Переплетение судеб
Шрифт:
Смешок вырывается из меня на фразе «старый гандон».
– Как точно ты его описал, - Джим усмехается и дергает бровью, мол, а ты что думала. – Ты прав. Я буду счастливой на зло ему. И если честно…
Я приближаюсь к нему максимально близко, так что дыхание наше смешивается в одну, и зрачки расширяются и обоих.
– Если честно, на пятьдесят процентов я уже счастлива, - улыбаюсь ему и руками ощущаю дрожь, что пробежалась по его телу. – Ты за две недели смог подарить мне то, что я не думала, что у меня когда-то будет: друг, общение, поддержка, семья. Именно ты то из-за чего я счастлива.
– Я постараюсь сделать все, чтобы ты была счастлива на все сто, маленькая, - шепчет он мне хриплым голосом, будто находится на грани, приглядевшись заметила, как глаза его подозрительно блестят. – У нас будет все, что ты только хочешь. Приложу все силы для этого. Только не уходи. Прошу тебя.
– Только если прогонишь, - и пытаясь спрятать дрожащий голос и вновь подкатывающие слезы просто целую его.
Судорожный выдох и в ответ меня целую жадно и голодно на грани отчаяния, сжимая талию и лаская шею руками, вызывая самые трепетные чувства в моей душе.
– Никогда.
***
Превратившись в ежедневную канитель время полетело быстро, лишь к постоянным посещениям больницы подключились объятия в кровати перед сном, или на диване в гостиной перед телевизором, и поцелуи. Много поцелуев. Просто бесконечное количество. Мы оба словно насытиться не могли. Однажды в больнице нас застал Тео и после того, как я увидела его лицо все сразу поняла. Мне ли не знать, как выглядит боль в глазах. После этого с доктором у меня состоялся разговор.
– Тео, можно с вами поговорить? – я заглядываю к нему в кабинет, где он дрожащими руками наливает чай и замечаю, как сильно он вздрагивает от прозвучавшего в тишине моего голоса.
– Дженнифер, - выдыхает он, и не поворачиваясь ко мне лицом кивает. – Хотите чаю?
– Не стоит, - видимо в голосе моем что-то было, так как он тяжело вздохнул.
– Вам не надо мне ничего говорить, - он усмехается, - я и так все понимал, еще до того, как увидел вас вместе. Еще до того, как мои чувства стали появляться. Еще тогда, когда я впервые вас увидел, сразу отметил, что вы я не вашего поля ягода. Но никто еще не научился контролировать свое сердце. Мне жаль, что я доставил вам неудобства.
– Простите меня, Тео, - он вздрагивает вновь и все же оборачивается ко мне. И от вида океана боли в его синих глазах сводит зубы. – Мне приятно ваши чувства, но я глупая принцесса.
Он горько усмехается, видимо вспоминая один из наших первых разговоров тет-а-тет.
– Принцессы не всегда выбирают принцев, Дженнифер, - качает он головой, - порой они предпочитают огнедышащих ящериц, что берегут своих принцесс аки сокровище. И никогда не отпускают, никому не отдают. Просто я не дракон, а вы особенная принцесса.
У него дрожит голос, и я не выдерживаю, делаю шаг вперед и обнимаю этого хорошего мужчину.
– Простите меня, док, - я крепко сжимаю его плечи, пытаясь вытянуть из него всю боль, как пару месяцев назад со мной это сделал Джим и через пару минут он успокаивается, так и не обняв меня в ответ. – Мне жаль, что мы не встретились раньше.
– Мне тоже.
Тогда выйдя из кабинета, я встретила злой ревнивый взгляд своего дракона-собственника и лишь глаза закатила.
– Я все еще твоя, глупый.
Он отвернулся, но я видела, как расслабились до этого напряженные плечи и уголки губ дрогнули.
Сейчас же я смотрю в панорамное окно в нашей, да, теперь в официально нашей, спальне и наслаждаюсь зимней сказкой: крупные пушистые снежинки падают, покрывая землю и деревья белоснежным покрывалом, солнце, сокрытое сероватым небом, лишь изредка проникает из-под него, даруя тусклые лучи.
– Ну зачем ты так со мной? – слышится голос Джима за спиной, недовольный и грустный. – Серьезно, Дженни.
Поворачиваюсь к нему, и замираю: черные волосы зачесаны с помощью геля назад, глаза сверкают расплавленным серебром, сильные поджарое тело заковано белоснежной рубашкой, пиджак подчеркивает его крепкие бицепсы, вызывая слюноотделение, стоит только вспомнить как эти самые руки могут держать твое тело, простым объятием вызывая возбужденную дрожь. Бедра, облаченные в штаны под цвет пиджака, заставляют облизнуться.
Слышится тихий стон и тихий мат, и злой взгляд из-под ресниц.
– Ты чертова искусительница, - рычит он. – Это нечестно, потому что блять я еще не скоро смогу прикоснуться к тебе так чтобы ты голос сорвала от удовольствия. Дженни, паршивка.
Я улыбаюсь, понимая от чего такая реакция.
Мое тело словно вторая кожа обтягивало темно-изумрудное платье, подчеркивая все изгибы – небольшую грудь, тонкую талию, округлые бедра. Из выреза выглядывала бледная кожа ноги, на лодыжке которой висела золотая цепочка под стать цепочке, обхватывающей мою шею с маленьким бриллиантиком-подвеской на обоих. Спина же была полостью открыта, показывая каждый позвонок и родинки, но распущенные волосы хоть немного, но прикрывали ее от чужих взглядов.
– Нравится?
– Если б я только мог, я бы показал насколько, - фырчит он, на что я смеюсь и подхожу к мужу, сразу же приземляясь на его коленки. Рука его по инерции приземляется мне на открытую спину, поглаживая кожу и вызывая мурашки и тихий выдох.
Мягко целую его, не позволяя углублять поцелуй, иначе всю помаду съест, в ответ на это он недовольно рычит.
– Нам пора выходить, Джимми, - шепчу я ему прямо в губы, - все вечером, после дебильного торжества. Мне просто необходима будет обнимашкова-целовабельная терапия.
– Договорились, - он дарит мне еще один поцелуй в самый уголок губ и позволяет мне подняться с его ног, чтобы мы могли выдвигаться на банкет в честь свадьбы моего папаши.
______________
Обратная связь приветствуется, очень даже.
Пожалуйста, уделите минутку вашего времени для написания мнения по поводу работы.
Мне это очень важно.