Чтение онлайн

Гораздо более крупный жук скользнул в мою сторону, щелкая клешнями. Панический вздох перехватил мое дыхание, и я растоптала его. Ярко-желтые внутренности брызнули на мою юбку, стекая по ткани.

Длинный шипящий звук эхом разнесся по камере, и все крошечные жуки скользнули к более крупному, словно втянутые в него. Их блестящие черные оболочки скомкались в кучу черной слизи.

Выдохнув тяжело и дрожаще, я уставилась на все это.

Щекочущее ощущение на руке ввергло меня в новую истерику, и я отдернула рукав, но не нашла там ничего, кроме одиночного волоса. Дрожа, я прижала руки к рукам и ногам, полностью потрясенная и взволнованная.

Из тени на свет вышли еще два больших насекомых. Одно черное, как и другое. Второе — красное с черными пятнами.

– О, боже. Пожалуйста.

Звон металла привлек мое внимание к двери, где через окно был виден темноволосый охранник, которого я видела раньше.

– Феррис будет первым. Его казнят на виселице на рассвете, — сказал он, и мое сердце забилось при щелчке замка.

Насекомые скрылись в тени, когда свет из дверного проема осветил темную камеру, и два охранника вошли внутрь. Третий остался стоять в дверном проеме.

– Затем будет Джевхер, а потом мы выпустим ее в яму.

Я не имела представления, что такое яма, но в его голосе, когда он это говорил, слышалась мучительная нотка веселья.

Четвертый охранник спотыкался рядом с ними, тот, которого я узнала в лесу, который, казалось, был против их идей.

– Ах! Похоже, кто-то все-таки передумал.
– Рыжеволосый охранник похлопал его по плечу.

Тихий охранник нервно хихикнул.
– Почему все удовольствие должно доставаться вам, ублюдки?
– Он прочистил горло и почесал руку, которая была красной и полностью воспаленной.

Даже если он когда-то выражал несогласие, теперь, похоже, уже не было возможности его переубедить.
– Пожалуйста, — взмолилась я. — Пожалуйста, помогите мне выбраться отсюда.

Охранник снова прочистил горло, отвернувшись, словно не желая смотреть на меня, и та небольшая надежда, которая у меня была, исчезла.
– Успокойся, смертная шлюха.

Мужчины разразились смехом.
– Кто-нибудь, принесите Столюсу ядовитую ягоду! Он пойдет за Феррисом!

– Черт возьми, я пойду, — возразил Столюс.
– Она... Она отвратительная смертная! Я лучше посмотрю.

Один из мужчин усмехнулся и хлопнул его по спине, протягивая ему бутылку с тем, что, как я предполагала, было спиртным напитком.
– Ну, тогда давайте начнем! Хватит терять время.

В комнату затолкнули мужчину в рваной одежде, с растрепанными волосами и диким взглядом, устремленным на меня. Его кожа была покрыта шрамами и отметинами, а на запястьях были медные кандалы. Охранники разъединили цепь между ними, но оставили кандалы на месте.

– Не волнуйтесь, он не будет использовать магию, — сказал Черноволосый, словно это было моей главной заботой в тот момент.

– Черт возьми, хотя бы вооружите бедного ублюдка. Эта сука может не отпустить его!
– Один из охранников сунул нож в кобуре в карман растрепанного мужчины, и тогда я понял, насколько серьезной угрозой они меня считают.

Когда заключенный приблизился, я прижалась к стене. Я не смогла бы противостоять магии, которую охранники использовали в лесу, но я была готова на все, чтобы не дать этим ублюдкам взять над мной верх. Я заметила блеск ножа на его бедре, и он остановился, посмотрел на него, а затем на меня, злобно ухмыляясь.

– Тебе нравится этот нож, малышка?
– Он вынул его из ножен, медленно вытащил и протянул мне, сжимая острый конец в ладони.

– Что ты делаешь, черт возьми? Ты хочешь умереть! Она смертная!

– А это значит, что она слаба, — сказал заключенный, не отрывая от меня своих хищных глаз.

– О, это будет интересно.
– Рыжий потер руки и переступил с ноги на ногу.

Дрожа всем телом, я посмотрела на протянутое оружие, а затем на заключенного. Быстрым движением я выхватила его из его рук и подняла перед собой.

Звук смеха Рыжего заглушил громкий хохот других охранников.

– Посмотри на себя, ты дрожишь, как лепесток на ветру. Думаешь, сможешь со мной сражаться, цветочек? Никакой магии. Только кулаки и клинок.

– Готов поспорить на три квинта, что она даст тебе отпор, — сказал блондин, стоявший за Рыжим.

– Три квинта... — фыркнул Рыжий и оглянулся.
– На это даже кружку медовухи не купишь!

– Медовуха Морса? Только феи пьют медовуху Морса.

Переводя взгляд с двух охранников на заключенного, который кружил вокруг меня, я ждала, будут ли они драться. Драка отвлекла бы внимание. А отвлечение внимания означало побег.

– Теперь ты называешь меня феей, да?
– Охранник толкнул другого в грудь, и звон его стального нагрудника разнесся по комнате.

Второй охранник ударил локтем первого охранника по носу, отбросив его назад к стене.

Когда мужчина передо мной оглянулся на них, я взмахнула клинком, перерезав ему руку. Я проскользнула мимо него и развернулась, вставая между ним и охранниками у двери.

– Черт возьми! — прорычал он, осматривая рану.
– О, ты за это заплатишь, цветочек. Какая глупость!
– Рыча, он бросился на меня, и я снова ударила его ножом. Он потерял равновесие и упал на задницу, и металл зазвенел, когда кандалы ударились о бетон.

– Моя кровь? Да, она заражена. Я почти потерял зрение из-за болезни.
– Я ткнула кончиком лезвия в палец, поморщившись от легкого укола, и направила нож на него.

С широко раскрытыми глазами он отскочил назад, его тело задрожало, а лоб блестел от пота.

Боится? Меня?

Меня охватило дикое чувство победы, и я подошла ближе, снова ткнув ножом.
– Давай, ты, грубый свинья! — крикнула я, дразня его как сумасшедшая, но мне было все равно. Я не хотела, чтобы эта уродливая свинья меня изнасиловала.
– Микробы в моей крови съедят тебя заживо!

Я была измотана и в ярости.

И мне еще предстояло справиться с охранниками.

И тут я вдруг поняла. Я не слышала, чтобы охранники издавали какие-либо звуки.

Губы заключенного искривились в хрипе, когда он поднял руки в знак сдачи. Я медленно перевела взгляд на каменную стену за его спиной, где мерцающие факелы из коридора освещали мой силуэт, постепенно поглощаемый чудовищной тенью, которая заслоняла свет.

Черная полоса пронеслась над моей головой с тихим свистом, и я с ужасом наблюдала, как огромный серебристый предмет пронзил грудь мужчины.