Чтение онлайн

Я продолжал вливать ему в уши сладкий хотя и неопределённый по сути нектар лжи, смазывая путь бархатными интонациями. Взглядом мне отвечали уже не исподлобья, всё более открыто и доверчиво. Ладони не встречали сопротивления в расслабленных мышцах. Ещё немного, и человеческий мальчик станет совсем ручным. Я бережно поцеловал его плечо, а потом пошёл дорожкой невесомых прикосновений по шее, к налившейся жиле. Сам уже изрядно завёлся с голодухи, и это наверняка чувствовалось.

Когда мои нежные губы оказались у цели, он не выдержал.

— Нет, господин! Не пейте!

— Но я так хочу! — проворковал я прямо в ушко.

— Моя кровь отравлена! — выпалил он.

Жертва предпочла мифическую золотую клетку куда более неприглядной, зато скорой могиле. Я мысленно улыбнулся, но из роли, конечно, не вышел.

— Как? Что ты такое говоришь? — залепетал я горько, как дитя, уронившее в грязь единственную конфету. — Ты восхитительно пахнешь!

— Меня заставили! — горячо бормотал он в ответ. — Сказали, что мой долг уничтожать таких как вы, а я не хотел.

Это ты сейчас не хочешь милый, а тогда пылал восторгом искупления в отсвете будущего подвига. Люди — это так банально.

— Кто? — округлил я глаза.

Он мотнул головой.

— Не могу сказать. Я поклялся, что не назову их имена. Я спас вашу жизнь, но больше не произнесу ни слова.

А так хорошо всё начиналось! Я ощутил нешуточную обиду от того, что он не растаял в моих объятиях без осадка. Мог бы и порадовать за ласки и поцелуи. Я вообразил себя раненым в самое сердце, и надменно отвергал любовь без доверия. Пряник не сработал, потому пришла пора браться за кнут.

— Всё скажешь! — буднично заверил я милого юношу и извлёк из кармана парализатор.

Забавная такая штука — совсем маленькая, а боль причиняет адскую. Прижал к коже, нажал кнопку, и вот человек уже корчится от невыносимой муки и орёт нечеловеческим голосом. Надоела длинная канитель, потому я был нетерпелив и груб.

Как ни странно, Бент ещё какое-то время сопротивлялся и только когда я стащил с него шаровары и приложил карающий жезл к самому дорогому, сдался окончательно. Захлёбываясь словами, он говорил и говорил, боясь умолкнуть, плохо соображая и потому не стараясь что-то выдумать, поскольку я всё ещё водил задумчиво парализатором по его ничем не защищённому телу, и палец мой лежал на кнопке пуска.

Вскоре я узнал всё, что хотел.

— Вот и умница! — похвалил, убирая в карман ключик от ларца истины. — Отдыхай, милый. Честно слово, не хотел причинять тебе боль, но выбора у меня не осталось. Я точно так же имею право защищать свою жизнь, как и ты свою.

Я ушёл провожаемый хриплым сорванным от криков дыханием и непроизвольными стонами. Возможно и взглядом полным не отгоревшего ужаса — про это ничего не могу сказать: я не оглядывался.

Следовало хорошо подумать. Раздражение от того, что мне пришлось заниматься грязным делом, а я давно отвык, никак не хотело покидать душу, потому я практически бежал, а не шёл. Попался кто-то из знакомых — я едва ответил на приветствие. Как же достало это стремление людей всё испортить! Всегда им мало! Ведь живём как почтенные граждане, никого не убиваем. Почти. Что им ещё надо, чтобы мы закованные в цепи руду из шахты добывали? Ну уж нет! Этого от меня не дождутся! Я просто кипел.

Бент назвал всего два имени, большего и не знал, в малую осведомлённость я поверил сразу: кто же станет откровенничать с таким дурачком? Расходному материалу всех заговорщиков лишь промывают мозг и суют в руки то оружие, что соответствует эпохе. На этот раз бомба оказалась в венах — не суть. Главного: кинули на пули и штыки в качестве пробной жертвы или основного блюда — он тоже не знал. Зато дружки его наверняка могли сообщить больше, и я намеревался раскрутить всю нить, чтобы добраться до клубка. Пожалеют ещё, что растревожили подлинного зверя в тихой клыкастой моли.

