Чтение онлайн

***

За одну ночь не осталось и следа хвори в теле Вереи. Сила веды выжгла напасть. Успокоив ноющее сердце и запрятав чувства к княжьему воеводе в самый его дальний краешек под замок, Верея вернулась в избу.

Растопила печь и согрела вчерашнюю кашу с мясом за завтрак. Трапезничали с Яробором в гнетущем молчании, каждый при своих глубоких думах, а покончив с едой, стали собираться в путь-дорожку.

Княжич занялся своими вещами, Верея своими. Пучков трав набрала редких сушенных, кои пригодиться могут на всякий случай, обычные-то в любом месте сыскать можно.

Шкатулку свою с обломком древка стрелы в сумку положила. Воду, съестного, кресало с огнивом, одежу сменную и так по мелочи всё нужное. Сапожки из тонкой кожи обула, лапти в пути не сгодятся, быстро стопчутся и порвутся.

Яробор на улицу вышел, а она в избе порядок навела, утварь на залавок печи расставила, какая покрупнее с ведрами в сени отнесла на полки и под скамью. Излишки запасов яств, которые жители весей надавали, было решено вернуть, поскольку неизвестно когда Верея сюда вернётся. И вернётся ли вообще.

В руки вдруг венок купальский попался, кой Верея сунула с собой в сумку, когда тайком покидала Калиновку. Зачем только брала?

Слух привлёк потрескивающие угли в печи. Недолго думая, Верея убрала задвижку и бросила в горнило венок. Угли тут же разошлись и жадно схватились за суховей, пожирающий цветы со стебельками огонь вспыхнул до свода.

В груди кольнуло, запекло на миг сожаление. Иного венка Верея уже плести не станет.

Как угасло пламя, она затушила печь, поставила обратно задвижку, и угостила напоследок снедью домового, добрым словом наказав приглядывать за дом. На глухо затворив ставни, повесила сумку на плечо и вышла наконец на улицу.

Закрыла дверь и наложила наговор, чтобы незваные гости не нагрянули. Вот и ладненько. Кивнула довольно содеянному и к ожидавшему её молодцу с крыльца спустилась.

Широко расставив ноги в коленях, хмурый Яробор сидел на пне, на котором дрова рубил, и скучающе жевал травинку. В руках княжич вертел кинжал, да периодически кидал его в землю ни в чём не повинную. Ленту на глаза широкой полосой повязал, захватив светлые волосы, прижимая их голове, чтобы на ветру не мешали.

Облачился воевода в походное: на рубаху жилет серый поверх надел и кушаком подпоясался. Штаны из добротной плотной ткани натянул. Сапоги почистил. Из правого голенища торчали ножны кинжала, а за спиной молодца виднелась угрожающе длинная рукоять меча острого.

Истинный богатырь. С таким путь к Ягине не страшно держать. Даже слепой, он сразит почти любого врага. Верея видела его ратное мастерство.

Жаль не её он мужчина…

Но запретив даже думать себе об этом, Верея прочистила горло и произнесла отстранённым голосом, будто и не случилось между ними ничего:

– Идём в деревню, еду отдадим и лошадь купим. На своих ногах мы долго добираться будем.

На том и порешили. Поднялся княжич, сунул кинжал в ножны, свою сумку на плечи взвалил и Вереи забрал, хоть та и лёгкая была. И вместе, бок о бок они направились в Белозёрку.

Староста старик Изяслав поохал поначалу, покачал седой головой раздосадовано, но продал им крепкую лошадь. Однако взял с Вереи наказ воротиться к зиме.

– Как боги повелят, батюшка. Благодарствуем за помощь и гостинцы, – Верея поклонилась в пояс старосте весей, краем глаза подмечая, что Яробор тоже выказал уважение наклоном головы.

А ещё то, как повисли на заборишках подворья местные девицы, поглазеть на статного молодца да поохать, томно повздыхать.

Ишь, курицы ряженые!

– Ну, пора нам. Не поминайте лихом, – раздражённо цыкнув про себя, Верея поспешила распрощаться со старостой и убраться отсюда, дабы не видеть, как молодухи зенками своими хлопают, улыбаются и хихикают что-то друг дружке на ушко.

Всемил маячил поодаль у колодца с другими парнями, но подойти не осмелился, опасался Яробора после стычки у лесной избы. То и к лучшему.

– Ступайте с миром, – по-доброму пожелал Изяслав.

Было видно, что он хотел спросить что-то о Яроборе, но отчего то всё не решался, мямлил. И хорошо. Не хотелось Верее лгать и выдумывать кривду сильнее, чем есть сейчас.

Верея с княжичем вышли за ворота, ведя под узду гнедую лошадку, а там за околицей сумки, лук её и колчан со стрелами на круп с обоих сторон приладили, в седло запрыгнули.

Пришлось ведунье впереди Яробора сесть. Благо названный отец, Горян, в своё время обучил дочь как нужно в седле держаться, и она в этом деле преуспела. Несмотря на ворчания матушки Деяны, лихо скакала по полям на перегонки с деревенскими мальчишками.

А слепому с вождением в неизвестном пути не управиться, каким бы удальцом не был. К избе Грознеги княжьего воеводу дружинник привёз и оставил на волю богам. И конь под ним не его привычный, а чужая лошадь.

Потому будет Верея его глазами, пока они проклятье не снимут.

Сел княжич позади, правой рукой за переднюю луку седла взялся, а другой за ремённую перевязь с боку, стараясь лишний раз не касаться девицы. Но разве возможно такое, когда одно седло двое делят?

Выправив лошадь на дорогу меж полей и лесом, Верея пустила её рысцой. В спину врезалось твёрдое тело Яробора. Тихо охнув, девица неестественно ровно выгнулась, пытаясь увеличить расстояние между их телами, но гнедая ускорила шаг, перешедший вскоре в галоп, и ведунью снова отбросило назад, прямо на грудь мужчины.

Последующую попытку на корню пресёк княжич.

– Прекрати, Верея, не ёрзай, – проговорил, опаляя дыханием маленькое ушко. Вымученно вздохнул и приобнял её за талию левой рукой, крепче к себе прижимая. Велел: – Держись лучше.

А сам еле слышно ругнулся и зубы стиснул до скрипа, в подробностях представляя, какой изнурительно сладкой пыткой для него обернется поездка.

От вошканий девицы чресла налились приятной тяжестью, по жилам потекло желание. Руки чесались дотронулся до нежной кожи, запутаться пальцами в светлых волосах, от которых исходил травянистый запах ромашки и хвои. Вкусив однажды запретный плод, тяжело сопротивляться жажде сделать это снова. И чтобы не сойти с ума от шепота бесов в голове, понукающих нарушить данное себе слово, прохрипел вслух ведунье:

– Ехать нам долго, потому расскажи, где эту Ягиню нам отыскать.

Верея тотчас затихла и отодвигаться перестала. Ничего не поделаешь, обоим им в пути в муке сердечной маяться.

Вспомнила, как разговор с богами держала, и пояснила Яробору, что мудрая владычица лесная жила в самой чаще леса на перепутье трёхмирья, где находится граница, между миром живых и миром мёртвых.

Всегда избушка Ягини повернута в сторону мира Нави, отчего забредшим путникам приходится просить её развернуться к ним передом, а к лесу задом. Кот сварливый с ней живёт, по хозяйству ей помогает, за домом приглядывает, когда отправляется Ягиня в странствия.