Чтение онлайн

«Девять лет! Ты унижал достоинство моей академии девять лет!»

В общем и целом Каенару пришлось вмешаться, всех остальных ректор слушать отказывался, а магистра Ильхана и вовсе, взяв за шиворот, вышвырнул из поезда, так что магистру пришлось нас догонять, но догнать Императорский Восточный Экспресс дело сложное, и если бы не Каенар, синеволосому наставнику самого императора все еще пришлось бы бежать.

Когда вагоны удалось отцепить от основного состава и сбросить в залежи вечных снегов, я частично успокоилась. Призрачный огонь крайне опасен, даже когда кажется, что он потушен полностью, далеко не факт, что это действительно так.

После вернулся Каенар, отправленный мною в столицу за парадным мундиром, в котором проходил церемонию коронации в день объявления его наследным принцем.

Я в этот момент сосредоточенно писала.

— Асьен, это действительно необходимо? — небрежно швыряя драгоценное одеяние на мягкое кресло, мрачно вопросил он.

— Да, это действительно необходимо и даже не обсуждается, — я продолжа писать.

— Отлично, в таком случае ты наденешь это платье, и это даже не обсуждается.

Подняв голову, я с изумлением увидела, что свой костюм Каенар бросил, а вот платье для меня, то самое, что я надевала на свадьбу принцессы Алидан, он держал осторожно и бережно. Как и туфли. И ларец определенно с украшениями.

— Господин! — с раздражением воскликнула я.

— «Каенар», — с нажимом поправил он. — Мы теперь официально помолвлены, так что…

— Мой господин! — я вскочила.

— А вот «мой господин» звучит неплохо, ладно, можешь называть меня и так. Но учти, чтобы без приставки «мой» я этого обращения больше не слышал. И да, если ты хочешь выставить меня идеальным принцем, учти — я возьмусь учить данную речь только при условии, что ты наденешь вот это все и будешь моей идеальной принцессой. Кстати, я захватил тебе горничную из дворца, поможет с прической.

И бережно разложив мой наряд на диване, Каенар подхватил свой собственный и ушел переодеваться. А в купе, робко постучав, скромно вошла горничная. И это была не простая горничная — а личная помощница главной дворцовой фрейлины.

— Леди Сейридан просила передать вам наилучшие пожелания, — сдержанно произнесла горничная Ивель.

Мне еще в Серебряном дворце следовало понять, что она не простая девушка.

— Благодарю вас и рада снова видеть, — но это не было правдой.

Черно-золотое платье лишь на первый взгляд походило на то, что я надевала на свадьбу принцессы, едва коснувшись ткани, я осознала, что это совершенно иное одеяние. Легкая летящая ткань, многослойная юбка, полупрозрачные рукава. Гораздо более облегченный корсет. И вышивка — золотые рунические надписи перемежались золотыми драконами. Это не было нарядом леди из рода Риддан, это был наряд кронпринцессы. И когда Ивель открыла ларец и извлекла тиару, я лишь убедилась в своем предположении.

— Как давно было пошито это платье? — спросила ровным тоном.

— Достаточно давно, — уклончиво ответила горничная. — Его императорское высочество требовал поторопиться.

Кажется, я готова была закатить истерику прямо сейчас, но Нандар важный город, а я идеальная кандидатура на роль «идеальной принцессы из народа», в этом магистр Берион был совершенно прав. Что ж, по- видимому, мне придется сыграть эту проклятую небесами роль еще раз.

Каенар, поправляя запонки, появился к тому моменту, когда Ивель укладывала мне волосы.

Подошел к столу, сел, небрежно взял листы с речью и поинтересовался:

— Если я скажу, что ты великолепна, какова вероятность того, что в меня полетит эта сильно уступающая тебе в красоте диадема?

— Вероятность сто процентов! — и я швырнула кисть в шкатулку с косметическими средствами.

Да, я была великолепна. Будь оно все проклято, но я была великолепна! За десять лет я научилась красить несвое безумно красивое лицо

так, что оно становилось еще прекраснее. Мы будем стоять на платформе, в некотором отдалении от народа, и я подчеркнула глаза и губы, чтобы они выделялись даже на расстоянии. А так же скулы, брови, блеск теней, что должен был притягивать взгляд к моим глазам, и легкие румяна, подчеркнувшие холодный розовый подтон моей кожи. Точнее — не моей.

— Почему ты так злишься? — тихо спросил Каенар.

— О, даже не знаю! — я добавила алого тона на губы.

— Из нас двоих проявлять гнев должен я, — продолжая читать, произнес кронпринц. — Я планировал быстро и спокойно, без остановок и пафоса, добраться до места проведения Весенних Учений, но ты настояла на том, чтобы эта поездка превратилась в часть представления в рамках «Дивного дня, уважаемые горожане города N, вот он я, ваш будущий император. Прошу любить и жаловать, можете падать ниц и биться лбами о землю, я дозволяю».

Представила себе Каенара, вышедшего к толпе с подобной речью, и невольно улыбнулась.

— Отличная речь! — язвительно похвалила.

— О, благодарю, так значит вот это вот «восхваление града Нандар» на две с половиной страницы можно сжечь?

— Я почти час это писала!

— А у меня теперь почти четверть часа чтобы это выучить и отрепетировать! — похоже не я одна была в гневе. — А после стоять с самым почтительно-величественным видом и вещать это публике, стараясь не пропустить ни слова, потому как иной раз, всего одно слово меняет весь смысл написанного тобой.

— Если вам что-то не нравится, вы можете писать себе речи сами! — и круглая коробочка с помадой полетела в ящик с косметикой, едва не разбившись.

— Можно было бы в принципе обойтись без речей и спокойно прибыть к восточной границе! — Каенар швырнул листы на стол, яростно глядя на меня.

— Можно было бы, не будь вы наследным принцем, что впервые проезжает через Нандар! Народ соберется на вокзале, желаете вы того или нет! Взрослые и дети, с цветами и надеждой увидеть вас, Надежду всей империи Аркалад! А вы планировали безостановочно промчаться на Императорском Восточном экспрессе? Вас ожидают на вокзале вероятнее всего с раннего утра, а может и с ночи. Но действительно, какое вам до этого дело?! Если кому-то так хочется ждать — пусть ждут, это же не ваши проблемы, не так ли? И совершенно не важно, что это ВАШИ ПОДДАННЫЕ! Ваши, а не мои!

Помолчав, Каенар холодно произнес:

— Что-то я не заметил ажиотажа по поводу моей персоны на

столичном вокзале.

— Ммм, это потому что вы перенеслись сразу к поезду

и не заметили городской стражи, в три ряда окружающей вокзал Небесного города!

Несколько секунд мы смотрели друг на друга, как два ярых врага, скрестивших шпаги. Но невозможно было смотреть с ненавистью на того, от кого… сложно оказалось взгляд отвести. Ангел Смерти был все же слишком красив, и от его негодующего взгляда я как-то невольно перевела взгляд на его же длинные черные ресницы, и красивые брови, и…