Чтение онлайн

– Шайзе! И где же мне спать предложишь?

– Не волнуйтесь, мы с фрау Гизеке уже обсудили положение. Я ей так и сказал: “Поручик направился к министру для продвижения по службе”.

– Стоп, откуда ж ты знал про министра?

– Ну, если совсем по правде, я сочинил генерал-губернатора. Сказал: “Поручик будет генерал-губернаторствовать допоздна. И вернется с генерал-губернаторским запахом, отчего фрау Мари придет в беспокойство”. Фрау Гизеке согласилась пособить и выделила вам тахту в прихожей.

– У нее что, свободная тахта?

– Никак нет, не свободная. Там спит Лизхен, горничная. Ее перебазировали на коврик. Лизхен выразила недовольство, но ничего: кто терпит – того бог любит.

Дитрих скривился:

– Мне – спать на тахте из-под рабыни?!

– Воля ваша, можете сами на коврик. Тогда Лизхен закиньте на тахту, она обрадуется...

Все это было так мелко и низменно, так приземленно – аж до запаха грунта с дождевыми червями. Отвращение встало комом в горле.

– Милош, я же не соврал: я правда сидел за столом у министра! Ну, у товарища министра – не суть. Всего два часа назад мы с ним обсуждали политику. Графиня приняла меня как своего родного брата! А теперь – коврик, холопская тахта... Меня стошнит от этого!

Денщик похлопал его по плечу:

– Хотите, утешу? Помните задание, что вы мне дали? Обойти архивы и узнать имена владельцев той земли, где вы проявили геройство.

Дитрих слегка оживился:

– И что, ты нашел?

– Дело такое. Та часть Олландии, что оказывает сопротивление, считается вражеской территорией, и по ней все засекречено. А те земли, которые уже под нами, меняют хозяев. Определяется, значит, кто враг, а кто герой; у врагов земли отбирают, героям - дарят. Так что реестры находятся в стадии реформы, и справки не выдаются.

– То есть, ты ничего не узнал?

– Ничегошеньки. Всю неделю обивал пороги – и ни одной справочки не получил.

– Черт тебя дери! В чем же тогда утешение?!

– Дык, хозяин: не только у вас проблемы, а и у меня. Вы не один такой невезучий.

Как верно заметил Альваро в беседе с прим-алленом, человек искусства – не печатный станок. Чтобы выключить вдохновение, достаточно одного неприятного события. Но не существует единого рычага, способного заново включить творческий настрой. Тут понадобится целый ряд событий.

Сначала Малена попыталась вывести Альваро из апатии. У него потеплело на душе, но вдохновение не вернулось. Потом Фернан и Люсиль проявили дружеское участие – это не сильно помогло делу. Тогда Фернан напомнил да Силве о такой мелочи, как деньги. Альваро расшевелился, но лишь слегка. Затем сам прим-аллен искусства задал ему взбучку: “Ты писатель или трус? Создай книгу – только это важно! Все прочее – дерьмо на лопате”. Мысли и чувства Альваро, наконец, пришли в движение, но для творчества все еще чего-то не хватало. Некой изюминки, интересности… некой искры. Альваро пошел в магазин Фларбо, надеясь найти эту искру в загадочной “Философии ужаса”. И, действительно, нашел – только не в книге, а в незнакомке. Обаятельная дама стала последним, недостающим компонентом – катализатором реакции.

Любопытно, что эти события позволяют вывести формулу: что нужно писателю для творчества, помимо таланта? Быть любимым. Нуждаться в деньгах. Получить поддержку друзей, а также – крепкий пинок от наставника. И наконец – зажечься эмоциональной искрой.

Следующим утром Альваро проснулся полный сил и желания творить. Наспех перекусив, он поспешил в кабинет и разложил на столе все рабочие заметки. Каждый абзац записей теперь казался весьма любопытным. От каждой строки в голове возникали потоки мыслей. Не прошло и часа, как Альваро увидел выход из тупика.

– К черту доктора! Не о нем нужно думать!

Конечно, смерть Гарсии Хуанеса – наибольшая тайна. Разгадав ее, можно понять все остальное. Но чтобы найти ключ к этой тайне, нужно думать вовсе не о докторе! Хуанес сам не понял, от чего умер, хотя имел время. Его близкие – тоже ни о чем не догадались. Разгадку головоломки нужно искать за ее пределами.

Во-первых. Как можно совершить убийство на белой земле? Ответ может знать вовсе не доктор, а мастер темных дел, дон эсферы Тени. И Альваро знаком с одним таким доном!

Во-вторых. Хуанес был толковым врачом или шарлатаном? Пациентам и родичам он сумел пустить пыль в глаза. Но кто всегда знает правду о мастерстве работника? Конечно же, его начальник! В молодые годы Хуанес был судовым врачом. Капитан корабля знал о нем все. И – вот удача! – Альваро знает этого капитана!

В-третьих. Медленный яд или быстрый, или вовсе не яд? Каким было орудие убийства? Пиратский дон – конечно, не мастер ядов. Но может знать мастера и свести с ним да Силву.

И в-четвертых. И доктор Хуанес, и сам Альваро получали угрозы. Тут хороший совет может дать человек, имевший дело с угрозами. А есть ли среди друзей писателя такой человек? Конечно! Тот самый сеньор, который палил ему в живот из разряженного пистоля!

– Карлос эль Нинья – вот кто мне нужен!

Не теряя больше ни минуты, Альваро собрался и зашагал в Старый Порт.

Дорога была не близкой. Альваро имел время подумать на ходу, и пришел еще к паре отличных мыслей. Карлос эль Нинья знал не только Хуанеса, а каналью-фабриканта Мадуро. Сам дон Мадуро отказался говорить, но можно получить о нем знания из рук эль Ниньи. Тут придется очень кстати, что законы эсферы Тени не запрещают, а поощряют торговлю информацией. В кругах мастеров Тени порочные сведения о знатных людях – все равно, что банковские чеки. Их можно продавать и покупать, ставить на карту, обменивать на услуги и даже оставлять ростовщику в качестве залога! Единственная проблема: да Силве нечем оплатить эту покупку - но можно выпросить у эль Ниньи дружеский льготный кредит.

Была и вторая мысль, даже лучше первой. Донья Изабель – тоже загадка, как и доктор Хуанес. Менее трагичная, но вполне интригующая. Изабель страдала от неизвестного недуга – нет ли здесь связи со смертью доктора? Когда-то Избаель смеялась красивее всех девушек в Лаэрте, а теперь стала ходячей печалью. Почему так случилось? Это вряд ли связано с доктором, но любопытно само по себе. Смерть Хуанеса – одна сюжетная линия; печаль доньи Изабель – другая.

От этих мыслей Альваро наполнялся нетерпением. С каждой минутой ему все больше хотелось расспросить Карлоса эль Нинью. Наконец, он увидел статую Ай-Хинара у входа в Старый Порт (на сей раз в пасти чудища лежал не череп, а пустая бутылка). Затем показался и форт Карлоса эль Ниньи.

Пират, стоявший на страже, преградил писателю путь:

– Кто, куда?

– Я Альваро да Силва, иду к дону Карлосу.

– Зачем?

– По поводу книги.

Реакция вышла довольно странной. Пират хмыкнул, буркнул: “Жди”, - и исчез внутри форта. Пока его не было, Альваро расхаживал взад-вперед и думал о книге. Видимо, часового не было долго: да Силва успел мысленно построить композицию главы о донье Изабель. Лязгнул замок, и вместе с давешним пиратом вышел другой, более важный. То был Золотой Дукат – квартирмейстер эль Ниньи, знакомый писателю.