Чтение онлайн

С первой половины 1950-х годов политическая борьба партий внутри сингальского сообщества шла уже на конкурентной и демократической основе. Партия свободы Шри-Ланки (ПСШЛ) победила на выборах 1956 года с националистической программой, где в числе прочего предлагалось признать сингальский язык единственным государственным языком. Это неизбежно привело к резкой радикализации тамильских настроений. Политика ПСШЛ вызвала тамильские протесты в парламенте, погромы среди тамильского населения и конкуренцию между двумя сингальскими партиями за голоса националистически настроенных избирателей. Когда лидер партии Соломон Бандаранаике попытался отойти от конфронтации с тамилами, его прикончили националистические экстремисты из его собственного лагеря. После того как на выборах 1965 года победила Объединенная национальная партия, она тоже попыталась восстановить modus vivendi с тамилами, однако эти попытки прекратились после яростного возмущения и протестов сингальского населения. В 1976 году было образовано основное тамильское вооруженное движение сопротивления - Тигры освобождения Тамил-Илама. В первой половине 1980-х годов тамильский терроризм и адекватные по жестокости ответные действия преимущественно сингальских вооруженных сил Шри-Ланки практически привели к партизанской войне, которая между 1987 и 1993 годами унесла 40 000 жизней только в северо-восточной части острова.

Ткеравада (Учение старейших} - самая ранняя школа в буддизме, которую образовали последователи Будды сразу после его смерти.

Бандаранаике Соломон (1899-1959) - премьер-министр Цейлона в 1956-1959 годах, в 1951 году основал Цейлонскую партию свободы.

Сравнение последствий распада империи в Индии и на Цейлоне служит печальным напоминанием о том, что если трав мы, нанесенные процессом деколонизации, могут повлечь за собой десятилетия насилия и нестабильности, то и сравнительно спокойный характер этого процесса отнюдь не гарантирует этнического мира. История Шри-Ланки служит также поводом вспомнить о том, что нельзя винить империю и ее наследие во всех последующих бедах страны. Политическая система, допускающая неограниченную власть только одной партии и, следовательно, одного народа, представляет огромную угрозу для многонационального общества. Хотя при имперском правлении конфликт между народами той или иной страны мог принимать более изолированные и вялотекущие формы, он все равно в некоторой степени был следствием процесса модернизации, начавшегося до распада Британской империи и продолжавшегося после ее распада. Во многих традиционных обществах разные народы живут в сельских районах в непосредственной близости друг от друга и не имеют при этом практически никаких сношений, но постепенно современные коммуникации, торговля и урбанизация делают невозможной эту изоляцию. В Шри-Ланке после обретения независимости, так же как и в Богемии девятнадцатого века, модернизация характеризовалась массовым образованием, конфликтами вокруг государственного языка и конкуренцией за рабочие места (преимущественно на государственной службе). 87-процентная грамотность, достигнутая в Шри-Ланке к 1981 году3 особенно обострила эту последнюю проблему, В стране, где половина всех рабочих мест предоставлялась государством, внутри образованного молодого поколения возникла жесткая конкуренция за трудоустройство. Молодые люди, потерпевшие поражение в этой отчаянной и бесплодной борьбе, оказались превосходными кадрами для террористов. Молодые сингальские террористы с поразительной легкостью переходили от вооруженного революционного троцкизма к радикальному антитамильскому национализму. Помимо радикализма и межэтнического насилия существовали и другие проблемы, до некоторой степени общие для всех стран третьего мира независимо от того, прошли они через период имперского правления или нет. Сюда относятся бедность, быстрый рост населения и отвратительное управление экономикой со стороны правительств, использующих национальные богатства для подачек своим приближенным, удержания власти и удовлетворения собственных нужд.

После Советского Союза

ЭТА КНИГА БЫЛА НАПИСАНА ЧЕРЕЗ ВОСЕМЬ ЛЕТ после распада Советского Союза. Восемь лет после падения империи Габсбургов ликующая Европа провела в «духе Локарно». Договор, заключенный в Локарно в 1925 году, казалось, положил конец как международной нестабильности, имевшей место после 1918 года, так и противоречиям, явившимся главной причиной Первой мировой войны. Благодаря весомой помощи процветающей Америки европейская экономика в это время быстро восстанавливала свои силы, подталкиваемая ультра-экспансионистскими, оптимистичными и жадными до прибыли настроениями на Уолл-стрит. Оставалось еще четыре года до краха мировой экономики, и еще четыре -до прихода к власти Гитлера. Вторая мировая война и уничтожение евреев были еще дальше за горизонтом.

