Чтение онлайн

Ливнев хмыкает. За его спиной подтягиваются остальные командиры. Лица серьёзные.

— И что будем делать? — спрашивает Ливнев.

Смотрю на три разлома. На людей за спиной — семьдесят человек, которые ждут моего решения.

— То, что умеем, — говорю. — Работать…

Времени — в обрез. Собираю командиров у головной машины. Разворачивать карту некогда, объясняю на пальцах.

— Первый разлом — мой. Марченко и Ветров со мной. Второй — Ливнев, с ним Ельцов и Кеклик. В третий пойдём вместе, когда закончим с первыми двумя.

Ливнев кивает. Марченко проверяет обойму и коротко свистит своим — они подтягиваются мгновенно. Ветров, наш молчаливый барон просто подчиняется, он явно рад сплавить командование на кого-то другого.

— Связь через амулеты, — напоминаю. — Два импульса — чисто. Три — отход. Если кто-то застрянет — не ждём, закрываем свой разлом и идём на помощь.

— А порталист? — спрашивает Ливнев.

— Иришка остаётся снаружи. Лёха с ней. Закрывает разломы по ситуации.

Оборачиваюсь к Цыпе — тот стоит рядом с Иришкой, сжимает и разжимает кулаки, на которых поблёскивают кастеты. Он во всеоружии — как и всегда.

Я ещё не знаю своих новых союзников достаточно, чтобы оставлять Иру без прикрытия.

— Никого не подпускай, — говорю тихо Лёхе, чтобы слышал только он. — Вообще никого, кроме наших.

Цыпа кивает и плотоядным взглядом окидывает толпу.

— Выдвигаемся! — командую я.

Захожу первым в наш разлом, холод окутывает такой, что пальцы немеют. Кабанский — в шаге позади, Ужин — справа. За нами — десять бойцов Марченко, сам барон замыкает. Потом все остальные.

Внутри — сумрак. Под ногами — каменистая площадка, вокруг — скалистые выступы, уходящие вверх. Пространство замкнутое, метров сто в диаметре. Чем-то похоже на лабиринт в Прорве. Тихо.

Активирую амулет связи — один импульс Ливневу: мы внутри. Через секунду приходит ответный — они тоже вошли.

Жестом показываю Марченко — его люди рассредотачиваются вдоль правого фланга, проверяют укрытия. Помню, что рассказывал его боец вчера за ужином: сначала — места для засады.

Кабанский поднимает руку, и в ту же секунду раздаётся писк, будто кто-то проводит мокрым пальцем по стеклу. Он идёт откуда-то сверху.

Задираю голову. Они висят под сводом. Штук двадцать, может больше. Длинные, гибкие тела, покрытые тусклой чешуёй. Крылья — перепончатые, полупрозрачные.

Какая-то помесь единорога с носорогом, а если точнее: змеи и летучей мыши, каждая тварь метра по три в длину. И между ними — сферы. Пять или шесть тёмных шаров, парящих в воздухе. Дымчатые, с проблесками внутри — как грозовые тучи, сжатые до размера арбуза.

— Назад! — ору, но поздно.

Первая сфера выплёвывает молнию. Белый разряд бьёт в камень в метре от Ужина — булыжники разлетаются веером. Ужин уходит перекатом, но осколок рассекает ему плечо.

Змеи срываются с потолка.

Активирую родовые кольца, выхватываю биту. Первая тварь пикирует на меня — отбиваю, вкладывая магию в удар. Бита врезается в чешуйчатое тело, змею отбрасывает к стене. Она шипит, разворачивается, снова летит.

Вот это да! А они сильные, с первого раза вырвать макр из груди не вышло.

— Марченко, правый фланг! — кричу в амулет. — Ветров, левый!

Их люди уже работают. Седой охотник с перебитым носом рубит змею клинком — раз, другой. Чешуя трещит, но тварь извивается и, кажется, совершенно не собирается сдаваться. Третий удар — голова, наконец, отлетает.

Кабанский дерётся молча. Его топор разрубает одну змею от головы до хвоста. Вторая обвивает его руку — Давид хватает её за горло и с хрустом ломает его. Отлично!

Но сферы — проблема. Молния бьёт снова, на этот раз — в группу Марченко. Двоих отбрасывает, один поднимается на ноги с трудом. Разряды хлещут по площадке без перерыва, а сами шары держатся на расстоянии — магия до них не долетает, физически — не достать.

— Сферы не достать! — кричит Марченко.

Пускаю огненный заряд через кольцо — попадаю. Сфера вздрагивает, но не гаснет. Дым внутри неё закручивается плотнее, и ответная молния едва не сжигает мне волосы. Еле уклоняюсь, чувствуя, как разряд проходит в сантиметрах от виска.

— Отходим к стене! — командую. — Не стойте на открытом месте!

Перегруппировываемся под скальным выступом. Змеи лезут — их стало больше, или мне кажется? Бью одну, другую. Бита гудит от напряжения, кольца раскалились на пальцах.

Думаю. Сферы — энергетические. Поглощают магию, отвечают молнией. Значит, магия их только подпитывает. Нужен другой подход. Что здесь не проводит электричества?

— Камни! — кричу Кабанскому. — Швыряй в них камни! Только сухие!

Давид не переспрашивает. Подхватывает обломок породы размером с голову и запускает в ближайшую сферу. Попадание — глухой звук, сфера дёргается, проседает на метр. Дым внутри мутнеет.

— Работает! — рычит Кабанский.

— Все — камни в сферы! — ору через амулет. — Магию не использовать, только физические удары!

Марченко подхватывает приказ. Его люди — опытные, перестраиваются за секунды. Град камней обрушивается на дымовые шары. Одна сфера лопается с хлопком, разбрызгивая искры. Вторая трескается и валится на землю. Третья огрызается молнией — бьёт в стену над нашими головами, но уже поздно, мы отошли оттуда.

Змеи не прекращают атаку. Одна бросается на меня сбоку — чувствую удар хвостом по рёбрам, перехватываю её за шею и вколачиваю в камень.

— Не беси, не видишь делом занят? — выбрасываю обмягшее тело.

Последняя сфера пытается уйти вверх, но Ужин, зажимая раненое плечо одной рукой, швыряет обломок камня с такой точностью, что сфера разваливается в воздухе.

Змеи без поддержки сфер теряют координацию — бьются в стены, сталкиваются друг с другом.

— О как, это были из глаза, — смеюсь. — Давид! Добивай.

Кабанский разделывается с последними за считанные минуты. Осматриваюсь. Двое бойцов Марченко ранены — ожоги от молний, один держится за грудь. Ужин — плечо, но на ногах. Люди Ветрова тоже потрёпаны. Остальные — целы, хотя вымотаны до предела.

— Уходим, — говорю. — Быстро.

Выходим из разлома. Солнце бьёт в глаза после сумрака. Иришка уже стоит наготове, Цыпа — рядом, кулаки на готове.

— Закрывай, — киваю.

Иришка поднимает руки. Фиолетовая рябь по краям разлома начинает сжиматься — медленно, потом быстрее. Через тридцать секунд щель стягивается в точку и гаснет.

— Один есть, — улыбается Иришка.

Активирую амулет — два импульса Ливневу. Жду ответа. Он приходит не сразу, они ещё в бою.

Поворачиваюсь к третьему разлому. Тот явно стал шире. Когда мы заходили в первый — щель была метра полтора. Сейчас — все три, края расползаются.