Чтение онлайн

Девушка уже устремилась к дверям, но одна мысль замедлила ее движение. Немного поколебавшись, Мейбелл вернулась в свои апартаменты, чтобы выпустить из клетки соловья, томящегося в неволе. Это было довольно рискованно, но Мейбелл не могла уехать, оставив страдать в тесной клетке это маленькое существо.

К счастью, в комнатах никого не было; ее служанки выбежали, чтобы полюбоваться снаружи фантастическим фейерверком, который умели давать только при королевском дворе. Едва Мейбелл вступила в свою спальню, как огромный сноп пламени, сопровождающийся величественными раскатами, взметнулся с купола главного здания Хэмптон-корта, и осветил в мельчайших подробностях примыкающие к дворцу цветники.

При свете разноцветных огней, разгоравшихся все ярче и ярче и исторгавших восторженные крики участников бал-маскарада своими замысловатыми фигурами Мейбелл открыла клетку с соловьем, подаренным ей Яковым Вторым и осторожно взяла птичку в свои руки. Несчастный пернатый пленник давно примирился со своей печальной участью и даже не сделал попытки освободиться, покорно сидя на ладонях своей хозяйки.

Мейбелл на прощание нежно поцеловала нахохлившуюся птичку и раскрыла свои ладони, отпуская ее на свободу. Соловей поначалу не мог поверить в то, что его отпускают. С минуту он неподвижно смотрел впереди себя, но простирающаяся перед ним даль темнеющего неба неотрывно манила его, и он внезапно взмыл вверх, издав такую ликующую серебристую трель, что Мейбелл замерла в восхищении.

Опомнившись, она тоже устремилась к выходу вслед за соловьем, и ее сердце было полно той ликующей радости освобождения, как и у ее маленького пернатого товарища. Мраморные нимфы и сатиры в саду неодобрительно смотрели на дерзкую девицу, осмелившуюся бежать от самого короля, но Мейбелл мало волновало их каменное неодобрение, она изо всех сил спешила к самым дорогим для нее людям.

Через несколько ошеломительных мгновений, полных чувства опасности и головокружительного риска Мейбелл погрузилась в тишину темного парка, оставив позади себя шумный и яко освещенный королевский дворец. Она смело двинулась вперед по дубовой аллее, старательно молясь при этом богу о том, чтобы никто не хватился ее раньше времени. Через несколько минут она была далеко от Хэмптон-корта и слышала только свое учащенное дыхание.

Поднялся ночной ветер. Он сильно заколыхал вершины парковых деревьев, сомкнувшихся над ее головой, и она обрадовалась, надеясь, что разгулявшаяся стихия разгонит ночной туман, и полная луна осветит ей дорогу. Но ее возможным преследователям этот лунный свет тоже может сыграть на руку.

Мейбелл несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Путь был свободным, оставалось только найти своих спутников.

Туман клубился во тьме под порывами сильного ветра, и треск сухой ветки на земле предупредил ее, что кто-то приближается к ней. Мейбелл насторожилась. Еще минута, и она выяснит кто это — ее друг или преследователь, готовый безжалостно преградить ей дорогу к желанной свободе. Луна вышла из-за туч, и девушка с облегчением увидела знакомое лицо кучера, нанятого для нее Джорджем Флетчером.

Кучер с поклоном проводил ее к карете, где уже сидела Летти, но Мейбелл не захотела сесть в экипаж. Ее тянуло самой взять вожжи в руки, и Мейбелл, посадив рядом с собою кучера на облучок, принялась азартно погонять лихую четверку лошадей, славящуюся своей быстротой. Карета с бешеной скоростью помчалась по дороге, и Мейбелл весело рассмеялась в ответ на испуганные возгласы Летти и кучера. Она ничуть не сомневалась в том, что судьба к ней благоволит и это приключение для них троих закончится благополучно. Небо окончательно прояснилось, и полная луна благосклонно взирала на юную леди, во весь опор скачущую на восток. Через полчаса карета с Мейбелл и ее сопровождающими оставила далеко позади Лондон с его предместиями, и принялась с неумолимой скоростью приближаться к графству Норфолк, где находилось условленное место встречи с Альфредом Эшби.

Когда король Яков узнал о бегстве Мейбелл, он пришел в такую ярость, что его чуть не хватил удар. Сходные чувства с королем испытывал Джон Черчилль, герцог Мальборо, так и не дождавшийся упоительного любовного свидания с этой лукавой девушкой. Из бесконечной болтовни леди Кассандры Фрэзер герцог Мальборо узнал кому он обязан встречей со своей давней уже надоевшей ему любовницей, о которой он хотел бы позабыть, и негодование на Мейбелл охватило все его существо. Слишком ловко его провела эта очаровательная девушка, заодно показавшая ему своей проделкой как глубоко были ей безразличны их отношения. И, с трудом отделавшись от леди Кэсси, Джон Черчилль поклялся самому себе, что он этого так не оставит, и при удобном случае призовет к ответу юную обманщицу.

