Месть графа Эберлин
Шрифт:
— Лучше, — сказала Лили и зевнула. — Честно говоря, я больше всего хотела бы выбраться из этой несчастной постели.
— Доктор Триттман говорит, что тебе нужно оставаться в ней.
— Доктор Триттман излишне осторожен. Пожалуйста, найдите мне халат и тапочки. Я хотела бы посидеть у огня.
Энн помогла ей надеть шерстяной халат и усадила в кресло у очага. Радуясь тому, что она сидит прямо, Лили поджала ноги под себя и оперлась на подлокотник кресла, позволяя теплу от огня согревать ее лицо. — Сколько выпало снега? — спросила она.
— По крайней мере фут! — воскликнула Энн. — И так рано в сезоне! Достаточно, чтобы его светлость был вынужден развернуться и вернуться.
— Простите? Эберлин? Он вернулся сюда?
— Да, му'ум, — сказала Энн, снимая с кровати простыни. — Ему придется остаться на ночь. — Она остановилась и усмехнулась. — Линфорд был в полном замешательстве, когда его светлость вернулся. Он сказал: "Что мне с ним делать?"
— Что Линфорд с ним сделал? — с любопытством спросила Лили.
— О, миссис Торп сказала: "Линфорд, ты поместишь его в зеленый номер, как можно дальше от ее светлости". — Энн виновато взглянула на Лили. — Простите, — добавила она, слегка присев в реверансе. — Луи показал ему дорогу, а когда он вернулся к нам, ниже по лестнице, он сказал, что граф проинструктировал его, чтобы вам не мешали, что он не хочет мешать вашему выздоровлению и что он будет обедать в своих комнатах в семь часов.
— Он все это сказал, да? — Это было похоже на Тобина, подумала Лили, откинувшись на спинку кресла. Он осмелился командовать ее персоналом, как будто они уже были его собственными. — А Люси?
— О, она составила компанию его светлости на большую часть дня. Миссис Торп сказала, что мисс Тафт напоила его светлость чаем в детской, заставила его сидеть за маленьким столиком и стульями, свернувшись калачиком, пока миссис Торп не спасла его. Она сказала, что будет ужинать в детской с мисс Тафт. — Энн улыбнулась. — Миссис Торп сказала, что ее скачки, как у бешеной зайчихи, испытают чьи-либо нервы, особенно нервы немощных. А мисс Тафт сказала, что она не знает, что такое "немощный", но она полагает, что миссис Торп, должно быть, самый немощный человек из всех, кого она когда-либо встречала, поскольку она лучше всех испытывает ее нервы.
Лили тихонько рассмеялась. — Может быть, мне привести ее сюда и избавить миссис Торп?
— О, нет, му'ум. Миссис Торп говорит так, как будто она расстроена, но ведь она может привести любого из нас обедать с мисс Тафт, не так ли? Она предпочитает делать это сама. Я думаю, что она будет очень скучать по девочке, когда та уедет в Ирландию.
Разве не все они будут скучать? — Ну что ж, — сказала Лили, — похоже, что сегодня вечером я буду хозяйкой. Скажите Линфорду, что я буду ужинать с графом Эберлином в своей гостиной здесь, нравится графу это или нет.
— Леди Эшвуд! — воскликнула Энн. — Вы уверены? Вы еще совсем больны, а он… он…
— Он гость в моем доме. И я предпочту знать, чем он занимается, чем лежать здесь и гадать.
С помощью Энн Лили умыла лицо и расчесала свои безжизненные волосы. Она была слишком измучена, чтобы их укладывать, поэтому она отпустила свои длинные пряди. Она надела простое дневное платье и завернулась в шерстяную накидку. Это было далеко не самое модное, что у нее было, но сегодня ей было все равно. Она хотела только поужинать и лечь спать.
В без пятнадцати семь с Линфордом прибыл Престон, чтобы подготовить ее гостиную к ужину. — Мне помочь вам пройти в гостиную? — спросила Энн.
Лили улыбнулась ей. — Я всего лишь больна, Энн, а не хрома. Я справлюсь.
В гостиной Лили сразу же потянулась к теплу пылающего огня, который зажег Линфорд. Она наклонилась, чтобы погреться, когда прибыл Тобин. — Леди Эшвуд.
Как формально! — Граф Эберлин, — чопорно ответила она.
— Я пришел, как вы просили, но я предпочел бы поужинать в комнатах, которые ваш персонал так любезно предоставил мне на ночь. Я не хочу вас беспокоить.
— Да, мне уже сказали, — сказала она и указала на кресло рядом с ней. — Но я предпочла бы, чтобы вы были здесь, где я могу вас видеть.
Он выгнул бровь. — Если бы кто-то не знал правды, то мог бы предположить, что вы прониклись ко мне нежными чувствами.
— А если бы кто-то не знал правды, то мог бы предположить, что вам можно доверять. — Она улыбнулась. — Пожалуйста, садитесь, Тобин.
Он сел, откинувшись на спинку кресла, закинув ногу на ногу, его карие глаза пристально смотрели на нее. — Вы выглядите лучше. Не такая бледная.
— Я чувствую себя лучше. — Она плотнее закуталась в накидку.
— Вам холодно? — Он тут же подошел к очагу и, опустившись на одно колено, подбросил дров в огонь.
— Милорд, позвольте мне, — сказал Линфорд, поспешно подходя.
— Я ни капли не возражаю, — сказал Тобин.
Он был из тех людей, которые привыкли делать все сами, предположила Лили. Строить свои собственные костры, плавать на своих собственных кораблях… если бы кто-то не сражался с ним, то мог бы очень восхищаться им. Можно было бы увидеть силу в его плечах и бедрах, и игру мускулов в его руках и ногах и подумать, вот мужчина, который…
— Так лучше? — спросил он, снова повернувшись к ней.
Лили заморгала. — Да. Спасибо.
— Позволите подавать, мадам? — спросил Линфорд.
— Пожалуйста.
Тобин быстро помог ей встать на ноги, а затем сесть за маленький столик. Он не сводил глаз с Лили, пока Престон наливал суп в их тарелки.
Лили проигнорировала пристальный взгляд Тобина — запах еды взволновал ее, и ее тело отреагировало. Она взяла ложку и попробовала луковый суп, ненадолго закрыв глаза, когда тепло просочилось сквозь нее. Когда она снова открыла их, Тобин улыбался.
— Вы не против? — извиняющимся тоном спросила она. — Я чувствую, как будто не ела несколько месяцев.
— Вовсе нет, — сказал он, gesturing к ее миске. — Я рад видеть у вас аппетит. Ранее сегодня я не давал вам благоприятных шансов на выживание. Теперь я надеюсь, что вы полностью выздоровеете.
— Вам никогда не следовало сомневаться в этом, — сказала она, с удовольствием взяв хлеб, который предложил ей Линфорд. — Я не могу умереть, пока не выиграю нашу маленькую войну.
— Так мы снова вернулись к войне, да? — спросил он. — Я скорее думал, что мы договорились об обратном.
Лили взглянула вверх, и Тобин подмигнул ей так тонко, что по ее телу разлилось тепло, и покалывание кожи головы. — Не заблуждайтесь, сэр, мы все еще находимся в состоянии войны. Если, конечно, вы полностью не передумали?
— Вряд ли. — Он усмехнулся и поднял свой бокал. — За достойного противника, к которому я отношусь с большим уважением.
Лили пожелала, чтобы у нее хватило сил пнуть его по голеням. — Значит, именно ваше уважение ко мне заставляет вас так решительно… — Она вспомнила о Линфорде и и Престоне, которые молча стояли настороже, и остановилась.