Чтение онлайн

Славой Жижек. Чума фантазий. Перевод Е. С. Смирновой, под научной редакцией А. Е. Радеева. Харьков, “Гуманитарный центр”, 2012, 388 стр., 1500 экз.

“Перевод старой, 1997 г., книги Жижека весьма полезен — он позволяет увидеть, как Жижек работает с наследием психоанализа, раздавая новые роли неврозам и требуя перемены декораций от психических состояний. То, что для Фрейда было буржуазной драмой „я” и „сверх-я”, для Жижека — авангардистская трагикомедия: „сверх-я” и „оно” вовсе не стремятся стыдливо скрыться перед светом аналитического разума, но, напротив, любят подробно рассуждать о себе, называя себя, ещё и ласково обходясь со своим названием”, — А. Марков (“Русский журнал”).

Сергей Зенкин. Небожественное сакральное. Теория и художественная практика. М., РГГУ, 2012, 537 стр., 500 экз.

“В ХХ веке сакральное подверглось „секуляризации”: его исследованием занимается не только богословие, но и философия, социология, антропология, современная литература и искусство. В таких условиях необходимой становится интеллектуальная история сакрального — междисциплинарная история его концепций, которой и посвящена эта книга. В числе рассматриваемых авторов — ученые Эмиль Дюркгейм, Марсель Мосс, Рудольф Отто, Мери Дуглас, Юрий Лотман, писатели и мыслители Жозеф де Местр, Мирча Элиаде, Жорж Батай, Роже Кайуа, Жан-Поль Сартр и многие другие”.

Салман Рушди. Джозеф Антон. Перевод с английского Л. Мотылева и Д. Карельского. М., “Астрель”, “CORPUS”, 2012, 859 стр., 5000 экз.

В названии книги — имя, под которым Рушди, приговоренный в 1989 году к смерти аятоллой Хомейни, скрывался от исламского правосудия (“Джозеф” в этом имени — от Джозефа Конрада, “Антон” — от Чехова); содержание объемистой, под тысячу страниц, книги составил рассказ о первых девяти годах конспиративной жизни писателя, под прикрытием спецслужб.

Уинстон Черчилль. Саврола. Роман. М., “Эксмо”, 2012, 240 стр., 3000 экз.

Впервые на русском языке — единственное художественное произведение, написанное Черчиллем; роман-аллегория на темы политического устройства общества; первое издание состоялось в 1900 году.

Ричард Эллман. Оскар Уайльд. Биография. Перевод с английского Л. Мотылева. М., “КоЛибри”, “Азбука-Аттикус”, 2012, 704 стр., 3000 экз.

Одна из самых известных сегодня биографий Уайльда, написанная американским литературоведом и отмеченная по выходе премией National Book Critics Circle Award и Пулитцеровской премией.

Владимир Яранцев. Зазубрин. Человек, который написал “Щепку”. Повесть-повествование из времён, не столь отдалённых. Новосибирск, 2012, 752 стр., 100 экз.

Жизнеописание замечательного русского писателя и организатора литературной жизни в Сибири в 20-е годы, известность которому у современного читателя принесла его написанная в 1923 году и опубликованная в 1989 году повесть “Щепка”, Владимира Яковлевича Зазубрина (Зубцова, 1895 — 1937).

*

Алексей Иванов . Комьюнити. Роман. СПб., “Азбука”, “Азбука-Аттикус”, 2012, 320 стр., 2000 экз.

Попытка интеллектуального, написанного на материале современной жизни боевика с использованием приемов социально-психологической, фантасмагоричной, гротескной, отчасти детективной прозы. Герой его, как и принято в нынешних романах, молодой провинциал, приехавший покорять столицу — медиаменеджер в набирающей влияние интернет-компании, которая претендует на лидерство в информационном пространстве завтрашнего дня. Он полон сил, напорист; в общем-то, удачлив (съемная — пока — квартира в столице, добротный “лексус”, престижная любовница, роскошный кабинет и несомненный карьерный взлет впереди), ну и, соответственно, — сочетание легкого цинизма и глубоко спрятанной чистой души провинциала. Есть, естественно, и героиня, красивая, сексапильная; умная, честолюбивая, с тяжкой, как и полагается в такой литературе, судьбой и еще более устрашающей перспективой — пройти через постели неимоверного количества влиятельных московских людей для достижения своих целей. Мир же, окружающий героев, — это мир, косматый косматостью современной античеловеческой цивилизации; мир, заселенный в романе “москвичами”, то есть людьми, как правило, исключительной продажности, жадности, подлости, безжалостности. Москва здесь мечена образами мелких и крупных хищников, престарелых шлюх, мертвых изнутри — с паутиной в черных провалах рта, но издали как будто завораживающих своей красотой — клубных московских девушек и т. д. Убедительность этому образу, видимо, должна была придать тщательность, с которой прописываются в романе топография города и маршруты передвижения героя, интерьеры московских ресторанов и клубов, а также — перенасыщенность текста “гламурным”, “офисным”, “сетевым” и прочим сленгом “продвинутых горожан”.