Но, как не велика была досада герцога Мальборо, она не могла сравниться с гневом короля Якова, тоже одураченного Мейбелл. А когда во время обыска вещей беглянки обнаружили письмо от Джорджа Флетчера, которое Мейбелл забыла уничтожить, Яков и вовсе пришел в неистовство. Из письма открылась вся подноготная тайного заговора, направленного на освобождение мятежного графа Кэррингтона из тауэрской тюрьмы и любовной связи его фаворитки с этим сторонником казненного герцога Монмута.

Король Яков заперся в спальне Мейбелл, и там, как взбешенный тигр, метался по комнате, громя и круша все вокруг. Он раскидал все склянки с духами и баночки с румянами на туалетном столике, разбросал подушки и матрацы на постели девушки, изорвал ее оставшиеся платья и поломал стулья. С особенным наслаждением король искромсал острым ножом большой портрет Мейбелл, которым раньше безмерно дорожил. Придворные, состоящие в этот день по долгу службы при особе короля, испуганно забились в угол соседней комнаты, и оттуда с опаской прислушались к ругани Якова Второго, которой он осыпал дерзкую беглянку и своих нерадивых слуг, не уследивших за нею. Им оставалось только молиться, чтобы самим не попасть под горячую руку своего господина. Не в меньший трепет их приводили звуки разгрома, производимого их венценосным повелителем.

Спустя три часа король Яков утихомирился и вышел из спальни Мейбелл с внешне спокойным выражением лица. Но его приближенных, хорошо знающих его характер, охватило недоброе предчувствие. Именно в таком состоянии наружного спокойствия, но с внутренней клокочущей яростью Яков Второй принимал самые смертоносные свои решения в отношении лиц, имевших несчастье не угодить ему.

Яков Второй решил, что женщина, коварно обманувшая доверие своего короля, и жестоко насмеявшаяся над ним, не имеет право жить на белом свете, и поручил самым ловким агентам своей секретной службы во чтобы то ни стало отыскать Мейбелл Уинтворт и лишить ее жизни. Нерадивых шпионов, приставленных им присматривать за неверной фавориткой, Яков выгнал из дворца, а маркизу Честерфилд, не сумевшую внушить своей племяннице должного почтения к монаршей особе, сослал в деревню.

Пострадал также Джеф. За то, что карлик вовремя не сообщил королю об своих подозрениях относительно герцогини Дарлингтонской, Яков лишил его звания шута и отправил служить в дворцовую кухню простым поваренком. Сбежавшего графа Кэррингтона и и его пособников король Яков приговорил к отсечению головы, и отправил на их поимку своих отборных гвардейцев. Но, как предвидел Джордж Флетчер, погоня с самого начала устремилась за беглецами на запад по ложному следу, в то время как они спокойно и беспрепятственно следовали своим путем на восток.

Через день после бала-маскарада Мейбелл приехала в Норидж, представляющий собою скопление красных черепичных крыш домов под нависшим над ним силуэтом массивного норманнского замка на холме. Мало где еще в Англии сохранились такие великолепные постройки — целые улицы фахверковых домов, частично средневековых, частично тюдоровской эпохи. Поплутав по запутанному лабиринту старинных улочек, Мейбел со своими спутниками наконец-то нашла Стрэнджерс-холл, — то есть Странноприимный дом, — в уютном дворике на оживленной улице. Этот большой трехэтажный постоялый двор с деревянными галереями вдоль верхних этажей был полон людей, но мало кто из них обратил внимание на вновь прибывшую карету — в Стрэнджерс-холл без конца прибывали и уезжали его посетители.

Мейбелл смело вошла в обеденный зал на первом этаже и, заметив Джорджа Флетчера за столиком возле одного из окон зала, весело помахала ему рукой. До прихода Мейбелл Джордж Флетчер расслабленно откинулся на спинку стула и не торопясь поглощал жаркое из молодого барашка, но появление Мейбелл заставило его поспешно вскочить как новобранца при звуке военной тревоги. Его лицо осветилось радостью при виде ее, и он поспешно провел девушку в заранее снятую для нее комнату, где она, встав за ширмой, начала с облегчением переодеваться в более привычную ей женскую одежду с помощью Летти.