Чтение онлайн

Ничего.

Он прочитал - и не ответил.

Прошёл день.

Я ходила на пары как зомби. Сидела, смотрела в одну точку, не слышала ни слова.

Маша пыталась расспрашивать, но я отмахивалась.

– Потом, Маш. Потом.

Каждые пять минут - телефон. Обновить сообщения. Проверить почту.

Ничего.

Вечером я написала ещё раз.

«Джей, пожалуйста, ответь. Я волнуюсь.»

Отправлено. Доставлено. Прочитано.

Без ответа.

Прошло три дня.

Я почти не ела. Почти не спала. Мама смотрела на меня с тревогой, но я говорила - всё нормально. Просто устала. Сессия скоро.

Враньё.

Я умирала.

Медленно, изнутри. Каждый час без его сообщения - как капля яда. Маленькая, почти незаметная. Но они копились, копились, копились.

Я перечитывала нашу переписку. Вернее - мои сообщения. Синие пузыри на белом фоне. Без единого ответа.

«Привет. Ты долетел? Всё хорошо?» Прочитано.

«Джей, пожалуйста, ответь. Я волнуюсь.» Прочитано.

Два сообщения. Оба прочитаны. Ни одного ответа.

Что я сделала не так?

Прошла неделя.

Я больше не писала ему. Не было сил. Не было смысла.

Он не ответит.

Не позвонит.

Не пришлёт билеты.

Всё это - было игрой. Красивой, убедительной, жестокой игрой. Он сказал то, что я хотела услышать. Поцеловал меня так, что я поверила. И улетел.

«Я люблю тебя. С той чёртовой горы.»

Враньё.

«Мне нужна только ты.»

Враньё.

«Обещай, что приедешь.»

Враньё, враньё, враньё.

Я лежала на кровати и смотрела в потолок. Слёзы текли по вискам, но я не вытирала их. Зачем?

Он использовал меня. Дважды. Сначала как TJ - переспал и выбросил. Потом как Джей - наговорил красивых слов и исчез.

А я - дура - поверила.

Опять поверила.

– Ева, — мама села на край моей кровати.
– Что происходит?

– Ничего.

– Не ври мне.
– Её голос был мягким, но настойчивым.
– Ты неделю ходишь как тень. Не ешь. Не спишь. Глаза красные.

Я молчала.

– Это из-за него?
– спросила мама тихо.
– Из-за Жени?

Я повернулась к стене.

– Не хочу об этом говорить.

Мама помолчала. Погладила меня по волосам - как в детстве, когда я болела.

– Когда будешь готова - я здесь. Хорошо?

– Хорошо.

Она ушла.

А я лежала и думала о том, буду ли я готова хоть когда-нибудь.

Прошёл месяц.

Боль притупилась. Не исчезла - но перестала быть острой. Превратилась во что-то тупое, ноющее. Как старый перелом, который болит перед дождём.

Я больше не плакала. Не проверяла телефон каждые пять минут. Не искала его имя в интернете.

Удалила наш чат. Заблокировала его номер. Не потому что простила - потому что устала.

Просто жила.

Ходила на пары. Слушала лекции. Делала домашку. Общалась с Машей, которая больше не спрашивала о нём - видела, как мне больно.

И играла.

Каждый день - часами. Садилась за рояль в школе искусств и играла, пока не начинали болеть пальцы. Шопен. Дебюсси. Рахманинов. Листа. Всё подряд.

Музыка спасала. Как всегда.

Когда я играла - исчезало всё. Боль, обида, воспоминания. Оставались только клавиши, звуки, мелодия.

Оставалась только я.

– Ева, - директор школы искусств позвала меня после занятия.
– Задержись на минутку.

Я вошла в её кабинет. Она сидела за столом - пожилая женщина с добрыми глазами и седыми волосами, собранными в пучок.

– Присаживайся.

Я села.

– У меня для тебя новость.
– Она улыбнулась.
– Хорошая.

– Какая?

– Ты помнишь конкурс молодых пианистов? Региональный этап?

Я кивнула. Я участвовала две недели назад. Играла Шопена - ноктюрн ми-бемоль мажор. Тот самый, который играла, когда Джей впервые услышал меня.

Тогда это казалось знаком судьбы.

Теперь - просто больно.

– Результаты пришли сегодня утром, - директор продолжала.
– Ты заняла первое место.

Я моргнула.

– Что?

– Первое место, Ева.
– Она протянула мне конверт.
– Поздравляю. Ты заслужила.

Я взяла конверт машинально. Открыла. Внутри - диплом с золотой рамкой. И ещё один листок.

Приглашение.

Я развернула его. Прочитала.

«Международный конкурс молодых пианистов имени Фредерика Шопена. Финальный этап. Место проведения: Сеул, Южная Корея. Дата: 15-20 марта.»

Сеул.

Я уставилась на это слово.

Сеул.

Город, где живёт он.

– Это… - я не могла говорить.
– Это правда?

– Правда.
– Директор улыбнулась шире.
– Билеты и проживание оплачивает организатор. Тебе нужно только приехать и сыграть.

Сеул.

Я еду в Сеул.

Не потому, что он прислал билеты. Не потому, что он позвал.

Потому что я- заслужила.

Сама.

Своими руками. Своим талантом. Своей музыкой.

И почему-то от этого - впервые за месяц - стало легче дышать.

глава семнадцатая

Самолёт коснулся земли мягко, почти нежно.

Я вздрогнула и открыла глаза. За иллюминатором - серое утреннее небо, бетон взлётной полосы, огни аэропорта. Инчхон. Сеул. Корея.

Я здесь.

Сердце забилось быстрее - то ли от волнения, то ли от страха, то ли от чего-то ещё, чему я не хотела давать имя.

Не думать о нём. Не думать.

Пассажиры вокруг зашевелились, потянулись к багажным полкам. Корейская речь - мелодичная, быстрая - обволакивала со всех сторон. Я не понимала ни слова.

Достала телефон. Включила.

Сообщения от мамы: «Долетела? Напиши сразу!»

От Маши: «Ты уже там??? Фоткай всё!!! Хочу видеть!!!»

От Алисы: «Удачи на конкурсе! Мы болеем за тебя!»

И ничего от него.

Конечно, ничего от него. Уже месяц - ничего. Я заблокировала его номер, удалила переписку, запретила себе даже думать.

Но думала. Каждый день. Каждую ночь.

Особенно сейчас - когда я была в его городе. В городе, где он жил, дышал, пел. Где ходил по этим улицам, смотрел на это небо.