Чтение онлайн

– Это же прекрасно! – восклицает Элизабет, присаживаясь рядом со своим мужем. – Ты идешь на поправку, сынок!

– Да, мама, - нервно то сжимает, то разжимает наши руки, отвечает Джим, прихлебывает свой чай. Левой рукой немного неудобно, но я тоже пригубляю горячую жидкость, что быстро распространяет тепло по телу. – Отец, я…

– Не надо, - Редмонд поднимает руку, останавливая Джима, - я знаю. Все в порядке.

Муж больше ничего не говорит, лишь кивает своему отцу и снова утыкается в кружку.

– Я недавно разговаривал с твоим отцом, Дженнифер, - вдруг подает голос мистер Николсон и от упоминания отца по телу бегут мурашки, а перед глазами алая пелена вспыхивает. – Приглашал нас на свадьбу, что будет через пару месяцев…

– Отец! – гаркает неожиданно Джеймс, отчего Элизабет вздрагивает, а Редмонд переводит свой тяжелый взгляд на сына. – Не поднимай больше эту тему.

– Отчего же? Я просто хотел узнать придёте ли вы?

– Милый, - тихо шепчет Элизабет, накрывая руку своего мужа, словно хочет остановить.

– Я сказал: Не поднимай эту тему перед моей женой впредь! – рычит и чуть ли не скалиться.

Черт. Когда тебя оберегают от боли – приятно. И почему ты раньше не мог перестать быть таким мудаком, а, Джим?

– Никогда. Ясно я выразился?

Редмонд хмыкает и кивает, и либо мне кажется, либо его серые глаза и впрямь сверкают смехом.

***

Джеймс.

«Видел твой подарок Элизабет, красивый» - мигает сообщение от отца. – «Надеюсь, своей жене ты сделаешь столь же прекрасный подарок на ее день рождение. Которое будет через четыре дня. Так, просто напоминание».

Вот ведь блядство.

Все эти три года нашего супружества подарок для нее всегда выбирала мама, зная и понимая, что я не буду этого делать. Меня даже силком притаскивали на это мероприятие находя буквально даже в другом городе куда я предварительно сбегал. А теперь я понятия не имею что ей дарить. Букет цветов и побрякушку, которую она едва ли будет носить, потому насколько я заметил ни колец, ни цепочек у нее нет, разве что, уши проколоты. Но это все равно отдает банальшиной. Боже, да я даже никуда выйти не смогу, чтобы найти хоть какой-то подарок, потому что она всегда со мной.

Полный пиздец.

Остается лишь в интернет-магазинах поискать и надеется, что хоть что-то ей придется по нраву. Но с учетом того, что я еще практически ни черта о ней не знаю – это будет сложно…

Дженнифер.

Октябрь после нескольких дождливых дней вдруг выдался на редкость теплым: солнечные лучи проникли под плохо зашторенные занавески, оглаживая комнату и прыгая по моему лицу - именно они меня и разбудили; серые тучи расступились перед солнечной рыбой и небо вновь окрасилось в голубой, ветер стих и ало-желтый листопад прекратился.

Поверить не могу, что моя жизнь так сильно изменилась за последние месяцы, если честно я думала, что так и проведу всю жизнь в этой адовой колеснице с мужем-козлом и его стервозной любовницей. Но нет, все в корне поменялось - блондинистая дрянь была выкинута из нее моим же мужем, что теперь прикован к инвалидной коляске, и я надеюсь, что не навсегда.

Ни за что бы не подумала, что эта история приведет меня к практически дружбе с наглым самоуверенным засранцем. Что оказался не таким уж и засранцем на самом то деле, просто жизнь оказывается, и впрямь конкретно так поимела его, начиная еще с самого детства.

Звук захлопывающейся двери вырвал меня из мыслей.

Ох, точно, Джим же удивительным образом сжалился надо мной и сказал сегодня хорошенько выспаться и отдохнуть, привести себя так сказать в порядок, а сам отправился на процедуры с сиделкой.

– Поспи сегодня наверху, - в самый последний момент произнес Джим, поглядывая на меня лишь краем глаза. Да, это еще один удивительный момент - с той самой ночи, как я впервые осталась с ним ночевать, я сплю в его кровати. Кошмары больше не мучили ни меня, ни его.
– Хочу, чтобы ты хорошенько выспалась и отдохнула к завтрашнему вечеру, так что, в больницу я поеду с сиделкой.

– А..
– я указала пальчиком на него, в недоумении поглядывая то на Джима, то на кровать позади его спины.

– Думаю, одну ночь уж я как-нибудь переживу, да и кто знает, быть может сегодня мое подсознание сжалиться надо мной, - Николсон немного нервно усмехается.
– Просто помоги мне лечь, окей?

Я киваю.

– Но, сначала массаж, - бормочу я чуть ли не под нос от всей этой неожиданности.

Что такого будет завтра раз я должна хорошенько отдохнуть?

Опускаю взгляд на свои руки и чувствую, как мурашки бегут вдоль позвоночника от фантомных ощущений горячей смуглой кожи под пальцами и переливов мышц от легчайшего нажима.

Встряхиваюсь, выбивая ненужные мысли из головы и отправляюсь в душ.

Время до вечера бежит с неумолимой скоростью за работой над поиском информации и продумыванием вопросов про Дерека Хейли. Честно, у меня на счет всего этого интервью просто примерзкое предчувствие, словно что-то обязательно должно случиться. Какая-нибудь подстава или еще что, о чем я даже думать не хочу с учетом всех слухов и подтвержденных фактов о личной жизни этого мужчины.

Брр, аж в дрожь бросает.

Около шести часов вечера в дверь постучали, а на пороге стоял курьер.

– Дженнифер Николсон?
– спрашивает меня он, пока я в упор разглядываю его, не понимая, что он тут делает, ведь я ничего не заказывала, да и Джим насколько мне известно тоже. Хотя в последние дни он практически безвылазно сидел в своем планшете, мало ли, но тогда бы спрашивали его, а не меня.

– Э, да, это я.

– Вам доставка, пожалуйста, распишитесь вот здесь, - он указывает пальцем мне на нужную колонку и вручает ручку, где я ставлю свою заковыристую подпись.
– Приятного вечера, до свидания.

– И вам, - пораженно мямлю я в ответ, потому что перед глазами до сих пор неоновыми всплесками мигает имя заказчика.

Джеймс Николсон.

Это... неожиданно.

И что же он такого мог мне заказать, и почему он сам до сих пор не вернулся домой, ведь насколько я знаю в расписании не было ничего кроме больницы? Аккуратно ставлю пакет на диванный столик и достаю оттуда коробку со знаменитым знаком Gucci. А в ней профессиональный рукой было сложено восхитительного насыщенного темно-синего практически черного цвета из мягкого нежного бархата, что ласкало кожу.