Чтение онлайн

– Ты...
– наконец вырвалось у него.
– Ты богиня. Богиня смерти. 

– Нет, я Немезида, - поправила его племянница.
– Богиня возмездия. 

Она вынула из прорези платья кинжал, поигрывая им в своей узкой ладони. 

Князь приблизился к ней. Поднёс ей ожерелье из серого жемчуга и серьги из того же гарнитура.

– Дарю. Очень редкий и дорогой материал, - прошептал он. 

– Ты угадал к наряду, - улыбнулась Ange.

Князь надел украшение ей на шею. Вблизи почувствовал её запах, обнял её, скользнул рукой в декольте.

– И вся эта красота - для этого чухонского солдафона?
– тихо проговорил он.

– Для тебя, - она поцеловала его в губы. 

– Ты готова?
– раздался голос младшего брата князя. 

– Да. Входи и ты, - произнесла она, отрываясь от Адама.

От Константина разило духами и пудрой. Он церемонно поклонился племяннице, тоже оценив её внешний вид по достоинству.

– Всё при прекрасной панне?
– осведомился он. 

– Конечно, - усмехнулась Анжелика. 

– А ты пистолет-то зарядить не забыл?
– с иронией спросил брата князь Адам. 

– Обижаешь, - тот достал из кармана фрака длинный пистолет системы "Лепаж" с резной ручкой.
– Но стрельбу открываем в самый последний момент. 

– Нет, когда ничего другого не останется, - поправил его старший из Чарторыйских.
– Нам не нужен скандал. 

– Конечно, если я уже буду этим скандалом, - княжна покружилась в импровизированном вальсе. 

– Ливен ведёт себя в свете, как статуя Командора, - вспомнил Константин.

– Перед Анж и камни заговорят, - заверил его брат. 

– Тем хуже для них, - дополнила его княжна с холодной усмешкой на алых устах. 

Вскоре они, распрощавшись с Адамом, отправились на Невский, в ярко иллюминированный особняк Нарышкиных. 

***

Кристоф был одет во всё штатское, поэтому чувствовал себя с непривычки не слишком комфортно. Он сидел, по своему обыкновению, в дальнем углу и отмечал про себя имена прибывающих гостей - граф приехал одним из первых. Увидел своего старшего зятя, недавно прибывшего из Ревеля и о чём-то оживлённо беседующего с подобным ему шалопаем - племянником хозяина дома. "Хоть бы не заметил", - подумал граф.
– "Ведь Альхен так же любопытен, как и его сестра. А я не хитрец". Еще здесь не помешало бы присутствие Дотти - но она находилась dans la seclusion, как он объяснял всем. Дамы кивали головой сочувственно, прекрасно понимая значение этого эвфемизма. 

Приехал Пьер Долгоруков со Феденькой Уваровым. Подошел к графу, встал за спинку его кресла и прошептал:

– Прибудет польская сучка - оставь её мне.

– Ну уж нет, - не оборачиваясь, проговорил Кристоф.
– Она здесь по мою душу. 

– Ладно. Но я бы хотел сначала её вы-ть как следует, - это вмешался Уваров, бряцая своими позументами. 

– Тебе достаточно и жены, - усмехнулся старший из Долгоруковых.- Интересно, Катька придёт? 

Кристоф встал со своего места и посмотрел в глаза обоим своим "союзникам" так, что им стало не по себе. Именно тем взглядом, за который один из его будущих подчинённых назовет его "трупом". Граф жёстко проговорил:

– Для вас она "Её Высочество", - иотошёл от них подальше. 

– Ну и ну!
– воскликнул князь Петр после его ухода.
– Что-то он стал много мнить о себе. И жена у него такая же. Даже ещё хуже.

– Откуда ты знаешь?
– спросил Уваров.

– А мы с ней когда-то, - и Долгоруков сделал непристойный жест рукой.

– Может быть, есть шансы повторить?
– улыбнулся его друг.

