Чтение онлайн

Первое, что бросается в глаза в этом списке – более половины пилотов эскадрильи всё ещё составляли люди, после звания которых ука­за­на аббревиатура «USN». То есть, кадровые офицеры ВМС США, сначала окончившие полноценное военно-морское училище, и только затем лётную школу. Уже к середине 1942 года подобное стало не­во­з­можным – у подавляющего большинства пилотов к тому времени после звания следовала также здесь присутствующая аббревиатура «USNR», где последняя буква оз­на­чает «офицер резерва». То есть, чаще всего – человек со средним или высшим гражданским образова­ни­ем, получивший первое офицерское звание сразу после семимесячной лётной школы.

Причины, по которым старший лейтенант Эдвард О'Хэйр был удостоен высшей награды страны, пояснений, думаю, не требуют (хотя сам О'Хэйр против этого активно возражал). Иначе обстоит с командиром 3-го дивизиона капитан-лей­те­нантом Ноэлом Гэйлером – если все остальные пилоты получили награды за бой 20 февраля на пути к Рабаулу, то он был единственным, кто получил сразу два Военно-мо­р­ских креста. Вто­рой – отдельно за действия во время рейда на Лаэ-Саламануа, при­чём отнюдь не за сбитый им «Дэйв» (хотя несчастный биплан в на­г­ра­д­ных доку­ментах всё же упоминается), а прежде всего за грамотно организованную шту­р­мо­в­ку кора­блей противника.

Не получили на­г­рад ведомый О'Хэйра старший лейтенант Мэрион Дюфило, у ко­торого в самый неподходящий момент от­ка­за­ли пулемёты, а так­же оба сби­тых пилота. Что очень наглядно демонстрирует подход капитана 3-го ранга Та­ча, пи­сав­ше­го представления на сво­их подчинённых: награды только за резуль­тат . Если тебя сбили, ранили (особенно, если это слу­чи­лось в результате твоей собственной гру­бой оши­б­ки), или ты даже погиб, но не внёс при этом вклада в общее дело – это твои личные проблемы, ордена за это не положены. Подход спорный, но дающий представление о системе ценностей данного офицера.

Франклин Д. Рузвельт и Эдвард Г. О'Хэйр с супругой в Белом доме на церемонии вручения ему высшей награды США, Медали Почёта. Вашингтон, 21 апреля 1942 года

26 марта 1942 года «Лексингтон» вернулся в Пёрл-Харбор и встал в док для сроч­но­го переоборудования – с корабля пла­ни­ро­ва­лось демонтировать все четыре дву­х­орудийные башни 203-мм орудий главного калибра, усилив взамен его ПВО сре­днего и ближнего радиуса действия. К тому времени «родная» 2-я истреби­те­ль­ная эскадрилья закончила пе­ре­по­д­го­тов­ку и должна была верну­ться на своё законное место, а 3-я истребительная капитана 3-го ранга Та­ча опя­ть оказалась «без­ло­ша­д­ной». А потому в отношении наиболее подготов­лен­ного и результативного на тот момент истребительного подразделения ВМС США на­ча­л­ся про­цесс, который в случае техники обычно называют «канниба­ли­зацией».

2-я истребительная за время нахождения в Пёрл-Харборе уже была частично раз­­дёргана на восполнение потерь в активно воевавших подразделениях, а кроме того, её решили уве­ли­чить до 21 машины (с одним рез­ер­вным пилотом). Поэтому 12 апреля 1942 года ей были переданы 12 пилотов и 56 человек те­х­ни­че­с­кого состава, а также все оставшиеся «Уайлдкэты» 3-й истре­би­тельной. Через три дня «Лексингтон» ушёл с ними в поход, из которого он уже не вернётся.

Заместитель Тача, капитан 3-го ранга Дональд Лавлейс ушёл на повышение – его назначили ко­ма­н­ди­ром формирующейся 10-й разведывательной эскадри­льи. Какое-то время обязанности заместителя исполнял Эдвард О'Хэйр, но вско­ре и он отбыл в Вашингтон получать свою Медаль Почёта, а затем участвовать в агитационных мероприятиях по стра­не. Ещё трёх пилотов забрали в качестве инструкторов. А взамен эскадрилья получила новенькие «Грумманы» следую­щей мо­де­ли F4F-4.

В результате сложилась странная ситуация: в подразделении имелся 21 истре­би­тель, часть тесостава и всего один пилот, он же ко­ма­н­дир эскадрильи – капитан 3-го ранга Джон Тач. Обещанное пополнение из четырнадцати свежих выпускников лётной школы, из кото­рых пре­д­с­то­яло воссоздать эскадрилью практически с нуля, всё не при­бывало, поэтому Тачу не оставалось ничего, кроме как лично облетать все полу­ченные машины.

