Чтение онлайн

– Хорошо. – Мейсон вскакивает так стремительно, что его ботинки скользят по полу, а у меня под ребрами все сильнее ворочается какое-то странное беспокойство.

Ноа на мгновение поднимает глаза к потолку, а потом снова смотрит на меня – смотрит с какой-то усталостью.

– Я привел людей, которым ты будешь по-настоящему рада, – говорит он, потом оглядывается и отходит в сторону, пропуская тех, кто стоял у него за спиной.

Чувствую огромное облегчение, закрываю лицо руками и рыдаю в голос.

Наконец-то! Я так этого ждала!

Все мое тело сотрясается, когда сильные руки обхватывают меня и прижимают к себе.

– Папа!

– Все хорошо, детка. – Его голос срывается. – Все в порядке. Я здесь, и мама здесь.

Мейсон всхлипывает где-то рядом, и тут появляется мама, она гладит меня по голове. Прижимаюсь к ее груди, а папа обнимает нас обеих, но взглядом я ищу парня в дальнем конце палаты.

Ноа.

Он тоже смотрит на меня, и я вижу что-то знакомое в его глазах, они рассказывают какую-то совсем другую историю.

Но он уходит, прежде чем я успеваю разобраться.

За дверью я приваливаюсь к стене, закрываю глаза и делаю глубокий вздох через ноздри, а потом выдыхаю ртом.

Я снова ушел от нее.

Я заглянул в глаза любимой девушке, увидел в них знакомый огонек, а потом он угас.

Снова.

Мне так хотелось подойти к ней, упасть на колени и поцеловать ее. Поцеловать то место на голове, которое скоро заросло бы и у нашего малыша, если бы судьба была добрее и позволила ему родиться.

Я знаю по собственному опыту, как жесток этот мир. Но я бы все отдал, чтобы уберечь ее от несчастий.

Прижав ладонь к груди, отталкиваюсь от стены, но не успеваю отойти, как сзади раздаются шаги.

– Ты куда? – слышу голос Мейсона за спиной. – Зачем вообще приходить, если опять собираешься сбежать?

– Твоя мама увидела меня на парковке и попросила проводить их. Я не решился отказать ей, хотя, наверное, надо было.

– А что ты делал на парковке?

Я сглатываю.

– Возвращайся к своей семье, Мейсон.

– Это тебе стоит вернуться к своей семье!

При этих словах я резко разворачиваюсь, чтобы наброситься на него, но улыбка на лице Мейса сбивает меня с толку.

Через секунду чувство разъедающей беспомощности захлестывает нас обоих.

– Ноа, ты член семьи. И уже давно, с тех пор как она так решила. – Он подходит ближе. – Не уходи. Ты ей нужен.

– Она не знает, кто я такой.

– Она помнит то, что произошло летом. Многие воспоминания не четкие, как в тумане, но тебя она помнит.

Я качаю головой, чувствую, как над глазами пульсирует боль.

Господи, почему мне только хуже?

– Ари помнит какого-то парня с пляжа, с которым поболтала минутку, и хорошо помнит, в кого была влюблена. Как раз того чувака, к которому она потянулась после того, как док сообщил на всю палату, что она носила ребенка и потеряла его. Нашего ребенка, моего ребенка. Но она считает, что его отец – Чейз. – Меня охватывает мучительная тоска. – Я не могу утешить любимую женщину после страшной потери, и я никогда не прощу себя за это. Никогда.

На лице Мейсона отражается страдание.

– Ноа, ты в этом не виноват.

– Но я не смогу избавиться от чувства вины, просто не смогу… Возвращайся в палату, отец наверняка хочет поговорить с тобой.

– Пойдем вместе. Доктор сказал, что два травмирующих события объединились в ее сознании в одно, и нам нужно найти способ помочь ей как-то разделить их. Ты поможешь мне. Пойдем вместе.

Лифт рядом с нами открывается, из него выходят Брейди и Чейз.

У Чейза в руках букет цветов.

Я замираю, меня будто окатили ледяным душем.

– Ноа, ты где все это время был? – Брейди шагает ко мне, но Мейсон поднимает руку, и он останавливается.

– Там мои родители приехали, идите поздоровайтесь, – говорит Мейс, не глядя на парней. Брейди и Чейз нерешительно поворачиваются и идут к больничной палате.

С каждым их шагом меня пронзает острая боль. Мне невмоготу видеть, как они делают то единственное, чего хотелось бы мне: быть с ней рядом, просто рядом, если уж невозможно вместе.

Двери лифта закрываются, но у меня нет сил ждать, когда они снова откроются, поэтому я кидаюсь к лестнице.

– Я ей сказал! – неожиданно выкрикивает Мейсон.

Я замираю, и стеклянная дверь, которую я успел толкнуть, качнувшись назад, едва не ударила меня по лицу. Меня охватывает гнев. Оглядываюсь на Мейсона через плечо.

– И что же ты ей сказал?

Он отводит взгляд, когда я подхожу к нему.

– Мейсон? – Я стою вплотную, ему некуда деться.

– Она знает, что ребенок не от него.

Клянусь богом, у меня будто ломается что-то внутри.

– Только не ври.

– Зачем мне врать? – Мейс возмущенно смотрит на меня, но через несколько секунд смягчается: – Я уточнил этот момент, но не рассказал ни о чем другом.

Я отворачиваюсь. Прикусываю язык, чтобы не разрыдаться прямо здесь.

– Я не знаю, что делать. Но я очень хочу, чтобы она знала – она не одна все это переживает, – говорит Мейсон.

Чувствую комок в животе.

– Не одна. Клянусь.

– Не сомневаюсь в этом. – В его голосе слышится сочувствие. – Ноа, она обязательно начнет задавать вопросы, с этим ничего не поделать. Как мне на них отвечать? Пожалуйста, помоги ей вспомнить.

Сердцебиение учащается, мышцы напрягаются.

– А если она не вспомнит?

– Тогда на фиг воспоминания.

Я усмехаюсь в ответ, и он тоже улыбается.

– Она же уже влюблялась в тебя однажды? – Он пожимает одним плечом. – Дай ей шанс снова в тебя влюбиться.

Подавив страх, задаю вопрос, который не дает мне покоя:

– А если она не захочет?

Мейсон качает головой:

– Да брось. Это же Ари. Та же девушка. А ты – это по-прежнему ты.

Моя пауза, наверное, слишком долгая, потому что Мейсон расстроенно смотрит на меня.