Развитие сюжета подсвечивается изнутри образом смертоносной чумы — таинственной всесокрушающей бактерии, заразившей современную цивилизацию. Если отвлечься от сверхзадачи, которую автор отводит в романе этому образу, то страницы, на которых автор прослеживает реальную историю эпидемий чумы, следует назвать лучшими в романе. Текст здесь представляет собой просто исторический очерк, но написанный пером действительно талантливого писателя.

По критериям коммерческой “интеллектуальной” литературы, это, возможно, не самый плохой роман. Есть главный герой, уже освоенный современным читателем (по романам Пелевина, Славниковой, Сенчина и других), но подвергшийся здесь дополнительной адаптации для совсем уж массового потребления, есть тугой сюжет, есть любопытные и как бы даже познавательные размышления над технологией современных массмедиа, есть выразительный образ чумы, используемый в романе как некая мифологема (с покушениями на функции философемы), есть множество волнительных и ожидаемых массовым читателем разоблачительных подробностей из “закулисной жизни” работников массмедиа, ну и вообще нынешней элиты, наличествуют интонации современного апокалипсиса. К тому ж написано все это отнюдь не беспомощным пером. То есть для романа-проекта, продолжающего мотивы вышедшего недавно романа “Псоглавцы”, все вроде на уровне.

Но, как говорил классик, пугает, а мне не страшно. Грустно только. Все-таки написано это пером, из-под которого когда-то вышел “Географ глобус пропил” или первоначальный сценарий (так и не реализованный в полной мере) для фильма “Царь”. Мне кажется, неудача с выстраиванием системы образов в этом романе (отчасти взятых напрокат из современной литературы), плакатная выпрямленность авторской мысли в романе, претендующем не на газетную публицистичность, а как бы — на философичность, а также явственно ощутимая искусственность его взвинченного тона — все это говорит (на мой, разумеется, взгляд) не о слабости таланта, а о ложности исходной мысли, под которую автор кроит в этом романе жизнь; а также ложности для такого писателя самого выбора жанра и — шире — модели литературного поведения (“чистая проза” Иванова была на голову выше его романов-проектов).

Составитель Сергей Костырко

Составитель благодарит книжный магазин “Фаланстер” (Малый Гнездниковский переулок, дом 1, строение 6) за предоставленные для этой колонки книги.

В магазине “Фаланстер” можно приобрести свежие номера журнала “Новый мир”.

“Букник”, “Вестник Европы”, “День литературы”, “Московские новости”, “Московский книжный журнал/The Moscow Review of Books”, “Наш современник”, “Нева”, “Новая газета”, “Новое время/The New Times”, “Новые Известия”, “Огонек”, “Православие и мир”, “Российская газета”, “Русский Журнал”, “Частный корреспондент”, “Colta.ru”, “SvobodaNews.ru”, “Thankyou.ru”

Юрий Арабов. “Вышедшая из народа бюрократия пожирает собственный народ”. Сценарист фильма “Орда” рассказал “МН” о вере, чудесах, грядущем апокалипсисе. Беседу вела Алена Солнцева. — “Московские новости”, 2012, на сайте газеты — 21 сентября < http://www.mn.ru >.

“Думаю, апокалипсис — величина постоянная, никто не знает, когда произойдет глобальный финал человеческой истории, но мелкие финалы, если можно так выразиться, происходят в ней беспрестанно. Люди, которые шли в газовые камеры при Гитлере и которые умирали в ГУЛАГе при Сталине, обитали внутри апокалипсиса. Это дало основание Даниилу Андрееву предположить в „Розе Мира”, что и Гитлер, и Сталин были кандидатами, точнее, актерами в пробе на главную роль грядущего Антихриста. Думаю, что эта проба произойдет и в XXI веке, если уже не происходит. Утешает только то, что после всемирного краха наступят „новая земля” и „новое небо””.