Спустя восемь лет после коллапса Османской империи на Балканах царило спокойствие. То же самое можно сказать и о бывших османских территориях в Азии и Африке. Что же касается последней, то ей оставалось еще двадцать лет до окончания британского и французского имперского правления. Спустя восемь лет после того, как независимость была дарована Индии - сердцу Британской империи, - Суэцкий кризис еще не разразился, и резкое ослабление британской экономической мощи было еще впереди. Внутри индийского субконтинента объединенному государству Восточного и Западного Пакистана, созданному в нарушение всех законов геополитической и этнической логики, еще оставалось шестнадцать лет жизни. Восемь лет после обретения независимости большая часть британских колоний (за исключением Африки) провела под управлением бывшей колониальной элиты, как правило, англоговорящей и получившей европейское образование, а также способной обеспечить этнический мир при помощи закулисных сделок с элитами национальных меньшинств. Эпоха действительно массовой политики и популистского национализма еще не пришла.

Так что эти восемь лет в постимперском советском контексте можно считать только самым начальным этапом. Будущее, без сомнения, преподнесет еще массу сюрпризов. Тем не менее первые годы независимости важны как раз в том смысле, что можно увидеть, какие события произошли за это время, а какие - нет. Причем речь идет не только разнообразных событиях в частной жизни миллионов людей, но и о событиях общественного значения, которые зачастую имеют очень далеко идущие последствия, В начале двадцать первого века, например, мы еще не разобрались до конца с разделом Палестины и Кашмира, начавшимся в 1947-1948 годах.

За последние восемь лет в шести из пятнадцати бывших советских республик наблюдались значительные вспышки насилия. Это Молдова, Таджикистан, три закавказские республики (Грузия, Армения и Азербайджан) и, наконец, сама Россия37. Эти события часто были ограничены довольно небольшими районами, и в них принимала участие относительно небольшая часть населения. По сравнению с другими распавшимися империями было пролито на удивление не много крови. Во всяком случае, не произошло таких неописуемых жестокостей, которые уничтожили или согнали с насиженных мест большую часть мусульман в одних регионах бывшей Османской империи и практически всех христиан - в других. Распад советской империи не сопровождался мировой войной, как это случилось с империями Габсбургов, Романовых и гитлеровским рейхом. Мы не видели того масштабного кровопролития, которое сопровождало раздел Индии, не говоря уже о войнах во Вьетнаме и Алжире, положивших конец Французской империи. Важно понять, почему этого кровопролития не произошло.

Разумеется, этот список не полон. Автор, в частности, забывает упомянуть о достаточно серьезных вспышках насилия в Прибалтике, Узбекистане и других среднеазиатских республиках.

Наиболее важной причиной представляется то, что сама Россия сыграла главную роль в уничтожении своей империи. Это совершенно не означает, что в 1990-1991 годах большинство русских хотели уничтожить Советский Союз. Они просто не хотели приносить дальнейшие жертвы во имя его сохранения и рассчитывали получить более выигрышное положение внутри Союза. Даже Борис Ельцин и его соратники в принципе не возражали против его существования. Но их борьба с всесоюзным правительством, их стремление взять в свои руки его власть и богатства послужили основными факторами коллапса импе-рии в 1991 году. Сам Ельцин также был одним из главных препятствий, о которые споткнулся августовский путч 1991 года, чьей главной целью было спасение империи, Ельцин впоследствии возглавил переговоры в Беловежской Пуще с Украиной и Белоруссией, приведшие к распаду Союза. Среди других империй нет прецедентов такому развитию событий - пожалуй, самым близким аналогом может служить революция 1974 года в португальской метрополии, которая привела к быстрому обретению независимости португальскими колониями. Однако в португальском случае, так же как и во французском и голландском, обретению независимости предшествовали годы ожесточенных военных действий, вызванных недвусмысленным желанием метрополии сохранить империю. Даже британцам пришлось проводить длительные арьергардные полицейские акции и ограниченную войну в Малайе, чтобы оттянуть наступление независимости или хотя бы добиться того, что это произойдет на приемлемых для Британии условиях. Другие государства развязывали мировые войны, для того чтобы сохранить или усилить империю. Тогда как Россия под управлением Ельцина демонтировала советскую империю, предоставив Белоруссии и пяти среднеазиатским республикам независимость, несмотря на недавнее и отчетливо выраженное желание их элит и населения остаться в Союзе, В мартовском референдуме 1991 года, прошедшем (надо отметить, не вполне корректно, поскольку было задано больше одного вопроса) в девяти советских республиках из пятнадцати, 76,4 процента голосовавших (из 80 процентов явившихся на референдум), что составило подавляющее большинство в Белоруссии и Средней Азии, высказались за сохранение Союза. Неудивительно, что независимость, предоставленная им Москвой всего лишь через девять месяцев, оказалась шоком.

