Чтение онлайн

Признаюсь, в этот момент мне стало очень страшно. Настолько страшно, что я, почти нечего не соображая от накатывающей на меня паники, нащупал рукой так и лежавший возле меня метатель с драгоценным высокоуровневым артефактным зарядом, вскинул его и… выстрелил в упор — прямо в маску шлема, изображавшего оскаленный, шипастый череп. За эту пару секунд враг, заметивший среди ветвей мое шевеление, успел уже приблизиться ко мне вплотную.

Что я там говорил об относительно негромком звуке выстрелов из современного оружия? Мой самопал выстрелил оглушительно! Приклад, прижимаемый мной к плечу недостаточно плотно, с размаху ударил меня. Как бы ни перелом, до того больно! И между тем никогда в жизни я не был так счастлив! Смерть, уже замахнувшаяся на меня когтистой лапой, обошла меня стороной. Дорогущий артефакт сработал безупречно: обезглавленное моим выстрелом тело, как застыло в своем последнем замахе, так и, с треском подминая ветви, опрокинулось навзничь.

— Все же это посланцы от некроманта, — прокомментировал мой отец свои результаты изучения вида тел, усеявших речную косу, — хорошо они, кстати, придумали использовать боевых кадавров в качестве носильщиков. Мы для переноски своей поклажи лошадей покупали, а тут и носильщики, и боевая сила, так сказать, в одном флаконе. Удобно.

— Не о том ты, Коля вообще сейчас говоришь, — вмешался в разговор Буривой, — тебе своему сыну в ноги надо кланяться за его хладнокровие, что до последнего тянул, но все-таки уловил момент для удачного выстрела. Так что даже со всей своей нечеловеческой скоростью рыцарь смерти не смог от него увернуться. Если бы не этот выстрел, мы бы рядом с Иваном уже все здесь сейчас лежали.

Захотелось протестовать, объяснить, как я в тот момент испугался. Вместо этого с усилием поднялся на ноги, двинул в сторону валяющегося в шаге от меня «рыцаря смерти», как обозвал его Буривой.

Ну, что, вполне соответствует своему названию. То, что я принимал за окрашенные белой краской латы, оказалось латами же, но не из металла, а из кости. Но кровь из перебитых сосудов шеи текла у него как у вполне живого. Бывшего живого. Уже довольно большая лужица накопилась.

— А что такого? — Удивился в ответ на мое недоумение, высказанное вслух, один из наших бойцов, вместе со мной осматривавших это теперь уже точно мертвое создание. — Рыцарь смерти — это ж просто у некромантов боевая трансформация такая. Вон на нем всю одежду как разорвало. Так-то они при этом вполне живыми остаются.

А вот большинство остальных, чуточку не добежавших до нашей позиции, живыми и до попадания по ним атакующих заклинаний уж точно не были. И это я не только по отсутствующей крови из ран сужу. Сами лица, обтянутые вместо обычной кожи какой-то буроватой плотной пленкой, наподобие пергамента, об этом свидетельствовали очень ясно. Одно слово: «кадавры». Так древние латины, от которых это именование перекочевало в наш язык, называли и просто человеческие трупы, и такой вот немертвый продукт некромантии.

Впрочем, были из всего этого сборища и вполне себе живые…точнее, конечно, уже тоже бывшие живые. Их мы, в основном, постреляли еще в самом начале — они шли в тылу своей группы и первыми попали под наш ружейный огонь. А нет, двое раненых среди них тоже отыскалось. Сам я их допрашивать, конечно же, не стал. Молодой, неопытный, да и не по чину мне, как главе клана, такое занятие. Отыскались среди нас другие желающие.

Запираться и утаивать интересующие нас сведения пленники не стали. Буквально с первых же ответов прояснили все ответы на интересовавшие нас вопросы.

И нет, это не сам маркиз Черевинский вышел вдруг на разбойничью дорожку. Были у данного некроманта родичи рангом пониже. Всего лишь его четвертый сын от третьей наложницы, в небольшой компании своих прихлебателей, решили на нас немного поправить свое финансовое положение. И таки, если бы мы проявили в этом походе беспечность и не заметили отряд преследователей, задуманное вполне себе могло у них и получиться, даром, что боевых артефактов или там ружей нам удалось собрать с трупов всего ничего. Если так прикинуть, ничего кроме собственной магии этому некромантскому воспитаннику бы и не потребовалось. Просто, после достижения нами своей цели, подошел бы он к границам нашего лагеря, да и наложил Пелену Смерти. Гадкая магия, эта некромантия. У других направлений площадные заклинания с третьего уровня только начинаются и при этом целую кучу маны выжирают, а тут — уже чуть ли не со старшего ученика, поучившегося пару-тройку лет, такое возможно.