– Попытка - не пытка. Если уж муж не хочет быть с нами заодно, уговорим жену, - произнес Пьер.
– В постели. 

Сперва Ange заметил только Алекс. Но потом, по мере того, как Чарторыйские шествовали через зал, здороваясь со знакомыми, её начал сопровождать восхищенный шёпот. Барон ощущал то, что всегда ощущал в присутствии признанных и неприступных красавиц - желание завоевать, увезти, покорить. И старое, полузабытое чувство того, что эта королевна - а выглядела она нынче совсем по-королевски - была когда-то близка его душе, появилось вновь. Даже несмотря на всё то, что она не так давно проделала с ним.

Она заметила его. Улыбнулась, поклонилась, обдав его ароматом тяжёлых, соблазнительных духов, которые ныне были в особенной моде. Он поцеловал её руку, заметил аметистовое кольцо на тонком пальце и своё отражение в пурпурном отшлифованном камне. Они поговорили о чём-то малозначительным, и Алекс ангажировал её на мазурку, уже обдумывая стратегию по полному и окончательному покорению княжны.

Кристоф увидел, как его врагиня приближается к нему. И дядя её - слава Богу, не Адам, а Константин, обычный светский жуир, каких слишком много в этой помеси теплицы с парной. "Соберись, Кристхен", - сказал он себе так, как говорил лет десять тому назад, когда ходил в штыковую во время персидского похода графа Зубова. Они поздоровались как противники во время поединка чести, ненавидящие и в то же время уважающие друг друга. 

– У вас первый вальс свободен?
– спросил её граф, опустив глаза

– Для вас - да, - княжна хищно улыбнулась, развернув веер, - А вы нынче танцуете, Ваше Сиятельство?

– А как же,- тихо произнёс он - Для вас - танцую. 

– Так и запомним, - дерзко проговорила княжна, отходя от него. 

– Видишь эту в сиреневом? Она будет моей до конца бала, - Алекс воображал себя уже виконтом де Вальмоном из "Опасных связей" и держался соответствующе.

– Вкус у тебя неплох, - Воронцов допил из бокала шампанское.
– Только связываться с этим польским кагалом - оно тебе надо? 

– Мне она не откажет, - решил Алекс и направился просить княжну вписать его на второй вальс.

– Как там Жанно?
– поинтересовался Лео Нарышкин. 

– Женится, - тут и Марин подошел к своей всегдашней компании.

– На ком же? Зная его рискну предположить, что на графине Анне Орловой, - усмехнулся Майк.

– Кто ему даст?
– возразил Серж.
– На какой-то немочке он женится, конечно же. Ли-ли-ен-фельд, - произнес он по слогам.

– О, как интересно. Он ещё и женится, - язвительно проговорил Алекс, получивший согласие княжны на танец.

– А что - парень к успеху идет. Семимильными шагами, - добавил его спутник. 

– Как бы не споткнулся на пути к успеху - бросил фон Бенкендорф ему.

Танцы начались не слишком обычно - вальс и мазурку поменяли местами, и это вызвало смятение в рядах дам и кавалеров. Вальс по чьей-то просьбе поставили сразу после полонеза.

Кристоф был спокоен так, как был спокоен, идя в атаку. Анж кивнула в ответ на его поклон. Положила руку ему на плечо. Он обнял её чуть ниже лопаток, даже через ткань перчаток ощущая бархат её кожи. Взвыли скрипки, и танец начался. Этот вальс был новомодным, быстрым, а Кристоф давно не танцевал. Анж вела его, вопреки обыкновению. Её лицо, плечи, душный запах, шея, украшенная серебряной цепочкой и серым жемчугом, были так близко к нему, что голова кружилась. На первый взгляд казалось, что княжна упивается танцем, но она старалась не сводить взгляда со своего партнера. И смотрела ему прямо в глаза, про себя думая: "Танцует он не очень - не зря Дотти на него жаловалась".