Чтение онлайн

Верея замерла, оцепенела, точно пойманная мышь. Сердечко застучало в груди пичугой, а разум подсказал события минувшей ночи.

Она ясно вспомнила, как металась вчера в горячке. Воевода пытался помочь.

Как от прикосновения его сбитых работой пальцев по её телу хлынула волна тепла. Закружила голову, перехватила дыхание. Что опосля они с Яробором творили… как она таяла и до хрипа сорвала голос в его умелых объятиях.

И вся лёгкость утра растаяла быстрее тумана на солнце.

Вот и рассталась она с девицей чистотой. Потому сила и бурлила гармонией крови.

Вдруг её ночной полюбовник прижался теснее, в бедра упёрлось что-то твёрдое, а пятерня его ладони поползла выше и накрыла холмики в миг отяжелевших в приятной неге грудок. Яробор сонно что-то проворчал языком, целуя девичье плечико, и стиснул в ласке пальцы на мягкой, нежной плоти с тугими ягодками.

Верея задрожала. С уст сорвался шумный вздох удивления. От макушки до самых пяток хлынула волна огня. Тело-то ещё помнило, как хозяйке было хорошо ночью.

А она ведь сама просила его сделать её своей, дабы забыться от преследовавшего её кошмара прошлого! Княжий воевода пытался образумить, но не устоял. Да какой мужик устоит, ежели девица сама зовёт.

Батюшки! Стыд-то какой!..

Раскрасневшись донельзя, Верея осторожно, стараясь не потревожить сон молодца, выползла из под могучего тела. Сразу кожу утренней прохладой закололо. Оглянулась на их ложе, и стыд маками расцвёл на щеках: на лежанке разводы её девичьей частоты остались, а ниже пояса мужчины Верея глаз не опускала.

Яробор пробормотал что-то невнятное, пошарил в поисках неё ладонью по сдвинутым вместе тюфякам, не нашёл. Грудь его стала вздыматься чаще, что свидетельствовало о скором пробуждении.

Однако боясь предстоящего разговора, Верея не хотела дожидаться, пока сонные чары окончательно выпустят его из плена. И не зря.

Тихой мышью юркнула меж ним и стеной к сундуку, чистую рубаху и сарафан достала, но как назло в последний момент крышка предательски заскрипела.

– Верея? – сонно позвал княжич, прислушиваясь к окружающим звукам. Но как не старалась вести себя тихо девица, дыхание выдало её.

Молчит, затаилась. Едва слышно сопит рядом. Остатки его дрёмы как рукой сняло. Этого-то княжич и опасался.

Яробор тяжело вздохнул и сел на тюфяке, содрал с лавки мешковину, прикрывая чресла, чтобы ведунью не смущать. Надобно было как-то объясниться, да не знал как начать.

По шорохам понял, что Верея одевалась. Что она думает о прошедшей ночи? Ежели жалеет?! Желваки заиграли на скулах, вина плавленым железом плеснула на темечко и плечи, оставляя груз ответственности.

– Как ты себя чувствуешь? Болит что? – и про себя тут же обругал себя. Нашел что спросить первое, дурак!

– Нет. Всё… хорошо со мной, Яробор, – отозвалась тихим голосом.

А сколько боли и печали в словах крылось! Казалось, всё Верея понимала и не тешила себя ложными надеждами.

Княжич скрипнул зубами, попирая себя последними словами. Не смог удержать свои хотелки в штанах! Честь девичью сорвал, которая могла бы достаться любому Вереи.

Пусть бы хоть и мальчишке тому, Всемилу белозерскому! А он загубил ей судьбу, глупец!

Однако ревность к юнцу вдруг яростью облизнула мужское сердце. Не хотелось, чтобы бы девица принадлежала никому другому, только его была! Яробор вздрогнул, поймав себя на этой неправильной мысли.

– Верея, я… – запустил пальцы в волосы, с силой потянул, нарочно причиняя боль. Не желал, чтобы девица думала, что он как последний гнусный тать воспользовался её беспомощностью и взял. – Я не хотел. Прости.

Прости.

Всего одно слово, зато какое ёмкое. Многое им обозначалось. От этого ещё горше Верее сделалось, без сил она опустилась задом на сундук, и не сдержала разочарованного стона.

А чего ожидала? Что Яробор проснётся и сразу замуж позовёт? Наперёд знала, что не случится такого. Только глупому сердечку не объяснить всё этого.

– Всё в порядке, правда. Я всё понимаю и ничего от тебя не жду. Не знатного я рода, не ровня тебе. В Кагояре у тебя наверняка есть невеста, коя ждёт твоего возвращения.

– Есть, – не стал скрывать. – Прости, я сожалею. Ты замечательная, хорошая, добрая. Дело не в том ровня ты мне или нет…

– Долг велит, – печально усмехнулась.

Яробор кивнул. Отнял ладони от лица и потянулся ими к светлокосой ведунье, но оборвал порыв, и руки упали вдоль тела на бёдра. Княжич с силой впился в мышцы пальцами, дабы не коснуться желанной девы.

– В городище ждёт меня сговоренная невеста. Не могу ослушаться наказа отцовского. Долг перед родом велит взять её в жёны.

И не нашёл слов более, дабы лучше объяснить, какие чувства сжирают его нутро. Не мастак он речи складывать! Так правильней будет, как бы не было больно. Как бы не хотелось поступить иначе.

Верея низко опустила голову, скрываясь за разлохмаченными волосами… она как раз и не жалела о содеянном.

– Значит на то божья воля была. Зато теперь во мне сила веды пробудилась.

На глаза Вереи навернулись слёзы, а потом она вспомнила, что воевода не может видеть её. И хорошо.

Ноги понесли Верею к порогу вон из избы. Однако молодец поймал её за руку, когда хотела прошмыгнуть мимо него. Но прежде, чем он что-либо добавил к сказанному, она приложила палец к мужским губам, опередив:

– Не печалься, Яробор. Одиночество участь всех вед.

Больно оказалось услышать о невесте… душа в клочья рвалась.

Вспомнились напутствия бабки Грознеги: «Мужчина он видный, хоть и слеп. Поэтому берегись – сердце у тебя одно. Никому его не отдавай! Даже за самый драгоценный подарок».

Поздно. Верея за просто так сердце своё княжьему воеводе уже отдала. Не прикажешь глупому сердцу, кого любить, а от сильных чувств так просто не избавиться…

Горькие слёзы всё лились и лились по щекам. Но коли есть невеста знатная у богатыря на примете, ни к чему ему знать и слышать, как другая девица сырость тут разводит по несбыточным грёзам.

Вырвавшись и сдерживая порыв бросится бегом к порогу, Верея спокойно, из последних сил, зашагала к дверям. Княжич не стал удерживать, остался в избе, сжимать от злости кулаки.