Чтение онлайн

– Если бы… - вздохнула Беатрис.

Открыв багажник, она достала ведро.

– Есть только одно. А нужно залить десять…

– Значит, сходим десять раз! Ну же, где тут живительный родник с кристальной, журчащей… хм… освежающей…

Энтузиазм писателя сошел на нет, когда он огляделся по сторонам. Машина успела укатить от деревни. Ближайший домик остался почти в миле позади и выше по склону. Рядом с дорогой не было ничего, кроме пожухлой травы да камней. Ясное дело: деревню построили около родника. Значит, до него топать почти милю, и еще милю – обратно. И так десять раз.

– За дело, друг! – Фернан, бодрясь, хлопнул в ладоши. – Раньше начнем – раньше окончим. Попросим у крестьян второе ведро – справимся вдвое быстрее.

– Всего-то за пять ходок. Это внушает радость… Может, лучше подождать другой экипаж?

Они помолчали, слушая: не донесется ли отзвук паровой машины? Стояла кромешная пасторальная тишь. Ритмично, с издевкой, цвиринькал сверчок.

А солнце уже опустилось за горы, дорогу накрыла ночная тень. Беатрис сказала:

– Сеньоры, я не знаю, что еще делать… Давайте переночуем в машине. Утром здесь точно проедут другие люди.

– Сеньорита, ваша матушка будет резко возражать против вашей ночевки в машине с двумя мужчинами, один из коих даже не женат.

Беатрис поджала губы:

– Моя мать – воплощение эгоизма. Она вспоминает о дочери лишь тогда, когда хочет кого-нибудь высмеять или над кем-либо возвыситься. У вас с нею, маэстро, есть нечто общее… Я живу не с матерью, а с отцом. Он – добрый и чуткий человек, - простит мне ночевку в машине.

– А кто он, если не секрет?

– Дон Энхаль, судья первой ступени.

Альваро с Фернаном переглянулись.

– Нет, сеньорита, мы никак не можем себе позволить компрометировать дочку добрейшего судьи!

– Но в чем беда? Вы – на заднем сиденье, я на переднем…

– Нет, даже не думайте. Чуть раньше я видел указатель: в полутора милях впереди есть постоялый двор. Идемте ночевать туда.

Девушка сказала:

– Ступайте, коли желаете, но я останусь в машине. Дорога идет через серые земли, тут позволено воровство. Брошу машину – ее угонят.

– Кто? – полюбопытствовал Альваро.

В ответ прозвучал голос сверчка. Да еще мышь-полевка юркнула через дорогу – иных возможных угонщиков не наблюдалось.

– Не хочу рисковать, - отрезала Беатрис.

– А также хотите наказать себя за воду.

Она признала:

– И это тоже.

Тогда Фернан нашел решение проблемы. Снял машину с тормоза, обошел сзади, уперся в кожух парового мотора, подналег – и экипаж стронулся с места.

– Беатрис, садитесь за рулем, а мы будем толкать! Так и доедем до гостиницы.

Машина покатилась неожиданно легко, почти без усилий. Толкая ее, Альваро стал думать о том, как хорошо быть разносторонним человеком. Он – не только талантливый писатель, а и сильный великодушный мужчина, готовый помочь девушке в беде. И его мускулы достаточно развиты, чтобы запросто двигать экипаж. Вот наглядный ответ всем, кто считает людей искусства хилыми созданиями! Когда да Силва сядет писать мемуары, нужно будет обязательно отразить в них эту сцену.

Как вдруг случилась некая перемена, почти незаметная в темноте. Дорога, что прежде имела легкий уклон вниз, перегнулась и столь же плавно пошла вверх. Внезапно машина утратила всякую охоту к движению. Альваро даже заглянул в кабину: не включила ли тормоз коварная студентка?.. Вскоре он взмок до исподнего, потом захрипел от одышки. Казалось, он толкал не экипаж, а самую большую бомбарду крепостной батареи… причем на лафете без колес.

– Как ты, друг? – спрашивал Фернан.

Альваро отвечал:

– Эх… уф… - и утирал ручьи пота с лица.

В какой-то момент он пришел к решению: сцену «великий писатель толкает экипаж» нужно исключить из мемуаров.

А потом Беатрис закричала:

– Маэстро, глядите, уже совсем близко!

В ночной тьме показались огни постоялого двора. И оставшееся до них расстояние измерялось не десятками или сотнями ярдов, а мученьями, потом и слезами…

Глубокой ночью они вошли в гостиницу, разбудив управляющего. Тот осветил гостей фонарем и как-то странно поглядел на Альваро. Беатрис покосилась на маэстро – и тоже приняла непонятное выражение лица. С трудом переводя дыхание, да Силва заказал две хороших комнаты. Управляющий сказал: есть очень хорошая свободная комната, даже слишком хорошая для этой местности, правда, всего одна. Поселим в нее сеньориту, а сеньорам предлагается мансарда на чердачке, тоже весьма удобная…

Мансарда была настолько удобна, что Альваро не встал бы в полный рост, не пробив потолок головою. Впрочем, после пытки паровой машиной он и не собирался стоять. Ползком добравшись до лежанки, Альваро обмяк без сил.

Фернан потряс его и зачем-то подал зеркало:

– Дружище, взгляни на себя.

– Чего я там не видел…

– Взгляни.

– О, бездна!

Видимо, толкая экипаж, Альваро испачкал руки сажей, а затем этими же руками многократно утер пот с лица. Чистокровный каталиец превратился в муара, причем муара не с побережья, а из самых темных глубин материка.

Утираясь рукавом, Альваро проворчал:

– Зачем ты взял с собой Беатрис? Я сразу чуял: добром не кончится!

– Вернее сказать, это она взяла нас с собою. Нам было не на чем ехать, как ты помнишь.

– Ты прельстился соблазном быстрой езды, а теперь расплачиваемся мы оба…

– Беатрис – хорошая девушка. Красива, умна, талантлива. И, что не менее важно, способна дать тебе отпор. Не стоит ли тебе подумать, друг Альваро…

Да Силва выпучил глаза:

– О чем - о романе с приставучей студенткой? Нельзя и выдумать большую банальность! Если б мы были героями книги, читатель только этого бы и ждал! Как раз потому я никогда не совершу подобной глупости.

Фернан усмехнулся:

– Сравнить себя с героем книги – весьма разумный способ принимать решения!

– О, вполне! Герои книг обычно поступают умнее, чем живые люди. Но коль тебе неугоден этот довод, приведу другой. Помнишь ли ты, почему я ушел от Малены?

– Она была слишком ревнивой.

– Верно. А как я расстался с Элмой?

– Хе-хе. Она тебя бросила.

– После того, как я на месяц сбежал от нее в другой город! А сбежал я потому, что Элма болтала без умолку, могла за целый день ни разу не закрыть рта. И теперь главный вопрос: чем плохи ревность и болтливость?

– Теряюсь в догадках…

Альваро отчеканил:

– Они! Мешают! Творить!

– Ах, вот оно что!..

– Попробуй написать хоть страницу, если твоя дама постоянно глядит через плечо – не строчишь ли ты письмо другой женщине! Попробуй поработать над книгой, если барышня каждые пять минут спрашивает какую-нибудь глупость! “Хочешь кофе, дорогой?” “А мы пойдем гулять?” “А ты меня любишь?” “Ах, ты уже пишешь… О чем?” И самое прекрасное - решающий выстрел в затылок: “Любимый, как идет работа?” Это после десятка-то вопросов за полчаса!