Чтение онлайн

Тогда - впервые за множество казней – зверь заговорил с жертвой.

– Грета?!

Он схватил девушку и поднял на ноги, и воскликнул:

– Почему ты здесь? Что натворила?!

Она зажмурилась, со всей очевидностью ожидая удара. Рэд встряхнул ее:

– Открой глаза, ответь! Как так вышло? Разве тебя не выкупили?!

Она сказала:

– Я согрешила. Ты должен это сделать.

– Я не стану тебя убивать.

Сверху смотрели барон, солдаты, камни. Рэд задрал голову и крикнул:

– Расходитесь! Я не убью ее!

Ландау смерил его долгим взглядом.

– Она приговорена. Ты должен убить. Таков цуштанд.

– Я не стану, - ответил Рэд просто и буднично, словно это зависело лишь от его желания.

– Из ямы выйдет живым только один из вас.

Грета сказала:

– Ты слышал? Меня все равно убьют. Лучше ты… Только, пожалуйста, быстро.

В ответ он обнял ее.

Грета стала бить его кулачками:

– Сделай это! Так надо. Так решено!

Рэд сжал ее крепче и крикнул вверх:

– Слышали меня? Ничего не будет. Расходитесь.

Толпа растерянно зашепталась. Что делать в таком случае – никто не знал, даже обер-фишмайстер. Никто, кроме зверя, не может казнить осужденную, ведь это нарушит цуштанд. Помиловать – нелепо, коль она виновата. Принудить зверя? Охотников спуститься к нему не нашлось.

А тем временем грянул гром и началась гроза. Барон постановил:

– Каталиец, даю тебе время до завтрашнего полудня. Охрана, если осужденная вылезет из ямы – прострелите колени и сбросьте назад. Все прочие – разойтись.

Камни разбежались, а охрана разошлась от ямы, чтобы укрыться под деревьями. Рэд остался наедине с Гретой. Крепко обнял ее, поцеловал и стал укутывать, пряча от дождя.

– Зачем? – лепетала она. – Ты должен исполнить!.. Я грешна, я провинилась. Мне нужно искупить грехи!

– Раздевайся – искупишь.

– Не шути! Бог велел тебе убить меня! Такова наша судьба. Так нужно, слышишь?!

– Дуреха ты. Зря я тебя слушал все время. Давно надо было плюнуть и завязать.

– Рэд, милый, нельзя иначе! Убей меня, так будет лучше для всех!

Он поцеловал ее.

– Заладила: убей да убей… Кончай пороть чушь. Давай лучше подумаем, как выбраться отсюда. В запасе целая ночь, и ты не связана. Есть одна идея…

Грета в испуге оттолкнула его:

– Как - выбраться?! Ты что, снова хочешь сбежать?!

– Ну, да. Одному тут еще можно стерпеть, но для двоих - тесновато. Моей любимой нужен терем получше.

– Любимой?! Ты все еще меня любишь?

– Конечно!

В доказательство он крепко схватил ее пониже талии.

– Но я предала тебя!

– Судя по тому, что ты очутилась здесь, это тебя предали. А ты поступила так, как я советовал: выбирайся, если сможешь.

– Нельзя бежать, нельзя! Пойми: будет только хуже! Бог нас накажет за это!

– Срал я на вашего бога.

Тогда Грета помедлила… Струи дождя хлестали ее, волосы паклей прилипали к шее… Она вздохнула поглубже, глянула Рэду в глаза и выпалила:

– Я не отправила твое письмо.

– Что?..

– Я обманула тебя. Знала, что ты пишешь своей женщине. Хотела, чтоб ты любил меня, а не ее.

Рэд отшатнулся, исступленно затряс головой:

– Нет, нет!..

– Да. Я послала пустой конверт. Письмо выбросила.

Он попятился, споткнулся о цепь, шлепнулся в грязь. Грета присела рядом и произнесла:

– Сделай то, что велит бог.

* * *

Фридрих фон Ландау решил прийти к яме ровно в полдень. Но за час до того в Дунквальд приехали армейские собиратели подати.

– Крепкой руки, герр барон. Будем признательны, если покажете нам камней.

– Крепкой руки, офицер. Не желаете ли перекусить с дороги?

– Всю ночь лупил дождь. Сейчас просветлело, но снова собираются тучи. Лучше покончить с делами, пока не хлынуло опять.

– Разумно. Идемте со мной, офицер.

– Герр барон, мы бы хотели взглянуть на каталийца.

Они подошли к яме за двадцать минут до полудня. Фон Ландау хмурился. Он планировал явиться точно в срок, и, если зверь не исполнил приговора, – немедленно принудить его. Всю ночь барон изучал научные труды, ища ответ: допустимо ли в таком случае применить силу обер-фишмайстера? На минуту сделать зверя своей марионеткой и казнить жертву его руками, как своими? Пусть и в малой степени, но это нарушит цуштанд: хотя казнь исполнит зверь, его телом будет управлять разум барона. Однако именно шёнбрун дал Ландау такую силу, и ни в одной монографии не встречалось упоминаний о том, чтобы один шёнбрун навредил другому. Барон решился действовать, но только в назначенный срок. А теперь, из-за явления сборщиков, придется двадцать минут ждать возле ямы.

Первым вниз заглянул старший офицер и воскликнул:

– Там труп!

Тогда посмотрел и Ландау. В сплошной луже, покрывавшей дно ямы, лежало тело шлюхи. Горло было разрублено – видимо, лезвием лопаты. Шлюхина кровь перемешалась с водой, наполнив всю лужу багрянцем.

Обер-фишмайстер ощутил двойное чувство. С одной стороны, зверь поступил очень умно. Понимая, что казни не избежать, не стал ерепениться и убил-таки девку. Но сделал это во время сильного дождя, чтобы кровь, смешавшись с водой, пропитала значительный слой земли. От нынешней казни колодец вырастет больше обычного.

С другой стороны, если б зверь хоть раз отказался убивать – барон различил бы в нем отдаленное сходство с человеком…

– Ты каталиец Рэд? – спросил офицер у зверя.

Тот стоял, опершись на столб, и в ответ молча кивнул головой.

– Ты жив и здоров?

Зверь снова кивнул.

– Мы его забираем.

Ландау повел бровью.

– Должен сказать: это не лучший выбор. Каталиец, покажи грудь.

Зверь послушно расстегнул мокрую рубаху. Выжженные буквы «НЕ УБИЙ» багровели от ключицы до ключицы.

– Офицер, вам следует знать: этот камень убил одиннадцать солдат охраны. В наказание я дал ему цуштанд, который разрушит его душу. А в назидание остальным камням я заклеймил этого зверя данной надписью.

Старший сборщик подати приблизился к Ландау и сказал с неформальной доверительностью:

– Герр барон, будь моя воля, я бы пятой дорогой обошел эту тварь. Только воля – не моя. Имею приказ взять именно его.

– Кто ваш командир?

– Генерал от инфантерии Браушвиц. Но, коли желаете с ним подискутировать, имейте в виду: рекомендация взять каталийца поступила от когтей кайзера.