли способ остановить это? Как бы ты вообще это сделал?

— Окружающая среда — это ключ к успеху. В лучшем случае это раздражитель, который уничтожает призрака. Когда частица песка попадает в устрицу, она обволакивает её слоями материала, из которого в конечном итоге получается жемчужина — говорит он.

Кажется, я начинаю понимать.

— Значит, ты бы завернул призрака во что-нибудь, что окружающая среда... — Я подыскиваю идею — съела бы вместо него? — И тут меня осенило — Другие призраки.