Чтение онлайн

Корочки льда хрустели под колесами и острыми когтями Ацеля, которые он растопырил от натуга. Не дойдя всего десяток футов до ближайшей ямы, мальчик вдруг поскользнулся. Телега накренилась, и один мешок вывалился на землю со всем содержимым.

— