Сахар на дне
Шрифт:
Второй вариант оказался на порядок проще. Откровения сестры заставили ее копаться в прошлом Джетов более скрупулёзно и совсем уже на другом уровне. Она больше не хотела додумывать, фантазировать, сочинять; не хотела она и ждать. Джой поручила Эмили заняться проверкой биографий своих родителей и их родственников, и собиралась таки сложить этот пазл в одно. Рей, как Джет планировала, должна была в будущем стать частью ее семьи, а значит, пролить свет на жизнь ее родственницы точно не лишнее.
После того, как им открыли, перед глазами раскинулось ещё более впечатляющее зрелище: центральное здание, что-то между классикой и провансом, стояло на приличном расстоянии от входа. К нему вела длинная асфальтированная тропа. Пространство слева было занято маленькими строениями в том же стиле, с разнообразными вывесками вроде «кино», «книжный клуб», «лавка вкусностей», «спортзал»… И ещё длинная дюжина, уходящая вглубь стройного ряда клёнов. Слева Джой увидела площадку для гольфа, какой-то напрочь забитый зеленью участок и ещё что-то, что было никак не разглядеть из-за габаритов территории, которую «Либертивилл» охватывал. В центральном здании было всего четыре этажа, что означало, что пансионат не мог вместить слишком много людей.
«Либертивилл» входил в топ-двадцать лучших пансионатов для пожилых в Штатах. Джет все ещё оставалась под впечатлением, зная это. Проживание здесь стоило не так уж много, но, должно быть, весомо для тех, кто до приезда сюда зарабатывал меньше… ну, хотя бы полумиллиона в год.
— Слушай, а здесь неплохо, — сказала Джой, решив, что Рейне сейчас просто жизненно-необходимо отвлечься. — Я, может, и сама отправлюсь сюда лет через сорок…
— Что? — недовольно поморщилась Рейна. — Гонишь, что ли?
Джой засмеялась.
— А ты бы нет?
— Да ни за что! Это цирк дю Солей для тех, кому за шестьдесят, с комплексом витаминов, минералов и обязательных утренних процедур. Я бы здесь умерла на следующий же день. Не понимаю, люди вот копят-копят всю жизнь…
К удовлетворению Джой, Рейна пустилась в свои обыкновенные многословные размышления. Её очаровательно сморщенный носик возвращал Джет забавную девчонку, рядом с которой было тепло и хорошо, понятно и просто. Джой любовалась ею, разглядывая боковым зрением: блестящие губы, такие пухлые, что будто ненастоящие, густые брови, присыпанные эмоциями и артистичностью, чайный взгляд, который наделял Рей необыкновенной для понимания Джой двойственностью.
Одна ее сторона была наполнена пленительной наивностью, обезоруживающей прямотой, складывающейся в облако сладкой ваты… А вот с другой, как чёрт на левом плече, стояла ее независимость. Рейна вполне могла жить и без Джой, и это вызывало крайне противоречивые чувства. Само понимание того, что перед тобой не слепой котёнок, а лишь иллюзия — бросало Джет то в ледяную воду, отрезвляя, то погружало обратно в теплую, где Джет хотелось отдать Рейне всю свою нежность. Она ещё не определилась, что именно за этим скрывалось и безопасно ли таким желаниям доверять…
Когда они дошли, наконец, ко входу в главный дом, Рейна расцепила их руки, не глядя на Джой. Облагороженный скаймеками и цветами двор встретил их пустынной тишиной утра, а уютный серо-розовый холл — широкой улыбкой молодой мисс. На девушке был светлый льняной костюм, бейджик, уведомивший Джой, что это администраторка и ее зовут Элизабет, и вежливое выражение, окаймленное темным каре.
— Добрый день, — поздоровалась она. — Рейна, Маргарет уже ждёт вас в ресторане на втором этаже. Мисс Джет, — возможно ли так широко улыбаться? — Честь для нас!
— Ага, не каждый день мисс Джет в пансионе для пожилых встретишь, — радушно ответила ей Джой и протянула ладонь для приветствия. Элизабет пожала ее, явно задержав дыхание. — Я здесь с Рейной. К Маргарет.
— Неожиданно…
— Джо, пойдем, — с нажимом прервала вежливую беседу Рей и демонстративно схватила Джет за руку, таща к лестнице. Элизабет смерила их удивлённым взглядом вдогонку, и от развернувшейся сценки Джой едва-едва сдержала рвущийся наружу смех.
— Я люблю латинок, вообще-то…
Рей только фыркнула.
Она разомкнула их пальцы в тот момент, когда широкая деревянная лестница под их ногами закончилась. Ресторан на втором этаже напоминал современную кофейню, обставленную зеленью и бежевыми диванами. Барная стойка имелась тоже. За некоторыми столами поодиночно сидели постояльцы; «Либертивилл» специализировался на ходячих людях, насколько Джой удалось понять, не слишком больных, так что это упрощало задачу. Пахло здесь корицей и мятой — приятный освежающий запах.
Джой не готовилась к знакомству, если исключить информационную сторону. Ее не особенно волновало, что о ней подумает Маргарет, которая вряд ли знала её, и преследовала исключительно собственный интерес. Давно она не чувствовала себя такой откровенной эгоисткой. Она словно приехала куда-то в загородный коттедж на отдых от городской суеты… Джет мысленно поставила знак вопроса напротив этой мысли — надо будет как-нибудь воплотить.
Джой с интересом огляделась. Три женщины лет семидесяти сидели за одним из столов. Они беззаботно смеялись и были накрашены так сильно, что их макияжи наверняка виднелись со спутника. На лице Джет, напротив, косметики не было совсем. Она надела простой голубой костюм на пару размеров больше — не деловой, а повседневный, обула кроссовки и дышала свободно, ощущая себя лет на двадцать.
В пансионате не висело под потолком безвозвратно утекающее время, да и жизнерадостный смех этих женщин точно был не о том, что закат жизни близок. Здесь просто было спокойно. Утреннее солнце пускало теплые лучи на ламинат под ногами. Изумрудные листья больших вазонов подсвечивались дневным светом. Рай для стариков, которым уже не о чем волноваться и не надо работать, не так ли? Лично Джой сомневалась, что она сможет так, сколько бы лет ни прошло.
Джой чуть потерялась во времени, пока рассматривала обстановку. Рейна кивнула ей, а затем решительно двинулась к дивану, стоявшему недалеко от окна. Окно было открыто на проветривание, на квадратном журнальном столике из дерева стояла пепельница… На диване сидела, видимо, Маргарет. И курила. Курила? Джой невольно вскинула брови.
Маргарет вся встрепенулась, когда увидела Рейну. Рейна смотрела на нее так ошалело, что Джой поняла: не она одна оказалась удивлена ее вредной привычкой… Не так Джет представляла ее.