Политика ельцинской России является также причиной еще одной загадки - относительно спокойного отношения 25 миллионов русских к тому, что после распада Советского Союза они неожиданно оказались национальным меньшинством в иностранных государствах. В британском и французском случаях значительно меньшие общины протестантов Ольстера и pieds noirs (французских поселенцев в Алжире) ожесточенно сопротивлялись такой перспективе, причем в Ольстере даже успешно. Подобно многим мусульманским меньшинствам Европы, pieds noirs не только с оружием в руках боролись за сохранение империи, но в конце концов практически перестали существовать как отдельная община. В советском случае почти никто из русских граждан не был убит или выдворен по национальному признаку из четырнадцати республик бывшего СССР38. По иронии судьбы наибольшие жертвы русское население понесло от рук Российской армии и авиации в Грозном, когда тысячи мирных жителей были убиты во время военной операции, проведенной с целью удержания Чеченской Республики в составе России, Но в большинстве бывших советских республик русские стали гражданами второго сорта, а в Латвии и Эстонии большая часть русского населения оказалась даже не полноправными гражданами, а всего лишь резидентами. Более того, те секторы экономики, где работало большинство русских (как правило, тяжелая и оборонная промышленность), были наиболее сильно поражены коллапсом Союза и последующей экономической депрессией, В похожей ситуации оказались в период между двумя мировыми войнами богемские немцы. Столкнувшись с этими обстоятельствами и опасаясь враждебности местного населения, многие русские (главным образом из Средней Азии), большинство которых составляла получившая образование молодежь, эмигрировали назад в Россию. Но к концу 1999 года в четырнадцати независимых республиках более 90 процентов русских оставались на своих местах, и только в Молдове русская община совершила успешную попытку отделения.

Одной из причин покорности русской диаспоры послужило то, что она не получила никаких гарантий того, что ее сопротивление будет хотя бы в какой-то мере поддержано ельцинской Москвой, и это выглядело ярким контрастом поддержке, которую до 1914 года британские консерваторы оказывали унионистам Ольстера или Париж - алжирским pieds noirs. Незадолго до распада Советского Союза Ельцин объединился с другими реформистскими республиканскими лидерами в противостоянии всесоюзному правительству во имя демократии и самоопределения. В январе 1991 года, в те драматические дни, когда Москва решила принять суровые меры в прибалтийских республиках, Ельцин отправился в этот регион для подписания договоров с независимо настроенными правительствами, что было очень ответственным политическим шагом. После развала Советского Союза в конце 1991 года ситуация существенно изменилась. Уже к 1993 году российские политические реалии не давали ни одному политическому лидеру возможности игнорировать плачевное положение русской диаспоры, в особенности отказ предоставления гражданства большинству русских в Латвии и Эстонии. Этот вопрос был поднят на повестку дня коммунистическими и националистическими оппонентами Ельцина и использовался ими тем более успешно, что сам Ельцин сыграл важную роль в разрушении Советского Союза и в образовании русской диаспоры. На парламентских выборах в декабре 1993 года ультранационалистическая партия Жириновского получила 22,9 процента голосов, выступая с программой, которая среди прочего делала акцент на защите русской диаспоры. Сам Жириновский, родившийся в Казахстане и настроенный против мусульман, был «аутентичным голосом бедного колониста, жалкого наследника правящей нации, который затаил обиды на все, что его окружает, будь то в Алжире, Южной Африке или Казахстане». Жириновский и его партия на деле оказались весьма эфемерным и легковесным явлением, но их требования защиты диаспоры попали, что называется, в «мейнст-рим» российской политической жизни. Ельцин и так уже склонялся по крайней мере к риторической поддержке диаспоры, а результаты выборов еще сильнее подтолкнули его в этом направлении. В 1994 году Ельцин опубликовал так называемые «Основные директивы» для государственной поддержки российской диаспоры, определяющие ряд мер по сохранению русского языка, культуры, школ и средств информации в ближнем зарубежье, как в Москве стали называть бывший Советский Союз.

