Чтение онлайн

— Зачем тебе этот крендель? — не выдержал Дин. — Выбери меня. Я теперь даже в волейбол играть умею. И у меня есть эти симпатичные пластыри, — Дин ткнул пальцем в лицо и улыбнулся, он достаточно долго придумывал эту шутку, но она оказалась не смешной.

— Нашел, чем гордиться, — парировал Вален. — У меня уже есть приглашение на работу в университете. И я достаточно взрослый, чтобы не лезть на рожон.

— А я умею не только говорить, но и слушать, — Дин захрустел ботинками по гравию. Троица ступила на ремонтируемый участок дороги и замедлила ход, выбивая ногами камешки. Зоя опиралась на подставленный локоть Дина. Она действительно не произнесла ни одного слова, пока Вален толкал речи.

— Я не такой уж и слабак, как ты хочешь меня представить, — Вален ловко пригнулся, подхватил девушку под коленями и легким движением поднял на руки, после чего ускорил шаг. От неожиданной близости она немного отвернула голову, чтобы напрямую не встречаться взглядом.

Вален поставил Зою на землю, каблуки на ее сапожках легонько цокнули о твердый асфальт. Продолжая наступление, он вложил ее ладошку так, что теперь они шли под руку. Дин от злости задушил стеснительность и контратаковал, обняв девушку за талию и потянув ее ближе к себе. Соперник шагнул вперед, твердо ступил и резко развернулся. Зоя по инерции сделала шаг и уперлась грудью в Валена, стоявшего прямо перед ней. Он просунул руку между ней и Дином, готовясь обнять. Но Дин не стоял на месте и тоже двигался. Он скользнул назад, за спину Зое, и пользуясь тактическим преимуществом, обхватил талию второй рукой, замкнув хватку на животе, и потянул девушку ближе к себе. Уткнулся носом в шапку и ощутил шерстяные ворсинки у себя на губах. Вален, потеряв позицию, поднял руки к лицу Зои, и аккуратно зажимая щеки, зафиксировал её голову.

— Прекратите! — взвизгнула она. — Вы меня разорвете.

Вален тут же отступил. Из крепких объятий Дина Зое пришлось выкручиваться самостоятельно. Оставив ухажеров позади, она зашагала прямо, нервно поправляя одежду. Дин пребывал в растерянности и не знал, как поступить дальше. Через несколько секунд его рот и нос зажала чужая ладонь, руки оказались зафиксированы хватом сзади. Под колени последовали два резких удара — тело потеряло опору. Вален, что было силы навалился сверху, чтобы ускорить падение. Дин на задержанном дыхании мгновенно потерял сознание.

Очнулся он носом на земле с расцарапанной об пешеходную дорожку щекой с вопросом: “Что происходит?” Уличные фонари желтыми лампами освещали пустую улицу. Холодный ветер гонял немногочисленные остатки давно опавшей листвы. Дин поднялся на ноги и огляделся:

— Зоя! — вскрикнул он и побежал прямо, с надеждой, что они не свернули во двор.

Он остановился рядом с железнодорожной станцией. Между поездами был перерыв, а немногочисленные пассажиры предпочли греться в здании, на платформе никого не было. Дин, проскакивая через ступеньки, рванул в переход. Старенький, но чистый белый кафель выстилал стены, шагреневая плитка на полу перемежалась с желтыми пластиковыми вставками. Лампы через одну в шахматном порядке освещали пустые проходы. Шелест ветра приносил звуки автомобилей со стуком проезжающих по стальным заграждениям переезда.

Вален, шаркнув о пол ботинками, развернулся к прикрывшей глаза Зое и начал наклоняться.

— Чёрта с два я тебе ее отдам! — проорал Дин, с разбегу схватил Зою за рукав куртки и оттащил. Она запинаясь переставляла ноги и, не выдержав темпа, начала падать. Девушка схватилась свободной рукой за кисть Дина и по инерции проехала по полу на коленках.

— Да у тебя жар, — ощутил обжигающее касание Дин.

Зоя часто дышала через приоткрытый рот. Огромные блестящие зрачки расфокусировано смотрели вперед. Румянец на лице выглядел нездорово.

— Какой же ты назойливый, — надменно прозвучал Вален, — похоже, она даже так не может про тебя забыть. Но ты абсолютно бесполезен.

Девушка, покачиваясь, потянулась к Дину, прикрывая глаза и складывая губы.

— Что ты с ней сделал? — он сжал кулак.

— Своевременный вопрос. Сейчас все увидишь.

