Паслен
Шрифт:
Ее ноги твердо стояли на краю скалы, как и раньше.
Она посмотрела вниз, туда, где вода и смерть оставались на более удобном расстоянии, чем она была уверена, и, прерывисто выдохнув, отступила от края, ударившись спиной о неподвижную стену позади нее.
Она обернулась и увидела барона там, ее рука крепко сжалась в его руке.
– Я … Я клянусь , что я … Я упала с этого края. И все же, должно быть, это был ... сон?
– Так ли это было? Разве вы не чувствовали, как ветер проносится мимо вас? Дыхание, вырывающееся из твоих легких? Холодная рука смерти, дергающая за твои страхи?
– Я чувствовала все эти вещи .
Нахмурившись, она вспомнила те секунды, когда ее глаза были закрыты, как будто, возможно, она потеряла сознание. Конечно, она упала, после того как вот так кувыркнулась вперед. Но тогда, как барон мог поймать ее, когда она уже направлялась к скалам внизу?
– О чем ты думаешь?- спросил он.
– Я не знаю, чему верить .
Мысли приходили быстро и иррационально, дразня ее невозможностью.
– Что тебя больше всего беспокоит во всем этом?
– Что это было по-настоящему .
– Почему?
– Потому что я должна была умереть .
– Как в тот день в лесу, когда дерево упало на тебя .
– Да .
– Скажи мне, что ты отказываешься рассказывать кому-либо еще о том дне, Люстина .
Она ощетинилась от этого вопроса, от возможности того, что он мог знать об этих невысказанных мыслях.
– Я не понимаю, о чем вы говорите, милорд .
– Ты знаешь. С тех пор эта мысль преследует вас каждый день. Вы точно знаете, почему это дерево не смогло раздавить вас. Теперь скажи мне, во что ты веришь .
– Ты сочтешь меня дурой, если я это сделаю .
– Какая разница, что я думаю, когда ты должна быть мертва. Расскажи мне .
– Я думаю...
– Паника нарастала внутри нее от перспективы признаться в таких вещах. Самонадеянность этого.
– Я верю , что … Мне пока не суждено умереть .
– Почему?
– Потому что я служу цели .
– Мы все служим какой-то цели. Даже епископ Венейбл служит определенной цели. Почему тебе должно быть позволено бросать вызов смерти?
– Я не знаю. Мне не следовало бы делать такого исключения .
Он протянул руку, обхватил ладонью ее лицо и провел большим пальцем по ее щеке, вытирая упавшую слезу.
– Вот тут-то ты и ошибаешься .
– Ты поймал меня , - сказала она, возвращаясь к настоящему моменту.
– Как? Это невозможно .
– Все так, как я говорил тебе раньше. Некоторые существа были рождены, чтобы бросить вызов ограничениям того, что должно быть.
Он наклонился вперед и прижался губами к ее губам.
На лице Люстины была улыбка, когда она в одиночестве брела обратно через лес к поместью Ван Круа. Быть замеченной с бароном, вероятно, принесло бы больше неприятностей, чем ей хотелось бы, больше, чем наказание за то, что она ушла без сопровождения.
Когда она, наконец, добралась до площадки, Драйстан подошел к ней, ссутулив плечи и прижав руки к бокам сжатыми в кулаки.
– Где ты была? Все тебя искали!
– Епископ Венейбл попросил, чтобы меня не было поблизости во время церемонии исцеления леди Прецепсии .
– Я не думаю, что он имел в виду, что ты можешь убежать и бродить по лесу одна .
– Я выросла в лесу. Я вполне сспособна ориентироваться .
– Юной леди не подобает делать это одной. Или ты была не одна?
То, как его глаза сузились, глядя на нее, сказало Лустине, что он думал иначе.
– Что это должно означать?
– Похоже, добрый барон тоже пропал .
Люстина заставила себя остаться равнодушной к его слишком точному наблюдению. Одалживание даже в такой степени, как подозрение, оказалось бы пагубным.
– Если ты обвиняешь нас в том, что у нас было какое-то свидание, тогда я попрошу тебя следить за своим языком .
– Почему?
– Потому что я принципиальная и никогда бы не попыталась принять участие в чем-то столь непристойном .
– Ты дочь ведьмы и шлюхи. Для меня не так уж невероятно, что ты могла бы .
Одним бездумным взмахом Люстина ударила Драйстана ладонью по лицу, отчего его голова откинулась в сторону. Красная отметина вспыхнула там, где ее ладонь коснулась его плоти, но она не стала извиняться за это. Не после таких резких и безжалостных слов о ее матери.
Его губы растянулись в оскале, и он дернулся к ней, подняв руку, словно для ответной пощечины. Вместо этого он взял себя в руки.
– Ты пожалеешь об этом.
Он схватил ее за запястье и потащил через заднюю дверь на кухню и в другую, изысканно украшенную комнату, где епископ Венейбл стоял с лордом Прецепсией и двумя другими мужчинами, которых она не узнала.
– Я нашел ее, ваше превосходительство. Бродит по лесам с молодым лордом Ван Круа.
Горящие враждебностью глаза уставились на Люстину, которая стояла, как пленница, зажатая в непреклонной хватке Драйстана.
– Это правда?
Только соблюдая формальности и демонстрируя порядочность со своей стороны, епископ удосужился спросить вместо того, чтобы прямо обвинять ее. Он не хотел знать правду, и именно поэтому Люстина без колебаний ответила
– Да .
В конце концов, он, несомненно, накажет ее, независимо от ее ответа.
– Подожди меня в экипаже , - сказал он сквозь стиснутые зубы.
– Я провожу ее до экипажа .
Драйстан дернул ее вперед, как будто у него были на это какие-то полномочия, и когда она отдернула руку, он усилил хватку. Синяки от его пальцев, впивающихся в ее кожу, сказали Лустине, что он был в ярости.
– Почему ты... делаешь это!
Люстина уперлась пятками в твердую землю и потянула в тщетном сопротивлении, когда Драйстан потащил ее за собой. Когда он не потрудился ответить, она в отчаянии стиснула зубы.
– Ты с епископом! Я видела тебя на прошлой неделе во время мессы. Вы вошли в комнату в подземелье.
Наконец он резко остановился и повернулся к ней. Что-то мелькнуло в его глазах, как змеи, что заставило ее отступить назад.
– Ты хоть представляешь, насколько ты глупа? У тебя есть какие-нибудь идеи, кто такой барон на самом деле?
Обдумывая вопросы, она уставилась на него в ответ.
– Он - отродье самого дьявола .
Смех подступил к ее горлу, и прежде чем Люстина смогла остановить себя, он вырвался тихим смешком, и она прикрыла рот рукой, чтобы сдержать его.