На наш взгляд, и здесь автор, мягко говоря, не совсем точен. Достаточно хотя бы вспомнить кровавые события в Таджикистане и практически полный исход оттуда русского населения. Из 398 тысяч русских, проживавших в республике в 1989 году, сегодня осталось всего 68 тысяч.Автор, по всей видимости, имеет в виду документ «Основные направления государственной политики РФ в отношении соотечественников, проживающих за рубежом».

Хотя эта программа была провозглашена с большой помпой, практически ничего не было сделано. Руки не дошли даже до таких дешевых и безопасных мер, как обеспечение бывшим россиянам доступа к российскому телевидению. Москва не была готова предпринять какие-либо практические шаги по оказанию помощи русской диаспоре. К 1994 году российские войска были выведены из Прибалтики, несмотря на заверения, что их вывод будет увязан с уступками балтийских народов русской общине. В свое время европейскими державами не предпринималось никаких шагов, чтобы удержать Гитлера от финансирования, вооружения и радикализации пангерманских сил в Австрии и Судетах в 1930-х годах. Точно так же и Москва не проявляла агрессивных намерений, когда события в соседних республиках давали повод к вмешательству. Из всех районов, где проживало русское большинство, утраченных в 1991 году, Крым был наиболее значимым местом для русских, отчасти вследствие своих природных красот и места, занимаемого им в русской литературе, но главным образом из-за огромных потерь, которые русские понесли во время обороны Севастополя в 1854-1855 годах и во время Второй мировой войны. Тот факт, что Крым до 1954 года входил в состав России и был затем передан Украине Хрущевым практически на ровном месте, только усугублял общее возмущение россиян. В 1994 году в Крыму набрало силу движение за отделение от Украины и союз с Россией, получившее на избирательных участках большую, хотя не слишком активную поддержку. Режим Ельцина демонстративно отказался иметь какие-либо дела с русским правительством в Симферополе, что послужило одной из причин его скорого и унизительного падения. Крымский премьер-министр Евгений Сабуров, отвечая на вопрос западного журналиста о перспективах возрождения русского империализма, сказал: «Вы думаете, что Россия будет платить по нашим счетам? На это так же мало шансов, как на поддержку Соединенных Штатов... Россия с 1991 года проводит изоляционистскую политику, не задумываясь серьезно о положении русских за границей. Все кончается разговорами. Так называемый русский империализм существует сегодня только на страницах ваших газет»,

«Оплата счетов» действительно была одной из причин российской сдержанности. В условиях тяжелого финансового и экономического кризиса зависящая от займов Международного валютного фонда Россия, подобно Венгрии периода между двумя войнами, была вынуждена скрывать свое возмущение постимперским урегулированием, К 1995 году все давнишние мечты о решительной политике в ближнем зарубежье потерпели крушение после фиаско Российской армии в Чечне. Россия проявила перед лицом мирового сообщества не только финансовую и экономическую, но и военную слабость. Реальность того, чем обернулась эта война для молодых солдат Российской армии и для гражданского населения Чечни, которое подверглось жестоким бомбардировкам и артиллерийским обстрелам, стала очевидной во время леденящих кровь телевизионных репортажей из Грозного. Теперь о каких бы то ни было попытках восстановления империи уже не могло идти и речи. В любом случае после того, как Советский Союз распался на независимые государства, признанные международным сообществом, попытки Москвы мобилизовать русскую диаспору, а тем более поставить под сомнение суверенные границы могли оказаться чересчур дорогим удовольствием. Они неизбежно должны были раздражать республиканские власти и все мировое сообщество, в связи с чем неприкосновенность границ была возведена в ранг абсолютного принципа. Поскольку сама Москва провозглашала этот принцип в отношении чеченцев, татар и других национальных меньшинств в пределах Российской Федерации, нарушение этого принципа за ее пределами показало бы международному сообществу несерьезность ее намерений и вызвало бы внутреннюю нестабильность, К тому же Ельцин и его министры не были серьезно заинтересованы в изменении границ или помощи русской диаспоре - у них было гораздо больше приоритетов внутри России, Экономическая стабилизация и реинтеграция в мировую экономику были приоритетами, которые могли быть поставлены под угрозу авантюрами или нестабильностью в ближнем зарубежье. Все правительства при Ельцине были слишком разобщены, озабочены фракционной борьбой, часто коррумпированы и глубоко погружены в личные интересы, чтобы беспокоиться о какой-то иной политике, кроме соответствующей моменту риторики, по отношению к русской диаспоре.