Отдельной проблемой были сами новые самолёты. Как хорошо знал на личном опыте капитан 3-го ранга Джон Тач, важ­ней­шие лётно-технические характери­с­тики – скороподъёмность, приёмистость, минимальный радиус виража, а также боевая да­ль­н­ость – «Уайлдкэтов» один раз уже серьёзно просели после увеличе­ния массы машины из-за добавления бронеспинки и пе­ре­д­них бронещитков, а так­же протектированных баков. Он также успел познакомиться с прототипом XF4F-4, от­ли­ча­в­шим­ся от привычной «тройки» пока только наличием склады­ва­ющихся по хитрой «Груммановской» схеме плоскостей. Причём на про­то­ти­пе узлы складывания были ещё и снабжены гидравлическим приводом.

Убедившись в том, насколько ухудши­ли характеристики ма­ши­ны дополнительные 136 кг веса (в результате чего взлётная масса машины увеличилась до 3515 кг), коман­дир 3-й ис­т­ре­би­тель­ной стал одним из тех, кто настойчиво рекомендовал убра­ть для сокращения веса механизацию складывания плоскостей и на­с­та­и­вал на пре­дельной взлётной массе истребителя не более 3400 кг при двигателе имею­щей­ся мощности. Их усилия не пропали даром, и на серийных F4F-4 плоскости склады­вались уже вручную. Однако взамен родная про­мы­ш­лен­ность подкинула амери­канским пилотам-истребителям другую... назовём это проблемой, чтобы не упо­треблять слова «по­д­ля­н­ка».

С самого начала производства «Уайлдкэты» по­с­та­в­ля­лись Великобритании, где получили название «Мартлет Mk. I». Строго говоря, на вооружение Королевских ВВС они поступили да­же раньше, чем в ВМС или морскую пехоту США. По­с­ко­ль­ку в начале войны британцы применяли эти истребители прежде все­го для задач ПВО и в основном с береговых аэродромов, то в процессе заказа второй партии из сотни самолётов они захотели привести их в соответ­ст­вие со своей ко­н­це­п­ци­ей машин этого класса.

Тут нужно вспомнить, что выпускавшиеся тогда британский истребители «Хокер Харрикейн» модели Mk. II были вооружены двенадцатью (!!!) 7,7-мм пулемётами, либо четырьмя 20-мм пушками, а «Супермарин Спитфайр» Mk. V – восемью 7,7-мм пулемётами, либо четырьмя 20-мм пушками, либо двумя 20-мм пушками и четырьмя 7,7-мм пулемётами. В общем: «запихнём в истребитель как можно больше стволов!!!»

Шесть экспортных «Мартлет Mk. II» с опознавательными знаками британских ВВС выстроены таким образом, чтобы наглядно продемонстрировать заказчику насколько эффективно складывающиеся плоскости позволяют экономить место в ангарах и на полётной палубе.

Компания «Грумман» пошла навстречу их пожеланиям, и следующая экспорт­ная модель «Мартлет» Mk. II кроме скла­ды­ва­ю­щих­ся плоскостей получила ещё и увеличенное с четырёх до шести пулемётов калибра 12,7-мм вооружение. А затем, да­бы два раза не вставать, то есть не делать два раз­ных типа плоскостей – одни союзни­к­ам, другие «для себя» – данная экспортная модель была фак­ти­чес­ки навязана Уп­ра­в­ле­нию аэро­на­в­ти­ки Ми­ни­с­те­р­ства ВМС США как F4F-4. Которых планировалось произвести на порядок больше, чем экспортных – 1169 F4F-4 против всего 109 «Мартлет» Mk. II.

Главным аргументом стало то, что британцы, ведущие войну аж с 1939 года, всяко лучше разбираются в том, ка­ким дол­жен быть правильный морской истребитель. Мнением американских пилотов, ожидавших, что они получат обещанный «F4F-3, но со складывающимися плоскостями» никто поинтересоваться не удосужился. По­э­то­му не­у­ди­ви­тель­но, что те отреагировали на подобное «сокращение издержек производства» (за их счёт) резко отрицательно.

Само по себе увеличение веса секундного залпа – вещь хорошая, хотя тот же Джон Тач не уставал повторять, что « если парень не в состоянии попасть из че­ты­рёх стволов, то ему хоть восемь поставь... » Однако в случае F4F-4 увеличение количества стволов из-за весовых и компоновочных проблем привело к замет­ному уменьшению общего боекомплекта (с 1720 до 1440 па­т­ро­нов), а боекомплект на ствол уменьшился ещё радикальней: с 430 патронов (34 секунды огня) до 240 пат­ро­нов (18 секунд).

И если в случае истребителя ПВО, работающего недалеко от своего аэродрома, как использовали их британцы, это не являлось про­блемой – он в любой момент мог сесть и перезарядиться – то для палубных ист­ребителей эскадренных авианосцев, прикрывавших уда­р­ные самолёты в сотне с лишним миль от своей полё­тной палубы, это означало серьёзное падение боевых возможностей.

Размещение пулемётов и патронных контейнеров в правой плоскости «Грумман» F4F-3 (слева) и F4F-4 (справа). В случае F4F-4 люки патронных контейнеров перенесены на нижнюю поверхность крыла, а сверху оставлены лишь лючки для доступа к лентам.