Чтение онлайн

366

хочу и не нуждаюсь знать, но знаю, и всякий знает, что я — и Все и

ничто. В соединении этих двух есть то, что мы называем и сознаем

жизнью. Я — все, я един и я отделен. От того, что я отделен, от этого

я телесен и я в движении, а телесность может быть только при про-

странстве, а движение — только при времени. Как единое же суще-

ство, я бестелесен, неподвижен, вне пространства и времени. Благо

мое в сознании этого единства в отделенном. (Думаю, что верно.) 2) Личность всякого человека слагается из двух его свойств: первое — умственных способностей — памяти, сообразительно-

сти, способности внимания, сосредоточенности (главное, от этой

способности сосредоточенности внимания), и второе — его жи-

вости сознания идеала совершенства. Первые всегда довольны, вторые всегда недовольны собой. (Не вышло.) Нет, вышло.

Первый тип занят весь соображениями о телесном, второй —

о духовном. Первый смотрит на духовное, как на орудие работы

над телесным, второй — на телесное, как на орудие для работы

над духовным.

3) Продолжение того, что в книжечке. Понятно, если бы пос-

ле органов слуха, зрения, мозга явился бы орган, посредством

которого человек познавал бы жизнь на звездах, мог бы переле-

тать, и чтобы ни придумать, все это может развиваться; но откуда

сознание, — сознание того, что все эти органы мои, что все это —

я и все остальное — не я?

Ведь это равно, как если бы спросить, как появился этот дво-

рец, и мне бы сказали: а вот как: сначала сделали окна, двери, тер-

расы, потом штукатурили, красили, и вышел дом. Удивительно.

4) Не наказывать, не противиться злу насилием, не иметь бо-

гатств, все это кажется нам какими-то великими подвигами, требо-

ваниями неисполнимыми, а ведь это только самые простые указа-

ния того, что люди должны перестать делать, чтобы не вредить себе.

Также казалось подвигом не ругаться, не пьянствовать, не есть мяса.

А теперь мы понимаем, что это просто практический совет — не

делать себе вреда. То же и с наказанием, с насилием, с богатством.

Кажется, 11 июля 1908. Я. П.

Думал очень, очень хорошо

1) Вчера еще о том, что чувствую возможность жизни, вполне

руководимой одной любовью. Начинаю понимать возможность

того, чтобы, сходясь с людьми, не переставая помнить о том, что

нужно другому, а не мне: помнить, что интерес жизни должен

быть не «я», а «ты», или О Н. Возможно, возможно.

367

2) О непротивлении злу: те, кто, признавая какую бы то ни

было нравственность, находят, что нельзя все-таки допустить за-

кон непротивления, совершенно подобны тому человеку, кото-

рый в математике допускал бы равенство квадрата гипотенузы

сумме квадратов катетов или еще подобные математические вы-

воды и между тем говорил бы, что признание прямой линии крат-

чайшим расстоянием между двумя точками все-таки парадоксаль-

но и преувеличенно. Подобны потому, что как вся геометрия

не может существовать без положения о том, что прямая есть и

т. д , так и никакая нравственность не может существовать

без положения о любви, включающей в себя непротивление. А

всякое нравственное учение основано на любви.

20 июля 1908.

Записать много есть.

1) Я — это сознание Бога.

2) Еду верхом в глуши и вижу в чаще какие-то созревшие яго-

ды. И подумал. Никто не увидит этих ягод, никому они не нуж-

ны, и им никто не нужен, а они неукоснительно, вовсю делают не

свое дело, а то, какое им предназначено, исполняя волю Того «Я», которое в виде отдельного существа живет в этом растении. Так

же и человек, отличаясь от растения тем (кажущимся) преиму-

ществом, что может сознавать в своем отдельном существе это

всемирное «Я».

Да, я — JI. Н., я — писатель, я — нищий, я — царь, это —

большое заблуждение. От него все страдания людей. Есть только

Один и бесчисленные проявления Его, одно из которых — то, которое я сознаю собой. И благо нам, если мы не признаем Его

проявление в себе за отдельное свое «я», а всегда чувствуем в

себе то «Я» и живем Им. И мы испытываем самые разнообраз-

ные и неизбежные горести и страдания, если живем в заблужде-

нии, что Я есть наше я.

Жизнь — в исполнении воли «Я», или, иначе, жизнь — в

стремлении к прекращению разъединения, в слиянии со Всем.

А это-то приближение к слиянию есть лучшее благо нашей жиз-

ни — любовь.

Нынче 5 авг. 1908. Я. П.

Думал:

1) Особенно, точно по-новому, ту старую истину, что безумно

жить, забывая о смерти, что сознание присущности смерти, воз-

368

можности ежеминутного наступления ее есть самое нужное ус-

ловие жизни, что без этого сознания жизнь не может не быть бес-

смыслицей с постоянной возможностью отчаяния при воспоми-

нании о смерти. Казалось бы, так неизбежно понять, что мы в

жизни — высланные на работу работники, которых всякую ми-

нуту, мы не знаем когда, может снять хозяин и вернуть туда, от-

куда он выслал их, — «Туда» и «Откуда», которых мы одинаково

не знаем. Казалось бы, иначе нельзя людям понимать свою жизнь.

А они понимают ее, как что-то им принадлежащее, в которой они

могут достигать своих целей. Как же им при таком взгляде не

отчаиваться при мысли о смерти?

Да, ты только работник дела хозяйского, Божия, и знаешь на-

верно только то, что ты прислан сюда работать Его дело. Хорошо