Чтение онлайн

Что пыряет ножом князя стольного!

Ну, спасибо!.. И сам я за службу пожалую!"

Да как хватит его засапожником под сердце,

Так снопом и свалился князь Вяземский,

Словно громом убило… А Юрий - князь

И не дрогнул: глядит туча - тучею,

Индо старый за малого прячется.

Да уж тут же, с сердцов, повелел он из поруба

И княгиню Ульяну Андреевну выволочь

За ее темно - русую косыньку,

Руки - ноги отсечь повелел ей без жалости

И в Тверце утопить… Так и сбылося:

Сам стоял и глядел, словно каменный,

Как тонула головка победная,

Как Тверца алой кровью багровела…

Вече целое ахнуло с ужаса,

Хоть никто не оказал даже слова единого -

Потому Юрий - князь был досужливый,

На противное слово пригрозливый…

Только, знать, самого совесть зазрила:

С петухом собрался, не сказавшися,

Дом своею рукою поджег, не жалеючи,

И сбежал он в Орду тайно - тайною -

И поклона прощального не было

С Новым Торгом и с вечем поклончивым.

Уж догнал ли в Орду, нам неведомо,

А заезжие гости рассказывали,

Что пригнал под Рязанью он к пустыне,

Ко Петру - христолюбцу, игумену некоему,

Разболелся, да там и преставился,

В келье, иноком, в самое Вздвиженье,

На чужой земле, а не в отчине,

Не на княженьи, а в изгнании,

Без княгини своей и детей своих болезных…

Провожали его честно, по-княжески.

Да и мы за его душу грешную

Богу нашему вкупе помолимся:

Подаждь, господи, ради святой богородицы,

Правоверным князьям и княжение мирное,

Тихо - кроткое и не мятежное,

И не завистное, и не раздорное,

И не раскольное, и бескрамольное,

Чтобы тихо и нам в тишине их пожилося!

Что летит буйный ветер по берегу;

Что летит и Тверца по-под берегом,

Да летит она - брызжет слезами горючими…

(1857 - 1858)

(посвящается Надежде Андреевне Загуляевой)

Дело то было давно, не теперь,

Истинно было… Кто хочет, не верь…

Только ведь правды нигде не схоронишь -

В землю не спрячешь, конем не догонишь, -

В щелку пролезет, из рук улетит,

В море не тонет, в огне не горит…

Ладно и речь не о ней… А срубили,

В старое время, село мужички,

И довелось им - знать, пришлые были -

В самом лесу жить, у Камы-реки.

Ну и живут они там, поживают,

Церковь построили, - правят свой толк

Да на досуге зверишек стреляют…

Вечер, а парня в избе не видать…

"Что так? Далеко зайти бы не надо:

Тут до трущобы до самой с версту,

А молодежник - кусты на счету;

Тут и девчонкам дорога знакома…

Знать, загулял? Будет к завтрему дома".

Завтра в ворота, а Митьки все нет:

Кажется, парню прийти бы чем свет,

Ан не идет… А метелица стала,

Где по колено сугроб наметала,

Где и под з'астреху… "Да!
– говорят: -

Пусть погулял бы, а если плутает?

Да ведь и волк-то не то - что свой брат!

Вон пономарь со двора выезжает:

Хоть обокликнул бы, что ли, в лесу…"

Ну, пономарь, видно, где покуликал:

"Кликал, мол, братцы, я Митьку-то, кликал -

Не отозвался… Вот то-то оно:

Уж не того ли он? Вишь - холодн'о!"

Бабы послушали: "Страхи какие!

Батюшки! Слышали?
– в голос ревут!
–

Митька замерз! Вон, никак и везут!

Точно: из стана везут… понятые…"

Подлинно: ехали два мужика.

С р'озвальней Митьку в избу притащили,

Шубой накрыли, на печь уложили…

Три дня ворочать не мог языка,

Три дня метался на печке, покуда

Знахаря миром ему не нашли.

И уж откуда добыли, - откуда -

Бог весть!.. Отрыли из самой земли…

Вот, - как поправился Митька, - на сходке

То рассказал, что во всем околотке

Просто никто не поверил ему…

Верит просвирня, и то потому,

Что с прихожанами разного толка…

Вот что рассказывал Митька про волка:

"Всуе побожишься - ох, тяжело!

Как побожился, в нутре заскребло…

Мне бы и в лес не впервой, да и зверя -

Стало бы дело за спором теперя,

Правду сказать, я не то что ружьем, -

Просто: давай - пришибу кулаком.

Значит, уж с волком играть мне не в прятки.

Как подвернулся - я щелк да и щелк, -

Взвел - а душа-то и спряталась в пятки…

Вижу я: ровно и волк - да не волк:

Как огрызнется, да так-то негоже,

Инда морозом подрало по коже!

Это бы что!.. Как взревет, супостат,

Да ведь во весь человеческий голос:

"Что ж ты? Ружье не заряжено, брат?"

Как уж я выстрелил, как угодил

Прямо ему под лопатку - бог знает!

Видел, что лытки ему подкосил.

Да самого меня так и шатает,

Так и шатает… Упадавай - пришибу кулаком.

В лес без оглядки нечесанным волком.

Вот тебе сказ мой и полно… Прощай!"

Я с ним простился - и прямо к зазнобе;

Пеночкой в садик ее прилетел…

Вижу - гуляют сестрицы, и обе

Садика краше… Я им и запел:

"Ох, вы, девицы - лукавицы!

Не гуляйте по цветам,

Не ревнуйте их, красавицы,

Ко сокольим ко глазам.

Сокол гонит за лебедкою,

Парень думает о том,

Как бы девицке молодкою

Под его вздремнуть крылом?"

Спел я, а красным-то слово приятно:

"Что это пеночка нонече внятно

Песню заводит?.. Да, правда, пора

Гнездышко вить ей с утра до утра…"

Так-то она… А сестра-то: "И елка