Чтение онлайн

Доносятся звуки воды. Я ловлю каждый шорох и спустя несколько мгновений сбрасываю оцепенение. Беру для себя чистую футболку и полотенце и иду в соседнюю ванную, на то, чтобы привести себя в порядок, мне хватает трех минут. Ничего лишнего: мыло и зубная щетка. Все время держу дверь приоткрытой, прислушиваюсь. Не хочу пропустить момент, когда она выйдет. Возвращаюсь в спальню, машинально убираю постель, поправляю подушки, открываю окно чуть шире и жду.

— Как заново родилась, — говорит Даша, открывая дверь и тут же находя меня взглядом. На ней забавно смотрятся мои футболка с шортами. — Я похожа на какого-то рэпера, — хохочет она, подтягивая шнур в шортах и придерживая подбородком край футболки. — Не поможешь.

— Конечно, — говорю я и подхожу ближе.

Я приседаю перед ней, беру концы шнурка и аккуратно подтягиваю, стараясь не дернуть резко. Ткань собирается, шорты наконец садятся как надо. На секунду мои ладони задерживаются на ее чуть впалом животике. Я провожу ладонями, ныряю за спину и сам заставлю себя остановиться. Одергиваю футболку и поправляю горловину, что перекашивается вокруг тонкой шеи.

— Так лучше? — спрашиваю.

— Да, — отвечает она и тут же морщится, переступая с ноги на ногу.

— Стой, — говорю и поднимаю взгляд. — Что не так?

Даша пытается отмахнуться, мол, ерунда, но я усаживаю ее на кровать и беру за щиколотку.

— Покажи.

Даша колеблется секунду, потом все-таки приподнимает ногу. И у меня внутри снова все холодеет. Ночной страх возвращается.

На ступне несколько небольших волдырей. Кожа натянутая, местами покрасневшая, с прозрачной жидкостью под тонкой пленкой. Вчера я не заметил.

— Черт… — выдыхаю сквозь зубы. — Почему ты сразу не сказала?

— Я не чувствовала сначала, — пожимает плечами. — Потом было не до этого.

Я осторожно опускаю ее ногу обратно и встаю.

— Носки надень, — говорю уже жестче, найдя чистую пару. — Прямо сейчас. Ни шагу босиком.

— Ром, да это мелочи…

— Даша, — перебиваю спокойнее, но так, что спорить не захочется. — Это ожоги. Ты можешь занести грязь.

Она смотрит на меня виновато, улыбается несмело, словно проверяю, я всерьез на нее ругаюсь или нет.

— Я куплю мазь, — продолжаю, уже мысленно перебирая аптечку в доме. До Даши у нас не было людей в семье, и в аптечке нет ничего, кроме бинтов, йода и прочего, чем можно наложить повязку. — Найдем врача.

— Ты драматизируешь, — пытается противиться моему напору.

Я наклоняюсь к ней ближе, чтобы наши взгляды были на одном уровне.

— Я хочу, чтобы с тобой все было хорошо, — говорю безапелляционно. — А теперь завтракать.

— А ты живешь один? — спрашивает она, прикусив губу и посматривая на дверь.

— Нет, там мои родные, — показываю пальцем в стену.

— Родные?

— Родители, — поясняю я. — Отец вчера был за рулем. Помнишь?

— Помню, — соглашается она. — Помню только его голос. И что он… — она раскинула руки в стороны.

— Ты боишься знакомства? — спрашиваю я прямо.

— Честно говоря, да. Моя жизнь сейчас… сложная. И я в твоем доме. И…

— Предлагаешь подсадить тебя и помочь выбраться в окно, чтобы тебя не заметили? — интересуюсь серьезно.

— А план ничего так.

Она посматривает на улицу, и меня разбирает хохот.

— Даже не думай.

— Ну почему?

— Ну потому, — отвечает мне зеркально и протягивает ладонь.

— Забыла, а я вчера тебя благодарила за то, что ты мне помог и не оставил одну? — спрашиваю я.

— Еще успеешь, — ухмыляется он. — Не тяни время, выйти из спальни все равно придется.

— Я не тяну время, — произношу возмущенно, чувствуя себя школьницей, которая пришла к однокласснику в гости и теперь боится показаться на глаза его родителям.

— У тебя уже желудок урчит, долго будешь переваривать саму себя?

Я накрываю живот руками, смущаюсь еще больше оттого, что на мне чужая одежда, и тут же себя одергиваю. Помощь Ромы могла ведь просто добрососедской и не иметь никакого другого подтекста. Эту глупую мысль уничтожила следующая. Конечно, помощь была исключительно соседская, а совместный сон, объятия и поцелуи просто так.

— Дар-р-рья, — пророкотал мужчина над ухом, приобняв за талию и неспешно, повел по коридору. — Прекрати так много думать.

— Не получается, — произношу я сдавленно, слыша мужской и женский голоса. Пара переговаривается о чем-то. Слов я не разбираю, но тон напряженный. Зашуганная Даша тут же подумала о том, что они недовольны ею. Возможно, она разрушила их планы или…

— Прекрати… — Рома шикает на меня, ущипнув за бок.

— Ай, — я вздрагиваю от неожиданности. Больно мне точно не было.

— Прости, — шепчет он умоляюще. — Доброе утро, мам. Доброе, пап.

В момент, когда мужчина и женщина поворачиваются, я забываю обо всех страхах, которые выдумала, и неприлично смотрю на пару. Мне хочется спросить: а точно ли это родители? Мужчина высокий, крепкий, с тем же разворотом плеч, что у Ромы, и тем же внимательным, спокойным взглядом. И вообще мужчины больше похожи на родных братьев, чем на отца с сыном. Женщина рядом тонкая, ухоженная, с мягкой улыбкой и яркими живыми глазами. Если бы я встретила их на улице, решила бы — пара лет тридцати. Точно не родители взрослого сына.

В голове лихорадочно всплывает мысль: А сколько же тогда Роману? Я точно видела его документы. Водительское удостоверение. Год рождения… Я хватаюсь за цифры, пытаюсь вспомнить, и на этом месте мозг благополучно зависает. Стоп. Не время. Резко прихожу в себя, вспоминаю, что давно пора произнести что-то в ответ на ожидающие взгляды.

— Доброе утро, — выдыхаю я. — Простите, пожалуйста… — начинаю торопливо. — Из-за меня столько хлопот. И пожар, и ночь… Я правда не хотела доставлять неудобства.

Женщина улыбается тепло и искренне.

— Даша, — говорит она мягко, словно мы знакомы сто лет. — Какие неудобства? Мы так рады, что с тобой все хорошо, — она бросает осторожный взгляд на сына. — Надеюсь, и с твоим соседом все будет в порядке.

— Мам, — обрывает ее Роман довольно грубо и отрицательно покачивает головой.

— Прости, — произносит она без обид. — Я Ольга, — говорит она и приобнимает меня.

— Очень рада знакомству, — отвечаю я.

— Это мой муж. Михал.