— Ах, ты! — спохватился Дин и с низкого старта бросился на Валена с кулаками. Удары были выверенными и точными, разрезая воздух свистом, в чистом сознании не осталось ничего, кроме противника. Но этого оказалось недостаточно, Вален лишь ловко разворачивал корпус, переступая с ноги на ногу. Его картинная улыбка мгновенно пропала, когда он резким толчком откинул Дина в стену. Грохот кафеля никак не потревожил плавающую в пьянящем гипнотическом блаженстве Зою.

Дин вложил все свои усилия, чтобы сдвинуться вперед. Он чувствовал себя, будто стоящим под давлением урагана. Вален с легкостью выдернул круглые перила с креплений и, метнув их как дротик, угодил Дину в правое плечо, пробив кость и впечатав в стену. Боль острой волной подавила волю.

— Беги! — заорал Дин.

— Она уже не слышит даже голос собственного разума, — Вален бесцеремонно поднял Зою и настойчиво поцеловал в губы. — Но она определенно готова.

Он обнажил острые клыки и прижал Зою к стене. Зубы мягко вошли в шею, прокусив артерию. Девушка, ощутив это, открыла глаза, но парализованная покорно молчала. Вампир упивался своей жертвой, высасывая жизнь вместе с кровью. Взгляд Зои постепенно начал угасать, теряя глубину и блеск.

Дин на остатках воли намерился пожертвовать заблокированной рукой, но упругие мышечные волокна отказались рваться даже под весом всего тела.

— Синие и фиолетовые. Красные и оранжевые. Голубые и розовые. Твои сережки, они всегда разные, почему? Я помню каждое сочетание, они всегда разные. Почему? — Дин пытался достучаться до Зои. — Почему?!

Зоя очнулась и взгляд её наполнил страх, перемешанный с отчаянием. Остатка сил хватило только на то, чтобы покрыть ресницы редкими снежинками. Движение остановилось. Через мгновение время пошло раздробленными порциями, создавая аномалии и разломы. Внешний вид подземного перехода стал дрожать и мутнеть, цвета выгорали или смешивались с кусками прошедшего дня. Пространство заливал глушащий белый шум. Нос перестал понимать бесконечно чередующиеся запахи: то сухие, то щекочущие. Чувство невесомости наполнило тело, как в темной воде. Казалось, что его части погружены в кипяток, другие измазаны сухой мукой, и в тоже время жуткий холод заставлял дрожать. Мир рассыпался на мельчайшие зерна, которые беззвучно угасали в тот же самый момент.

Дин остался один в полной темноте и тишине, наедине с жуткой болью в руке, которая удержала его разум от помешательства. Тяжело дыша и со стоном переставляя ноги, он зашагал прямо. Каждое его движение сопровождалось странными и незнакомыми всплесками образов и переживаний. Иногда это был чей-то теплый голос. Местами была уверенность, что вот-вот вспомнится нужный момент. Кто-то звал его чужим именем. Было стыдно и весело, вкусно и обидно, ярко и щекотно, но ничто не оставалось достаточно долго, чтобы быть понятным. Переживания времени длились мгновение или целую жизнь.

Дин очнулся, когда его тело еще не успело сесть. Ощущение бодрящей прохлады выдувало остатки сна из головы. Звуки реальности вернулись в комнату. Через несколько секунд онемевшая правая рука покрылась жестокими уколами из-за восстановления кровообращения.

— Ыс-с-с, — запаниковал Дин, растирая отлежанную конечность. Пальцы отказывались шевелиться, а любое движение казалось ватным.

Приготовления к школе пришлось делать левой рукой, а для правой смастерить временную подвязку. Утро прошло в борьбе с воспоминаниями о жутком сне. Дин безуспешно старался переключиться на любую мелочь, запоминал степень свежести зубной пасты, количество шагов, глядел на серые облака.

Зою он так и не дождался и еле успел на первый урок. Учитель не поверил в травму и высмеял перед классом, глупую по его мнению, симуляцию. Но рука ныла так, как после силового перенапряжения, чувствительность и мобильность вернулись, но тянущая боль при движении превращала письмо в мучения.

На перемене Дин отыскал парня Киры и с ходу заявил ему:

— Кира ни в чем не виновата. Всё произошло случайно. Это был ненастоящий поцелуй.

— Ты!.. Ты еще смеешь в школу заявляться! — вспылил Рэм и задвинул кулаком Дину в челюсть. Боль пришла сразу. Дин старался не делать резких движений и смотрел в глаза, чтобы не провоцировать драку. Лучше решить проблему в управляемом конфликте, чем огрести в неподходящий момент.