Подменыш. Дикая магия
Шрифт:
Дверь в камеру стояла открытая.
За ним что, приходили, но почему-то отвлеклись?
Он прислушался, но из коридора не доносилось ни звука.
Бесшумно встав, юноша дошел до того места, где пытался вчера колдовать (как мы помним, безуспешно), и потер кулаками саднившие глаза.
Опять иллюзия? Специально, чтоб его помучить?
Он просунул руку в проем – дверь открывалась наружу, – потрогал створку. Та покладисто качнулась. В этот миг его разума будто коснулся беззвучный, но глумливый смех. Нечто смутно зловещее, но не слишком пока агрессивное забавлялось его смятением, его неуверенностью, а обитало оно на каком-то другом, не совпадавшем с его, плане реальности. Пол постоял еще, ожидая, но кто бы за ним ни наблюдал, смеяться он пока передумал.
Наконец он решился и вышел в коридор. Там было пусто.
И что теперь? Попробовать пойти тем же маршрутом, каким он вчера следовал за Лариком? Или отправиться на поиски приключений – куда-нибудь в другую сторону? А, может, вернуться во двор, захватить одну из летучих тварей и сбежать?
Последний вариант представлялся, конечно, наиболее разумным: убежать, спрятаться и дождаться, когда к нему возвратятся силы. После этого можно податься обратно, в Рондоваль, поднять свои чудовищные армии, пойти маршем на Авинконет, как он прежде ходил на Наковальную, и разнести тут все к чертовой матери.
Уж всяко лучше, чем торчать тут, в самом сердце вражеской цитадели, без сил и с численным превосходством противника.
Пол решительно повернул в сторону двора с клетками. И никуда не пошел.
Дорогу ему преграждала завеса из бледного пламени.
– Стало быть, выбор мой в том, что выбирать не из чего, – пробормотал он себе под нос.
Что, опять? – раздался знакомый ироничный голос у него в голове.
– Ну, на самом деле мы еще посмотрим, как оно все обернется.
Да, это уж как всегда, – прозвучало уже несколько более примирительно.
– Вот чего я никогда не мог понять: вы мне кто – враги или все-таки союзники?
Мы агенты. И один раз мы тебе уже помогли.
– А что будет в следующий?
Почему ты вообще сомневаешься в тех, кто был с тобой заодно в прошлом?
– Потому что потом у меня осталось такое чувство, будто меня во что-то втягивали.
Я бы сказал, что мы тебя, наоборот, откуда-то вытягивали.
– Спорный тезис. Но не станем отвлекаться. Вы сказали, что вы агенты? Агенты чего?
Перемен.
– О, это слово имеет слишком много значений. А уточнить никак?
Две силы, работающие над этим миром, суть наука и магия. Время от времени они вступают друг с другом в конфликт. Мы на стороне магии.
– Это место не особенно похоже на оплот технологий.
А оно и не он. Здесь никакой прямой конфронтации не идет.
– Да черт бы вас всех взял! От вас прямого ответа добиваться – что рысь в лесу доить! Может, скажете просто и прямым текстом, что здесь тогда идет?
Истина настолько священна, что мы ее хорошо охраняем и не доверяем кому попало.
– Но вам, я так понимаю, зачем-то нужно мое сотрудничество.
Именно поэтому мы снова тебе помогаем.
Пол попробовал переключиться на второе зрение. На сей раз все, кажется, сработало вполне гладко. Он разглядел внутри пламени человеческий силуэт: маленький, мужской, со склоненной головой и спрятанными в широких рукавах, сходившихся в темном центре фигуры, руками. Оранжевая ниточка плавала рядом с правой кистью Пола, а другой ее конец уходил туда, в огонь.
Он поймал ее и накрутил на пальцы. Драконья метка на запястье вздрогнула.
– А теперь ты скажешь мне то, что я хочу знать… – начал Пол.
Руку его словно сунули в горящую печь. С трудом подавив крик, Пол шлепнулся на одно колено. Второе зрение мигом погасло; рука болела адски.
Силой ты от нас ничего не добьешься, – пришел высокомерный ответ.
– Значит, я найду другой способ, – процедил сквозь стиснутые зубы Пол.
Было бы куда проще и сэкономило массу времени, если бы ты просто дал нам показать тебе ситуацию… а не тратить целую ночь на слова.
Пол встал, баюкая болящую руку в другой.
– Ничего лучшего я от вас уже явно не добьюсь, – проворчал он.
Воистину. Обернись и следуй за ним.
Пол сделал, как ему сказали, и увидел еще один огненный язык. Этот был размером всего лишь с ладонь и висел в воздухе посреди коридора шагах в восьми впереди. Как только взгляд Пола упал на него, огонек заскользил прочь.
Маг вздохнул и пошел за ним.
Они проследовали через зал гротескных статуй как человеческого, так и нечеловеческого обличья; тусклый алый отсвет, мягкий и словно бы кипящий изнутри, лежал здесь на всем… отбрасываемый, возможно, самим проводником. В нем невольно создавалось впечатление, что каменные изваяния вот-вот пошевелятся… или уже зашевелились. Воздух тут был какой-то спертый, и Пол машинально затаил дыхание, пока не покинул это неприятное место.
Подобное свечение он потом видел и в других залах и коридорах, но нигде больше интерьер не выглядел таким мрачным, как в той комнате с ее статуями. Бр-р-р! К тому же драконья метка начала пульсировать, стоило ему только переступить порог… и не прекращала еще очень долго.
Он миновал несколько каменных лестниц – каждая высечена грубее прежней, – и сырых покоев, и длинных коридоров, которые, судя по уклону, увели его уже глубоко под замок; они были высечены из живого камня горного склона. В какой-то момент Пол опомнился и оглянулся, но того, другого пламени нигде не было видно.
А еще он заметил, что тени у него за спиной двигались как-то уж очень текуче… и словно бы почти разумно; эта их манера ему, надо сказать, совершенно не понравилась, и он прибавил шагу, чтобы не отстать уж слишком от резвого проводника.
Всюду толстым слоем лежала пыль – этими помещениями явно очень долго никто не пользовался. Это его даже немного приободрило – учитывая, что в тот момент он как раз проходил через серию неплохо оборудованных пыточных камер, где имелось все, чего только душа пожелает: и тебе разнокалиберные цепи, и козлы, и щипцы, и щипчики поменьше, и гири (целый набор), и плетки, и молотила, и молоты, и вдобавок целый арсенал клинков самых причудливых форм и размеров.
Все это было в пятнах не то ржавчины, не то… нет, пусть уж лучше будет ржавчины, но все покрывал чрезвычайно утешительный слой серой пыли. По углам, кстати, там и сям валялись кости, давно изглоданные грызунами, сухие, хрупкие, выщербленные и обесцвеченные. Пол провел пальцами по стене и уловил эхо криков из далекого прошлого, а переключившись на второе зрение, увидел мелькающие, тоже почти подпороговые, отблески былых зверств, врезавшиеся в саму ткань этого места. Пришлось поскорее вернуться к первому.