Чтение онлайн

Женя.

Это был Женя.

Тот же нос. Те же губы. Те же глаза - только без огромных очков.

Я смотрела на фотографии и чувствовала, как земля уходит из-под ног.

Женя - это TJ.

Нелепый, заикающийся Женя в мешковатом худи - это мировая звезда с миллионами фанатов.

Очки, одежда, заикание - всё было маской. Спектаклем.

Он притворялся.

Всё время притворялся.

– Красивый, правда?
– бабушка Соня смотрела на фотографии с любовью.
– Моя гордость. Мой Тэджунчик.

– Да, - выдавила я.
– Красивый.

– Он с детства такой был. Талантливый. Особенный.
– Она вздохнула.
– Жаль только, приезжает редко. Работа, работа, вечно работа. Но он хороший мальчик. Добрый. Бабушку не забывает.

Я кивала. Улыбалась. Говорила что-то.

А внутри всё рушилось.

– Ты в порядке, деточка?
– бабушка Соня заглянула мне в лицо.
– Бледная какая-то.

– Да, - соврала я.
– Просто… голова немного кружится. Я, наверное, пойду.

– Конечно, конечно.
– Она засуетилась.
– Может, чаю ещё? Или поесть чего?

– Нет, спасибо. Мне правда пора.

Она проводила меня до двери. Обняла крепко.

– Приходи ещё, Ева. Тэджун говорил, ты ему очень нравишься.

Я кивнула. Не смогла ответить.

Вышла на улицу.

Дошла до угла.

И там - у забора, скрытая от глаз - согнулась пополам и зарыдала.

Так, как не плакала никогда в жизни.

Женя - это TJ.

Всё это время он был рядом. Притворялся нелепым ботаником. Смотрел, как я говорю, что ненавижу айдолов. Слушал, как я рассказываю, что хочу простого парня.

Проверял меня.

И я эту проверку провалила.

На катке - убрала руку, когда подруги смеялись. Постеснялась его. Его - нелепого, странного, в дурацких очках.

А потом пошла к нему - настоящему, красивому, знаменитому. И отдала ему себя.

Он всё знал.

Знал, что я выберу TJ, а не Женю.

Знал, что я окажусь такой же, как все.

Поэтому утром он смотрел на меня с таким холодом. Поэтому выбросил меня, как использованную вещь.

Я была для него - очередным доказательством. Что людям нужен только TJ. Только слава, только блеск. А Женя - никому не нужен.

И я это доказала.

Я рыдала - долго, страшно, до икоты.

Прохожие оборачивались, но я не замечала.

Я потеряла его.

Обоих.

И Джея, и Женю.

Потому что они были одним человеком.

Человеком, которого я предала дважды.

Глава четырнадцатая

Я бежала домой, не разбирая дороги.

Слёзы высохли на морозе. В голове был хаос - мысли путались, налезали друг на друга, не давали дышать.

И вдруг - посреди этого хаоса - одна мысль.

Ясная. Чёткая.

Почему я думаю, что кого-то предала?

Я остановилась. Прямо посреди тротуара, возле какой-то аптеки. Люди обходили меня, но я не замечала.

Почему я чувствую себя виноватой?

Да, Женя мне понравился. Да, он поцеловал меня в снегу, и это было нежно, и правильно, и хорошо. Его губы были мягкими, а руки - тёплыми, и в тот момент мне казалось, что я нашла что-то важное.

Но Джей…

Джей попал мне в сердце первым.

Там, на горе. Когда я врезалась в него и лежала в снегу, как дура, а он смотрел на меня сверху вниз своими невозможными глазами. Когда он рассмеялся - неожиданно, искренне - и протянул мне руку. Когда сказал, что у меня волосы как облако.

Я влюбилась в Джея.

Не буду врать себе. Влюбилась. С первой встречи. Глупо, безнадёжно, как школьница. Он снился мне по ночам. Я думала о нём каждый день. Искала его на горе, в городе, везде.

А потом появился Женя. И он тоже мне понравился - по-другому. Мягче. Теплее. С ним было легко говорить о книгах и фильмах. С ним я чувствовала себя понятой.

Но если бы мне пришлось выбирать…

Я не знаю. Честно - не знаю.

Оба нравились. Оба были важны. Особенно после того поцелуя в снегу - Женя перестал быть просто «милым парнем» и стал чем-то большим.

Но Джей был первым.

И теперь…

Теперь я знаю, что они - один человек.

И этот человек - улетает в Сеул.

Через три часа. Он сказал - через три часа.

Сколько прошло?

Я схватила телефон. Дрожащими пальцами набрала в поиске: «рейсы Южно-Сахалинск Сеул сегодня».

Загрузка. Ещё. Ещё.

Рейс 14:30. Статус: задержан до 16:00. Технические причины.

Задержан.

Я посмотрела на часы. 14:47.

У меня есть время.

Час. Чуть больше часа.

Я побежала к дороге, вытянула руку.

– Такси!

Машина летела по заснеженным улицам.

Водитель - пожилой мужчина с усами - косился на меня в зеркало заднего вида.

– Торопишься куда, дочка?

– В аэропорт. Быстрее, пожалуйста.

– Самолёт?

– Человек.

Он понимающе хмыкнул и прибавил газу.

Я сидела на заднем сиденье, вцепившись в ручку двери, и смотрела, как мелькают за окном дома, деревья, люди.

Что я делаю?

Еду в аэропорт. К человеку, который использовал меня и выбросил. Который утром смотрел на меня как на пустое место. Который заплатил мне браслетом с бриллиантами, как проститутке.

Зачем?

Чтобы сказать ему всё.

Всё, что я о нём думаю. Всё, что он со мной сделал. Всё, что я чувствую.

Я не буду рыдать и умолять. Не буду просить его остаться. Не буду цепляться за его ноги и кричать «не уходи».

Я просто скажу правду.

А потом - пусть улетает. Пусть возвращается в свой Сеул, к своим миллионам фанаток, к своей идеальной жизни.

Но он услышит меня.

Он чёртов должен меня услышать.

Аэропорт встретил меня гулом голосов.

Новый терминал - тот самый, которым я восхищалась, когда прилетела сюда месяц назад - сейчас казался огромным и враждебным. Стеклянные стены, высокие потолки, толпы людей.

И среди этих толп - особенная толпа.

Девушки. Сотни девушек. С плакатами, с фотографиями, с телефонами наготове. Они столпились у входа в зону вылета и скандировали.