Из двух названных имён одно было мне стороной знакомо, и опять я оказался прав: не в трущобах эти люди замышляли своё зло, а в человеческой элите, что правила всеми нами. Верхние задумали избавиться от вампиров теми или иными средствами? Во мне разгорелся мстительный азарт. Выборы нового короля уже не казались пустой затеей. Я понимал, что пока не знаю всей силы, что противостоит нашему племени, но намеревался разведать подробности и предъявить ей свою.

На миг злоба отступила перед грандиозностью предстоящей работы. Во мне заныло привычное стремление к комфорту. Вместо того, чтобы славно сибаритствовать на диване, я вынужден буду опять лезть в недоброе горнило политики. От горечи я застонал, напугав попавшегося на пути ленника. Он шарахнулся к стене, а я понёсся дальше, лишь со свистом пролетели мимо его искажённого страхом лица мои белокурые локоны. Ну то есть это я так красиво о себе подумал, чтобы нацедить толику утешения из скаредной мошны судьбы.

Я полетел домой и только в дверях вспомнил, что, во-первых, не съездил проверить, всё ли готово к празднику, во-вторых, меня ещё, скорее всего, не простили за последние вины. Понадеялся, что успею прошмыгнуть тихо в свою комнату и не вылезать оттуда до лучших времён, но просчитался. Саторин словно подкарауливал моё возвращение. Я столкнулся с ним прямо в нашем огромном бестолковом холле. В меня вонзился властный хозяйский взгляд. Натренируется наш гений нагибать всех вокруг, не заметит, как один останется. Я, конечно, поклонился, но про себя подумал, что даже за деньги не всё терпеть соглашусь. Если придётся разорвать контакт, потеряю много, только и так не пропаду. Саторин не понимает ещё как плохо ему придётся, если рядом будут не свои. Я знал, что Рензо давно метит на моё место, его боец не тянул на высокий класс, и завладеть моим было давней мечтой коллеги. Представив глупого гения в лапах этого отморозка, я склонился ещё почтительнее. Саторин не подарок, но вот привык я к нему, а заскоки с казнями можно и простить. Он меня изрядно раздражал, так ведь и я его тоже. Оба были хороши. Я решил проявить снисходительность.

— Площадку проверил? — спросил он сурово.

Про лабораторию даже и не вспомнил, совсем с ума сошёл со своими играми.

— Да, всё готово! — соврал я.

— Ты там не был! — загремел он. — Мало того, что манкируешь обязанностями, так ещё и лжёшь!

То и другое, конечно, относилось к категории святой истины, но раньше мой Ринни и внимая не обращал на шалости своего помощника. Что изменилось теперь? Тревожно вдруг стало. Я покаянно повесил голову, размышляя о том, что слишком многое пошло наперекосяк, и во что выльется беспорядок, сказать сложно.

— Сейчас я занят, зайдёшь ко мне позднее, из дома ни шагу! — распорядился он и удалился в мастерскую.

Я поймал себя на том, что смотрю ему вслед, разинув рот. Да что творится? Раньше я спросил бы у Шерил, но сейчас прокрался мимо её покоев тише мыши. Не хватало ещё и оттуда колотушек схлопотать.

Приказ Саторина меня вполне устраивал. Прежде, чем подступиться к людям, затеявшим покушение, следовало внимательно изучить обстановку. Потому засев в своей комнате и сбросив большую часть одежды, я включил поисковую систему и принялся процеживать информацию, взяв за точку отсчёта все три известных мне имени.

Копаться в тайниках сети я люблю и умею, для этого ведь не надо слезать с уютного места. Я расположился в центре потока и приступил к делу. Люди, случается, устраивают соревнования по ориентированию в виртуальном движении, они не знают, какой уровень способен взять вампир, если он натренирован и терпелив.

Я полностью погрузился в процесс. Процеживал, отбирал, отбрасывал. Вокруг меня уже реяли в пространстве полупрозрачные стены сути. Когда удавалось сразу нащупать правильный путь, я радовался как ребёнок, сердился, когда заходил в тупик. Временами я действительно умный, а не только рассказываю об этом.