Ивана, единственного погибшего бойца из нашего отряда, похоронили, как полагается, устроив огненное погребение. Говорят, сильно верующий в колесо перерождений был человек. Еще и, по другому древнему обычаю, его товарищи принесли двоих захваченных нами пленников в качестве жертвы. Не чтобы так уж старались почтить стародавние заветы или как-то облегчить другу новое перерождение, совпало так. Просто отпускать данных пленников было уж точно нельзя. А про кровную месть забыли? Одно дело, если даже маркиз и имел хоть малейшее представление (что вовсе не факт), куда и за кем усвистал его родич. Но тайга же. Может его, вместе со всем отрядом, тут вон тот же индрик задрал. И совсем другое дело, если имеются свидетели, которые с уверенностью утверждают, что видели, как маркизова сыночка убили из засады коварные археологи. Тут уж, хочешь, не хочешь, впрягаться бы самозваному маркизу точно пришлось. А иначе, какой же он «светлость», если даже за своего ближайшего родственника не мстит.

Ох и отвратная это работка, стаскивать три десятка мертвецов в яму, оставшуюся на месте вывернутого с корнями огромного кедра! И ведь не заставлял никто. Полное право было, как у главы клана, просто постоять в сторонке, пока другие этим делом занимаются. Совесть не позволила. Не такой уж я и важный птиц. Вместе — значит, вместе.

Несмотря на очень-очень болезненные ощущения, стрельба из метателя хоть сколько-то значимых проблем для моего здоровья все же не доставила. Так, поболело плечо чуток пару дней. Ну, и алхимическая мазь от ушибов тоже, конечно, помогла. А еще через неделю пути я о багровом синяке во все плечо даже и вспоминать забыл, потому что мы пришли.…Нет, не к месту назначения, дотуда, по словам отца, еще топать и топать. Прямо среди зеленеющих таежных зарослей, там, где они раздавались довольно широким треугольником, переходя в луг, на берегу довольно широкой реки, обнаружилось самое настоящее городище. Тик в тик, как в нашем, гимназическом учебнике истории, с частоколом и угловыми башнями в качестве внешней ограды и с деревянным же, высоченным детинцом в центре. Немаленькое такое городище. К примеру, наша Бугульча, если собрать ее растянутую в длинную извилистую улицу территорию с локальным утолщением напротив железнодорожной станции в один клубок, будет намного меньше. Даже не верится, что такое поселение может существовать тут в подобном отрыве от цивилизации.

— Ратиборск. Отдохнем здесь с дороги в гостинице, в баньке помоемся, а завтра или лучше послезавтра с новыми силами двинем дальше. У них тут и паром для перевозки на ту сторону реки действует, — уведомил нас мой отец, выступавший всю нашу дорогу в качестве проводника.

Нашему входу за распахнутые во всю ширь ворота поселения никто не препятствовал. Пара стражников, что несли там свой пост, даже не повернули своих голов в нашем направлении, как сидели в сторонке, на лавочке, за вкопанным в землю столиком, так и продолжили сидеть. Более того, нарушая все уставы караульной службы, один из них еще и к кувшину смачно так приложился, громко отрыгнув напоследок.

— Уважаемые, вроде, когда я у вас прошлой осенью проходил, частокол возле восточной башни так своим цветом не выделялся? — В свою очередь обратился к бездельничающим часовым с вопросом мой родитель.

— А ты когда именно у нас осенью проходил? — Хмыкнул тот из охраняющих, что только что бражничал на боевом посту.

— В первой половине сентября, — ответил родитель.

— Ну, вот, значит, недели через две после тебя из леса к нам орда и подвалила. Ничего такого уж серьезного, всех альф мы уже к вечеру первого же дня повыбили, но своей магией частокол твари в том месте все же подпортили. Заменять пришлось.

— Многих бойцов потеряли?

— Зачем? Говорю же, ничего серьезного. Даже в цитадель отступать не пришлось. Наши удальцы тварюшек в проломе своими силами остановили, а потом на альф стаи, сгрудившихся по ту сторону пролома, Ронин свою стаю натравил. Кое-кто из бойцов даже возмущался, что после этих ненасытных утроб почти никакой добычи собрать не получилось.

— Надеюсь, никого отдельно предупреждать не нужно, что с людьми, считающими одномоментное нашествие сразу десятков и сотен тварей несерьезным происшествием, стоит вести себя максимально вежливо, — предостерег нас мой отец, когда мы все уже, миновав ворота, топали по довольно многолюдным улицам городища в сторону его центральной части. — Никакого чванства, что мы из центральных областей империи сюда прикатили, чтобы даже близко не было.