Дитя Шивай
Шрифт:
Глава 28
ДВОРЕЦ А'КОРИ
Наши дни
Ари не проронила ни слова по дороге обратно во дворец, и она не сказала ни слова, когда мы ложились спать. Не то чтобы это было нужно. Даже если она не смотрела на меня, ее гнев был очевиден по напряжению плеч и прямой, как струна, спине.
К счастью, она в душе, когда я просыпаюсь в дрожи и поту, свесившись с края кровати в позывах рвоты. Я легла спать на пустой желудок, но это ничуть не облегчает тошнотворное ощущение желчи, обжигающей горло.
Мои сны были худшими с того дня, когда, как я помню, мне приснился первый — в день, когда я встретила Богью в лесу. Я все еще чувствую вкус капель крови во рту, все еще ощущаю жар последнего вздоха женщины на своей щеке, давление демона, обвивающегося вокруг меня. Я сминаю шелковые простыни в кулаках и приказываю им перестать дрожать.
В безопасности. Ты в безопасности.
Сделав глубокий успокаивающий вдох, я спускаю ноги с кровати и падаю на пол в тот момент, когда пытаюсь встать. Я хватаюсь за голову, пока мир вращается. В ушах громко звенит, звук нарастает и затихает, пульсируя, и я смахиваю щекочущее ощущение под носом, только чтобы обнаружить, что пальцы покрыты тонким слоем крови.
Тиг бросается ко мне; ее зеленые глаза полны беспокойства.
— Я в порядке, — уверяю я ее. — Просто немного кружится голова.
Как обычно, я не видела, как спрайт вошла в комнату. Впервые я начинаю задумываться, как часто она наблюдает за мной, оставаясь совершенно невидимой. Вода в ванной выключается, и Тиг бросает взгляд на двери, затем снова на меня.
— Правда, я в порядке, — говорю я.
Мой взгляд метнулся к крошечным черным цветам с фиолетовым отливом, растущим в ее волосах. Ее рука тянется, чтобы коснуться одного, когда она качает головой. Я киваю. Они не готовы.
— Уходи, — я киваю головой в сторону окна, и она исчезает с большой неохотой.
Мне не удается подняться на ноги до того, как Ари вплывает в комнату. Ее взгляд начинает скользить по моему лицу с пренебрежением, голова отворачивается, и я начинаю думать, что она решила не разговаривать со мной еще день, а может и больше. Пока ее голова резко не поворачивается обратно ко мне, когда она осознает, что я на полу.
— Что случилось? — спрашивает она.
Я снова провожу по крови, высыхающей под носом, и киваю.
— Я в порядке. Просто немного закружилась голова.
Она бросается к двери и кричит кому-то в коридоре:
— Немедленно приведите сюда Кадена!
— В этом нет необходимости, — слабо возражаю я. — Это просто кровь из носа. Зачем звать целителя из-за крови из носа?
Я не упоминаю, что у меня звенит в ушах или что вращение комнаты сменилось сильной пульсацией в голове. Я поднимаюсь с пола, стараясь выглядеть лучше, чем чувствую себя на самом деле. Ари следует по пятам, когда я направляюсь в ванную, и мне стоит огромных усилий унять дрожь в ногах при ходьбе.
— Ты правда думаешь, что я предпочту боль от его исцеления крови из носа, которая пройдет к моменту его прихода? — я вскидываю бровь, глядя на нее.
Она пожимает плечами.
— Зей взял с меня слово позвать Кадена, если ты когда-нибудь опишешь свое состояние словом «в порядке».
Властная задница.
Я едва успела одеться, когда Каден врывается в комнату, на оттенок бледнее, чем был в прошлый раз, когда я его видела. Тяжело дыша, он выжидающе осматривает меня, словно думал, что я могла потерять ногу. Ари ведет меня в главную комнату, усаживая на большую кушетку у окон. Выражение его лица, когда Ари описывает мое состояние, пожалуй, стоит той боли, что причинил его вызов сюда. Я не могу сдержать смешок, срывающийся с губ, когда он хмурится.
— Кровь из носа? — спрашивает он.
Ари закатывает глаза.
— Просто попробуй исцелить ее. Зейвиан…
— Ни слова больше. — Каден останавливает ее взмахом руки, затем потирает ладони друг о друга, согревая их, и прикладывает к моим вискам. Я напрягаюсь, готовясь к боли от его дара. Но ничего. Даже малейшего покалывания силы. Он озадаченно смотрит на меня, и я пожимаю плечами.
— Разве исцеление крови из носа не должно причинять боль? — спрашивает Ари мужчину.
— Должно. Да, — говорит он.
— Тебе бы это понравилось, не так ли? — я щурюсь на подругу.
И я уверена, что она не шутит, когда говорит:
— Немного.
— Если она не ранена, почему идет кровь? — спрашивает она целителя.
— Может, это дар Зейвиана? — предполагаю я.
Глаза Кадена расширяются, когда он спрашивает Ари:
— Он применил к ней свой дар?
— Нет, — говорит она. — Ничего подобного.
Они оба задумчиво смотрят на меня, пока Ари объясняет передачу силы Зейвиана. В конце концов Каден соглашается:
— Это возможно. Смертные тела не созданы для того, чтобы вмещать дары феа. Тем более такую силу, как у него. В любом случае, я не чувствую ничего, что требовало бы лечения.
Он осматривает меня еще раз, прежде чем направиться к двери, и говорит:
— Позовите меня снова, если ей станет хуже, — хотя, когда он уходит, я задаюсь вопросом, зачем ему вообще беспокоиться, если сделать ничего нельзя.
— Тебе стоит сегодня отдохнуть, — предлагает Ари.
Я думаю, что хотела бы, но я уже рискнула провести одну ночь без разрядки для моего демона и нахожу, что совершенно не желаю пытаться снова, если только это не будет абсолютно необходимо.
Поскольку генерала здесь нет, чтобы помочь мне, мне нужно потренироваться или хотя бы направиться на кухню и раздобыть еще чая Кишека. Мне понадобится что-то, чтобы отогнать тьму, прежде чем Ари пострадает от одного из моих приступов.
— Я бы хотела продолжить тренировки с Риа, — прежде чем она успевает возразить, я добавляю: — Если у меня снова пойдет кровь из носа, я сразу же вернусь сюда и пролежу в постели весь день.
Это обещание достаточно удовлетворяет ее, так что она неохотно ведет меня на тренировку. Хотя после пары крепких словечек от моей подруги Риа старается меня беречь, а тренировка, подходящая для ребенка, никак не поможет утихомирить демона внутри меня.
Ари сокращает наше занятие, и я не могу понять, то ли она просто волнуется, то ли моя усталость настолько очевидна. Она отводит меня обратно в покои генерала без лишних вопросов, и я почти засыпаю в ванне. Я не спала днем уже много лет, но сегодня кажется подходящим днем для этого.
Уже сумерки, когда Ари расталкивает меня, предлагая небольшую миску рагу на ужин. Я пытаюсь ободряюще улыбнуться ей, заметив морщинки, исказившие ее черты. Но я осиливаю лишь несколько ложек, прежде чем отставить миску в сторону, собираю последние силы, чтобы натянуть ночную сорочку, и заползаю обратно в кровать.