Чтение онлайн

Марк схватил куртку и выбежал из дома. У него возникла одна мысль, и он хотел её проверить. Мужчина прочесал весь город, кроме одного места. Если Твена там нет, значит, его и в городе тоже нет.

На улице светило яркое солнце, и этот славный городок вовсю купался в тёплых лучах, не давая остывать земле даже ночами. Поэтому спать на улице было не холодно, если бы кто-то этого захотел — так думал Марк. Через несколько недель начнётся зима, и ночевать на улице будет уже нельзя, значит, нужно найти Твена раньше, чем тот умрёт от охлаждения.

Когда Марк приблизился к парку неподалёку с Джексон-сквер, у него учащённо забилось сердце. Он увидел вдалеке Твена, тот сидел на траве рядом с когда-то стоявшим домом, от которого сейчас осталась лишь груда пепла. Марк боялся спугнуть брата и поэтому очень медленно, не торопясь, начал приближаться. Твен не оглядывался, а просто сидел у пепелища, перебирая пепел в руках.

Марк подошёл к Твену и сел рядом.

— Ну что, брат, как у тебя дела? — спросил он обеспокоенно.

— Ты знаешь, я наконец-то нашёл свои картины. Они вот здесь, среди этого пепла. Вот здесь, если поискать, можно найти всё, что только захочешь.

— И что, всё нашёл?

— Да, вот смотри: я их отложил, чтобы они снова не сгорели.

— Где отложил? – удивлённо спросил Марк, осматривая пространство вокруг и ничего не находя.

— Ну вот же, рядом с тобой лежат. Осторожно, не сядь на них, я их еле-еле отыскал здесь. Тут столько пепла, как будто сгорел не один дом, а целый квартал, — Твен засмеялся своей шутке, смотря мимо Марка.

Тот посмотрел в глаза брата, пытаясь понять, шутит он или нет. Взгляд Твена обрёл серьёзность, и он опять стал смотреть вдаль, раскачиваясь под какой-то собственный ритм.

— Твен, я искал тебя целую неделю по всему городу, волновался очень! Ты где был всё это время?

— Я искал свои картины. Я чувствовал, что они не сгорели, я это просто знал. И нашёл. Марк, давай устроим выставку? Только в этот раз не будем устраивать её в доме, а устроим прямо тут в парке, на свежем воздухе. Я боюсь их снова потерять, они словно мои дети.

Марк сидел и не понимал, что происходит. От нахлынувшей тревоги его начало трясти, как с похмелья. Неужели брат сошёл с ума, и он потерял его навсегда?

— Твен, брат, скажи мне только правду: ты пил сегодня? — обеспокоенно спросил Марк, надеясь на то, что брат сейчас кивнёт или скажет: «Да, немного пригубил, а что мне остаётся?»

— О чём ты говоришь? Уилл же запрещает пить алкоголь, иначе нам влетит от него. У тебя, наверное, до сих пор рубцы не зажили после того случая. Дай-ка посмотрю.

— Твен, ты что? Какой Уилл, какие рубцы? Столько лет прошло с тех пор! Что с тобой, брат? — голос у Марка сорвался, и он начал кашлять, чтобы его восстановить. Слёзы предательски подступили, и он закрыл глаза рукавом куртки. — Ты знаешь, Твен, а мне мама на днях снилась! Говорила, что любит нас очень и что скоро всё закончится.

— Что закончится?

— Я не знаю, ты же у нас самый умный, вот и скажи мне.

— Я вот думаю, хватит ли нам картин, которые я отложил, чтобы организовать выставку?

Марк посмотрел на раскачивающегося Твена и встал, понимая, что нужно что-то с этим делать.

— Пойдём, брат, нам нужно в больницу. Вставай, вставай, нас уже ждут там.

— Ты заболел? — Твен неохотно встал с травы и отсутствующим взглядом посмотрел на Марка.

— Да, немного. Пойдём, брат. Тут недалеко.

Психиатрическая лечебница «Черити Хоспитал» находилась недалеко от французского квартала. До неё легко можно было доехать на автобусе, чтобы навестить родных, находящихся там. Что и делал периодически Марк, когда выдавался свободный денёк. Твен находился в этой больнице уже три месяца, и лечащие врачи каждый раз говорили Марку, что ещё рано делать какие-то выводы. Нужно подождать, и Марк ждал. Диагноз, который поставили Твену, был неутешительный — шизофрения.

Глава 22. Пробуждение Брауна

1990 год, Льюисвилл, штат Техас

 Уилл Браун очнулся так же внезапно, как и впал в кому. Открыв глаза, он увидел перед собой белый потолок. Сделав над собой усилие, попробовал посмотреть по сторонам, чтобы понять, где находится.

«Надо позвать на помощь и сообщить, что я живой, что я очнулся!» — подумал он и попробовал закричать. Но никакого звука не смог произнести, потому что понял: в его рот вставлена трубка.

— Ммм…

«Да, смешно, конечно, но так меня точно никто не услышит». Уилл сделал над собой усилие и попробовал пошевелиться. Руки не двигались, по крайней мере, он их не чувствовал.

«Что же это происходит, почему никто ко мне не идёт? Эй, люди, услышьте меня, я тут в палате лежу! Я пришёл в себя. Вам что, плевать на меня? Чёртовы засранцы! И за что вам только деньги платят, сукины дети? Это что же получается? Я пришёл в себя, но двигаться не могу. Полуживой, что ли? Получеловек — так меня теперь называть? Посмотрите-ка люди, да это же Половинчатый Уилл! Вот людям на потеху будет. Может, меня ещё и в цирк уродов запихнут!» Он снова начал мычать, чтобы хоть кто-нибудь услышал и пришёл на звуки. И возможно, Бог, в которого он не верил, его услышал, потому что дверь в палату открылась, и вошла медсестра.

Уилл снова начал мычать, чтобы она обратила внимание на него, что и произошло незамедлительно. Медсестра подбежала к Уиллу и увидела, что пациент в сознании и смотрит прямо ей в глаза. Браун издавал непонятные звуки из-за мешавшей ему трубки, вставленной в рот, и в то же время пытался улыбаться, потому что внутри у него всё ликовало.

— Тише, тише, сейчас врача позову, и трубку вытащим. Слава богу, пришёл в себя, радость-то какая! Чудо! — медсестра всё ахала и вскидывала руки к небу, даже не пытаясь скрывать эмоции от нахлынувшего события.

«Ну и долго ты тут будешь стоять да бога хвалить? Может, уже пора бежать за врачом?!» — зло возмущался про себя Уилл Браун. Он снова начал мычать, пытаясь таким образом сказать медсестре, что ему уже надоело лежать с трубкой во рту.

— Да, миленький, уже бегу! — и медсестра выбежала из палаты, утирая слёзы счастья рукавом халата.

«Ох ты, чёрт, какая эмоциональная медсестричка. И симпатичная! Лишь бы меня доктор на ноги поставил, я бы показал ей, какой я горячий мужчина».

Спустя пару минут в палату вбежали несколько врачей и медсестёр посмотреть на случившееся чудо. Вокруг Уилла Брауна собралась целая толпа медицинских работников, которые быстро начали что-то обсуждать, советоваться, удивляться. «Может, уже кто-нибудь вынет эту дрянь у меня изо рта, мать вашу!» — Уилл снова начал мычать, пытаясь на этот раз привлечь внимание врачей.