Чтение онлайн

Плохой новостью было то, что стойбище Догу-бея было ограблено разбойниками. Многих перебили, а молодых, в том числе жен, наложниц, детей от второй жены угнали в Ноган на рабский рынок. Сам Догу-бей со старшими двумя сыновьями погиб в бою с Ордой.

С одной стороны, перед Диким родом открывалась неожиданная возможность: теперь можно было без кровопролития расширить свои земли за счет богатых пастбищ Догу-бея.

Но с другой стороны, эта земля не была даром с небес. Захваченное надо было удержать. А желающих прибрать к рукам свободные пастбища найдется немало. Земля без защитников — как мёд без сторожа, мигом слетятся, все, кто голоден и смел. Да и последнее слово останется за Великим ханом. Он может прибрать земли к себе или подарить своему любимчику: какому-нибудь нукеру или своему родичу.

Да и кого выставить из дикого стойбища для захвата новых земель? Подростков? Все здоровые мужчины во главе со своим Диким беем ещё не вернулись с битвы. Те, кто остался в стойбище — старики да калеки, не способные держать меч в руке. Малолетний сын Дикого бея только-только научился ходить. Шаман тяжело вздохнул.

Ещё надо было проверить жертвенный камень с останками девушки. Приняли ли кровавые боги жертву? Или отвернулись, оставив землю без защиты?

— Ты! Седлай двух лошадей! Поедем проверять жертвенный камень! И еды возьми, — резко бросил Кам старшему ученику, прерывая тягостное молчание.

— Слушаюсь, господин, — юноша почтительно поклонился и метнулся седлать лошадей.

А младший довольно улыбнулся:

— Будет время отдохнуть от старого шамана и его кичливого старшего ученика!

И как только копыта лошадей затихли влали, мальчик вприпрыжку бросился к зарослям у ручья — туда, где обычно играли его друзья. Очень хотелось поиграть.

*****

Ни-че-го! Ничего не было на жертвенном камне! Ни косточки, ни лоскутка ткани, ни капли крови — что могло бы подсказать, куда исчезла девушка ! Как будто корова языком слизала! Где девушка? Что-то должно было остаться!

— Уважаемый, посмотрите, ремни срезаны чем-то острым. Боги не приняли жертву, — ученик первым обратил внимание на перерезанные ремни.

Кам резко обернулся, взгляд его потемнел. Раздосадованный собственной невнимательностью, он ощутил, как внутри разрастается жгучий гнев.

— Болван! Сын собаки! — рявкнул он, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. — Это не боги не приняли жертву! Это кто-то срезал ножом ремни и освободил девушку! Ищи чужие следы!

Ученик побледнел, торопливо кивнул и бросился выполнять приказ, а шаман остался стоять, тяжело дыша.

Более молодой, более внимательный и более остроглазый ученик вскоре отыскал едва заметный след. Тот вился меж кустов, уверенно вёл на другую сторону лещины, а там уже явственно проступали глубокие отпечатки колёс — отчётливый след арбы.

— Следы уходят в сторону Саргуна, — произнёс ученик.

— В дорогу! В погоню! — взбешённый Кам одним рывком, как в молодости, запрыгнул на лошадь.

Лошадь рванула с места, пыль взметнулась за копытами.

Ученик, почесав голову и бросив короткий взгляд вслед умчавшемуся Каму, неторопливо сел на лошадь.

Он натянул поводья и медленно тронулся в путь. За собой он вёл вьючную лошадь. Ему оставалось лишь следовать за шаманом, крепко сжимая в руках поводья и молясь своим кровавым богам, чтобы следы не оборвались в самый неподходящий момент.

Любовь рождённого в степи к родному краю безусловна. А вот любовь к степи весной прекрасна. До самого окоёма во все стороны тянулся зелёный ковёр, усеянный разноцветными цветами. Вот маки красные распустили свои лепестки, словно капли крови на зелёной ткани. Или жёлтые тюльпаны сияют на зелёной траве, словно маленькие солнышки на небе. Фиолетовые цветы ведьминого цветка рассыпаны по степи и сияют под лучами утреннего солнца, словно драгоценные камни. Над степью и в степи слышится разноголосый щебет птиц, радующихся долгожданной весне.

Вот западный лёгкий ветерок донёс до чуткого носа двух всадников терпкий, узнаваемый запах костра. Два наездника скакали по степи уже второй день, и усталость понемногу брала своё. Второй всадник, молодой парень с цепким взглядом, вёл за собой запасную лошадь. На первой гнедой лошади сидел усталый старый шаман, уже растерявший весь пыл погони. Но желание догнать и разделаться со сбежавшей жертвой ещё было сильным. Сбежавшая девушка не просто нарушила порядок — она бросила вызов самому шаману Каму, и он не мог допустить этого.

— Следы свежие. Они где-то рядом, — заметил молодой парень.

Шаман лишь устало кивнул, сжимая в руках поводья. Впереди ждала развязка этой изнурительной для него погони.

Почувствовав запах костра, Кам остановил лошадь, решив дать ей передышку. День выдался нелёгким: все три солнца палили нещадно, а ветер приносил лишь сухой, раскалённый воздух, от которого першило в горле.

Впереди как раз наметился неглубокий овраг, где можно было спрятаться от жары и отдохнуть.

— Здесь отдохнём, — приказал он ученику, тяжело сполз с лошади и передал ему уздечку.

Юноша молча принял уздечку. Не проронив ни слова,он повёл трёх лошадей по пологому склону ко дну оврага. Добравшись до низины, расседлал их. И только после этого начал готовить нехитрый обед для шамана.

Старый шаман, тяжело дыша, лёг на спину и, кажется, задремал. Его грудь поднималась и опускалась неровно. Вдруг в безоблачной вышине появился тёмный силуэт — стервятник. Заметив неподвижное тело мужчины, он начал снижаться, описывая круги.

— Чуть ниже, — прошептал Кам, не открывая глаза.

И словно повинуясь его приказу, стервятник действительно спустился ниже.

— А теперь лети на запад, — продолжил шаман.

В его тихом голосе звучало властное повеление.

— Найди девушку-жертву. Или любых других людей, что встретятся на пути. Принеси мне их образы, их следы, их действия.

Стервятник резко взмахнул крыльями и устремился на запад.

Кам по-прежнему лежал с закрытыми глазами. Но внутри него пробуждалось древнее зрение — почти забывая магия видеть глазами птиц и зверей. Он чувствовал, как его сознание тянется вслед за стервятником, сливается с его зрением, с биением его сердца.

Перед внутренним взором шамана начали проступать отчётливые картины: волнистые очертания холмов, неглубокий овраг, заросший кустарником, пасущаяся лошадь, арба, две девушки, готовящие обед.

— Вот она, девушка-жертва! — беззвучно прошептали губы шамана.

Он уже видел её ясно, как если бы стоял рядом.

*****

Асель, отдыхающая под густым кустарником, резко подняла голову, почувствовав незримую угрозу. Стервятник кружил над ними, он не улетал, а продолжал описывать круги, будто примериваясь, высматривая что-то или кого-то.