Препод. В тени запрета
Шрифт:
— Так вот, Тимур, слушай сюда, — Виктор Львович вновь откидывается, в его голосе звучит угроза. — У тебя два дня, чтобы исправить всё. Иначе… Я не только аннулирую вашу сделку, но и позабочусь, чтобы тебя никто больше не взял на работу в этом городе. Никто. Ни один контракт не будет подписан с твоей компанией. И не думай, что друзья тебе помогут. Я знаю, как на них надавить, чтобы они вообще от тебя отвернулись. Захочешь остаться в этой сфере — будешь ползать на коленях.
— Вы мне угрожаете? — спокойно переспрашиваю, оставаясь неподвижным.
— Нет, Рокотов, предупреждаю. Ты не ребёнок. Ты взрослый мужик, и я жду от тебя мужского поступка. Ищешь юриста, подписываешь бумаги и женишься на Софи. И забудь уже наконец про всех своих девиц. У тебя есть невеста.
— А что, если я откажусь? — спрашиваю я, сам не веря, что слова вырвались.
— Если откажешься… — он усмехается, встает и поправляет пиджак. — Ты станешь никем, Рокотов. Абсолютно никем. Вот как выбрался из говна в князи, так назад туда и вернешься. У тебя два дня.
Дверь захлопывается, оставляя меня одного. Сердце стучит, в голове хаос. Его слова о Софи звучат эхом. Но в то же время мысли о Мие... о её теплом взгляде, о том, что между нами было. Всё это сталкивается в голове, переплетается.
Когда соглашался на это, казалось такой выгодной сделкой. Тем более жена, это сразу повышает доверие и статус. Все правильно. Все как планировал.
А нутро выедает, как будто не так что-то идёт.
Два дня, чтобы решить эту проблему.
Я сжимаю виски. Головная боль усиливается. Чёртова свадьба, чёртовы земли….
Снова вспоминаю, как гуляли с ней по тому объекту, как она потом плакала в машине и как мне не хотелось ее отпускать. Как сейчас ненавижу себя, что действовал с ней так грубо в универе. Из-за меня все это случилось. Девочка моя, хрупкая.
Два дня.
Она ведь просто могла согласиться быть моей любовницей и все было бы хорошо. Но пошла против. Конечно, что она теряет при этом? Только меня, невелика потеря. На мое место быстро кто-то другой найдется. Кто-то её трогать будет, ласкать, сексом с ней заниматься.
Хер им.
Она моя.
Набираю ее, искренне хочу узнать, как она, но в ответ только получаю очередь из обид и претензий, что наговорил чего-то её отцу. Тот тоже не особо доволен чем-то. Никто не рассказывает, что с ней и как она себя чувствует. Приходится поднимать связи, искать кого-то знакомого, кто работает в этой больнице и может рассказать о Мие.
— Роман, добрый вечер, это Рокотов.
— Тимур? Добрый вечер, секунду, — Марусь, давай сделаем тише.
На заднем фоне, судя по голосам, какие-то мультики.
— Да, — возвращается ко мне.
— Отвлекаю?
— Да хоть разнообразие какое-то, а то феи винкс уже приелись немного.
Вообще не понимаю, о ком он, но усмехаюсь. Мне бы такие проблемы.
— Роман, а ты ещё работаешь в Артемиде?
— Да, а что надо?
— Там один человек лежит и… в общем, хочу узнать состояние здоровья. Это не мой родственник, поэтому мне не говорят.
— Ну, окей, давай узнаю.
— А могу я сам с врачом поговорить?
— В принципе, да.
— Какое отделение?
— Кардиология.
— Тогда тебе лучше сразу к заву идти, он расскажет всю картину.
— Как мне к нему попасть?
— Скинь фамилию, имя, кто там интересует, я спрошу у него, когда можно подъехать.
— Спасибо.
— Да без проблем.
— Слушай, ты как-то рассказывал, что терял свой бизнес весь…
— Не очень люблю тот период вспоминать, — усмехается с горечью.
— Но выбрался же?
— А что, у тебя проблемы?
— Намечаются.
— Если нужен толковый юрист, то у меня есть. Берет много, но и дело доводит до конца.
— Да тут… В общем или подписать договор, или все потерять. Пока до юриста дело не дошло ещё.
— Из опыта скажу, если что-то не нравится или не понятно, то лучше ничего не подписывать, потом проще.
— Пап, ну ты скоро, ничего не слышно… — слышу детский девчачий голос.
Пап.…
Я никогда и детей не хотел, потому что таких насмотрелся в детстве. Да и сам ничего дать не смогу. Деньги только, деньги, проекты. куда, для чего… как Мия говорит.
Вот с ней как раз, хоть какая-то была цель — отдохнуть и расслабиться, а не пахать и гнаться.
И я не знаю, что мне делать, но мне нужна и эта земля, и Мия. И я не хочу выбирать между ними. И отказываться от всего не хочу.
Глава 43
Рокотов
Лечащий врач нехотя, но рассказывает мне о Мие. Какая-то гипертензия. Откуда? С чего бы? Ничего не понятно. Нужны обследования.
Хуже всего, что возможно нужна операция. Она же маленькая совсем. Ну, какая операция? Даже в мыслях не хочу, чтобы ее кожи касалось лезвие скальпеля. Мия…
— А могу я ее увидеть?
Врач кивает и закрывает ее карту.
— Я вас провожу. У вас пятнадцать минут, потом у неё процедуры.
Я захожу в палату, за Артемом Александровичем, стараюсь держаться спокойно, но сердце сбивается с ритма, едва мои глаза находят её. Мия лежит на кровати, укутанная в тонкое больничное одеяло, свет из окна падает на её лицо, делая его ещё более бледным, чем я помнил.
Но едва отрывает взгляд от телефона, взрывается.
— Можешь уходить, я не буду с тобой даже говорить, предатель.
Сжимает плотно губы и отворачивается к стене.
— Мия, давай поговорим, — отвечаю ей спокойно и кошусь на врача.
— Я вас оставлю, — Амосов кивает мне и разворачивается к двери.
— С невестой своей говори, от меня отстань.
— Мия!
Не слушает, вскакивает с кровати и пробегает мимо меня.
Я и остановить не успеваю, как она выбегает за врачом на коридор.
— Стой.
Но она сбегает и испаряется где-то в коридоре.
— Раз бегает, значит уже лучше? — шучу с врачом. — Я в другой раз зайду.