Чтение онлайн

– Допустим, – отозвался Виктор.

– Сестра встретила Лидию в городе в компании Шувалова, о чем та слезно попросила молчать, чтобы не расстраивать мужа. Вениамин якобы беспокоился о ее подработках на заслуженном отдыхе.

– А на самом деле причина была другой?

– Именно, никаких подработок не было. Был бурно развивающийся роман, из-за которого она и переехала в другой город.

– К чему такая конспирация? – удивился Субботкин. – Шувалов не женат, Лысенко была дамой почтенного возраста. Никто бы его не осудил, женись он на ней.

– А ее? – спросила я.

– Думаешь, она сама была против? Возможно… ведь для репутации Шувалова брак с ней был бы даже на благо: не молодуха какая-нибудь, а дама его возраста.

– Вениамин был старше Лидии на семь лет. Возможно, у него были проблемы со здоровьем. Она могла банально жалеть мужа, с которым прожила так долго. К тому же уйти из семьи в тридцать не то же самое, что в шестьдесят.

– То есть, по-твоему, Шувалов нанимает Кузнецова, чтобы избавиться от соперника, ускорив его отход в мир иной?

– Именно так. От Лидии он узнает, что она уезжает на несколько дней в родной город вместе с сестрой, без мужа. У него рождается план, как избавиться от ее супруга. Но судьба-злодейка подкидывает сюрприз в виде гриппа у сына Лидии. В последний момент она остается дома и в тот роковой вечер оказывается в машине вместе с Вениамином.

– Кузнецов говорил о том, что деньги Шувалов передавал в странном состоянии, будто с перепоя.

– Вот именно. Он отправил любимую женщину в кому фактически собственными руками. Естественно, что это отразилось на его внешнем виде. Может, и запил, – рассудила я.

– В этом что-то есть.

– Обратись к Лесных, поищите информацию, в какой больнице лежала Лидия после аварии. Вениамин скончался на месте, а она еще несколько дней пробыла в коме.

– А это зачем?

– Надо, – ответила я коротко и быстро простилась.

Утром я направилась на работу, причем сразу в кабинет Селиванова. Он что-то сосредоточенно записывал, поэтому кивком указал мне на стул напротив. Я не стала садиться, вместо этого подошла к окну и выглянула на улицу. Вид отсюда открывался на парк, кроны деревьев были сплошь разноцветными, а дорожки – золотыми от уже опавших желто-коричневых листьев. На них то и дело мелькали пятна зонтов всех возможных расцветок.

Я достала из сумки телефон и набрала номер городского цирка. Меня довольно быстро соединили со Снежаной Эдмундовной. Она с легкостью подтвердила то, о чем я уже догадывалась. Никаких подработок на благо цирка у Лидии Лысенко после выхода на пенсию не было.

– Светлова-то, которую нас вчера леший лысый дернул обнаружить, не своей смертью умерла, – услышала я голос Селиванова, когда он закончил свой разговор.

– Вот как, – протянула я, пока толком не понимая, как мне следует оценивать эту информацию.

Он приподнял подставку со стаканами, которая стояла у него на столе. Протянул мне бумажный пакет.

– Вот, решил нанести ответный удар.

– По фигуре? – спросила я, заглядывая в пакет.

– Нет, по нашему эффективному содружеству.

– Ничего себе ты завернул, – усмехнулась я.

Мы устроились на диване. Селиванов подвинул ближе тумбу и водрузил на нее кофе и выпечку. Сам незамедлительно принялся поглощать купленное. Я рассудила, что с набитым ртом он мало что сможет мне рассказать, поэтому спокойно выпила кофе и съела круассан с миндалем. Признаться, этот поздний завтрак пошел мне на пользу. Заметив во мне прилив энергии, Антон заговорил, вытирая салфеткой крошки со своей бородки.

– В общем, еще вчера было ясно, но хотели дождаться вскрытия. Судмедэксперты подтвердили: Веронике Светловой кто-то помог отправиться на тот свет. Хоть вены и были вскрыты, угол разреза говорит о том, что сама она себе такие раны нанести просто не могла. Кроме того, лезвия, которыми это было сделано, пока не обнаружили.

– А что с бутылкой?

– Какой? – не понял Селиванов.

– Рядом с ванной вчера валялась бутылка из-под водки, если я правильно понимаю.

– Да, пустая. В том смысле, что отпечатков на ней не нашли.

– Даже хозяйки? – уточнила я. Антон кивнул, а я убедилась, что моя интуиция сработала верно. Вчера я обратила внимание на смену предпочтений и полное отсутствие винных бутылок в зоне видимости.

– Это не все – на шее следы удушения. Кто-то очень хотел с ней расправиться.

– Когда это произошло?

– Двое-трое суток. Из-за воды сложно точно понять.

– Свидетели?

– Ребята из комитета уже работают и камеры тоже посмотрят.

– Они есть в подъезде? – Я пыталась вспомнить, видела ли их там.

– Нет, но есть несколько снаружи, которые захватывают вход.

– Слишком большой разброс по времени, – с сомнением покачала я головой. – Что думаешь?

– Хотел у тебя то же самое спросить, – развел руками Антон и сложил ладони в замок на упитанном пузе.

– Думаю, что дело дрянь, – резюмировала я.

– Что, если все это время мы копали не там? – задал Селиванов вопрос, который, признаться, мучил и меня.

– Да уж, семейка, – покачала я головой. – Кажется, пора встретиться с бывшим мужем покойной.

– Игорь Великанов, – зачитал Селиванов, покопавшись в материалах, а я вспомнила, что Вероника давала мне его контакты. Неужели мы упустили человека, который мог играть не последнюю роль в этой запутанной истории?

– С него и начнем, – кивнула я. – Пока не могу придумать, зачем ему избавляться от бывшей жены и ее потомства, но он может располагать интересными сведениями.

– Я вот легко придумать могу, – вмешался Антон. – Миром правят деньги. Его сын сможет единолично завладеть всем имуществом Светловых.

– Судя по тому, что я о нем слышала, он не нуждается. Хотя квартиры в сталинке стоят больших денег. Но убивать некогда близкого человека?

– Не будем делать поспешных выводов, – предложил Селиванов, и я не могла не согласиться.

Я набрала номер Игоря, который мне оставила Вероника. Ответил он только с третьей попытки. Я сказала, кто я и откуда, и попросила о встрече. Он очень сурово ответил, что занят хлопотами, связанными с похоронами бывшей супруги и ее дочери. Добавил еще, что сын переживает не самый легкий период в жизни, а оставить его в таком состоянии он не имеет права. В итоге он предложил мне встретиться прямо на похоронах.