Чтение онлайн

Напряжение в комнате можно было потрогать руками. Воздух казалось сгустился и тяжело стал оседать на каждую поверхность, придавливая своим весом нас обоих к креслу.

Разорвавшийся поцелуй от недостатка воздуха возобновился спустя три секунды, показавшейся мне вечностью. Я с такой жадностью припал к ее устам, словно путник не пивший вечность и нашедший наконец оазис с прохладительной водой. Руки гуляли по всему телу, находя все больше чувствительных точек: поскрести за ушком - судорожный выдох, провести вдоль позвоночника самыми кончиками пальцев - тихий стон, царапнуть под коленкой - коготки вцепились в плечи.

– Джим, Джим, - выстановала она мое имя, пока губы гуляли по ее тонкой бледной шее, оставляя на всеобщее обозрение алые метки, что совсем скоро превратятся в фиолетовые бутоны.
– Боже, Джим. Пожалуйста, хватит, хватит.

Цепкие ручки с силой отдирают меня от шеи и губы вновь накрывают мои всего на доли секунд, а после начинают гулять по всему моему лицу, дарую мне столь нужную и желанную ласку.

– Почему ты меня остановила?
– выдыхаю, стоит ей прикусить ей мочку.

– Потому что я итак уже хочубольшего, - осторожно шепчет она.
– Но мы пока не можем, Джимми.

Отчаянный стон срывается с губ.

Дженнифер отодвигается от меня и позвоночник простреливает болью от невозможности тут же встать и отнести ее в кровать и сделать все, что только заблагорассудится: губы теперь были еще полнее и искусаны мной, волосы взъерошены, шея, разукрашенная засосами.

– Блять, - рычу я, разглядывая ее, - блядь, - руки сжимаются на ее бедрах, вызывая ее судорожный выдох и еще больше потемневшие глаза.
– Чертовы ноги!

Руки скользят с бедер на их внутреннюю сторону и мягко гладят, и в ответ на свои действия с припухлых губ срывается скулеж, и разрумянившаяся мордашка жены приземляется мне на плечо так, что носик оказывается в ямке между шеей и плечом.

– Божечки...

– Знала бы ты, что я сейчас хочу с тобой сделать, - прямо на ушко, и дрожь, что сотрясает ее тело, заставляет самого заскулить, словно побитого щенка.
– Дженни.

– Просто нужно потерпеть, просто потерпеть, - сипло шепчет Дженнифер, мягко поглаживая мои плечи и опаляя своим дыханием чувствительную кожу.

Она отрывается от меня спустя долгих десять минут, а потом наконец, говорит то, что я боялся не услышать.

– Ты мне тоже нравишься. И поверь, ревновать к доку совершенно не стоит, - Дженни трется носик о мою покрытую щетиной щеку, отчего кончик его немного краснеет от появляющегося раздражения, - потому что прекрасные принцы оказывается не в моем вкусе.

– Что?

Дженнифер не успевает ответить, громкий звонок в дверь просто не дает ей этого сделать.

– Ну кого там черти принесли, - бормочет она, неохотно сползая с моих колен и слегка погладив меня по плечу, идет открывать.

Проходит несколько минут, которые Дженн кажется с кем-то говорит, но к разговору я совершено не прислушиваюсь, все еще ощущая на себя фантомные прикосновения алых губ к своему лицу, как в коридоре раздается сначала стук закрытой двери, а затем и громкий грохот, и рычание:

– И хватило же тебе наглости, старый ублюдок!

Дженнифер.

Ощущения горячих напористых губ все еще пылают на моей коже, когда я на дрожащих ногах подхожу к двери. Несколько раз вздыхаю, пытаясь собрать все свои мысли в кучу, потому что единственное, что я сейчас хочу – вернуться в объятия Джима и не вылезать из них как можно дольше.

Кто же знал, что ощущать его руки и губы на теле окажется столь приятно и желанно, до дрожи в конечностях и скручивания горячего узла внизу живота. Хотелось ощутить на себе как можно больше его ласк, поцелуев, касаний, но черт возьми, это пока невозможно. Совершенно, абсолютно, невозможно. Потому что гребанная авария забрала не только возможность ходить!

– Кхм, миссис Николсон? – молодой парень, судя по одежде – курьер, бегающим взглядом оглядел меня, то и дело возвращаясь к шее, что не удивительно – Джим подарил мне целый букет засосов, что ярко выделяются на моей бледной коже.

Поправляю волосы, так чтобы они хоть немного прикрывали шею – я не стесняюсь, а вот парнишка явно не знает куда глаза девать.

– Да, это я, - он протягивает мне конверт и бумаги, на которых необходимо расписаться. – Спасибо, до свидания.

Парень кивает и быстрым шагом спускается с лестницы, спеша к своему автомобилю. Я же захлопываю дверь и опускаю взгляд на конверт. Тяжкий вздох срывается с губ, стоит мне только увидеть имя.

Метт Харрисон.

Что на этот раз?

Вскрываю конверт и достаю оттуда какие-то картонки.

Пригласительные. На. Свадьбу.

Ярость застилает глаза алой пеленой, стирая все следы радости от взаимности чувств, от поцелуев и касаний; непроизвольно, по старой дурной привычке, чтобы хоть как-то вывести из себя эти мерзкие чувства – ударяю по двери рукой.

– И хватило же тебе наглости, старый ублюдок! – рычание, наполненное отчаянием.

– Дженни? – слышится из гостиной обеспокоенный голос Джима. – Что случилось?

Выдыхаю. Возвращаюсь обратно к мужу и видимо что-то такое написано на моем лице, раз он раскрывает свои руки и говорит:

– Иди ко мне, маленькая.

Ярость сменяется болью.

Слезы подкатывают, губы дрожат и тело само движется к тому единственному, чье присутствие может успокоить. Джим больше ничего не говорит, лишь крепко-крепко обнимает, горячо дыша в макушку и поглаживая своими большими руками спину, давая выплакать все слезы, выплеснуть всю ту горечь, что накопилась загодыбезразличия отца.

– Дженни, - стоило мои слезам иссякнуть, а дрожи практически покинуть тело, как он тихо позвал меня, поднимая подборок двумя пальцами. Губы его тут же поцеловали меня в каждый уголок глаз, словно пытаясь забрать все печали. – Ты расскажешь мне, что случилось?

Перевожу взгляд на брошенные на пол картонки, что вызывали во мне одним своим видом просто нестерпимую боль.

– Он прислал приглашения на свадьбу. Свадьба через три месяца.

Руки Джима сильно сжимаются на моих бедрах, явно оставляя синяки, но тут же расслабляясь. Лоб его утыкается мне в висок, а сам он крепче прижимает меня к себе.

– И впрямь ублюдок, - выдыхает прямо на ухо. – Даже сказать больше нечего. Он не заслужил твоего присутствия там.

– Да, не заслужил, - киваю. – Но нам придется пойти туда. Иначе целью его гадкого языка могут стать твои родители. Я знаю, что Редмонд себя в обиду не даст, да и Элизабет тоже, но даже думать не хочу, как сильно слова папаши могут ударить по ней. А я вытерплю…

– Дженн, - Джим поворачивает мою голову так, чтобы наши глаза встретились, и я задыхаюсь, смотря в эти серые глаза, что кажутся темным грозовым небом от ярости, плескающейся в них. – Ты не должнатерпеть, ты должна дать отпор. Показать ему, что чтобы он не сделал ты можешь быть счастливой. Что ты заслужила счастье. Что даже то, что он женится не испортит твоего настроения, потому что старый гандон не заслуживает видеть твоих страданий.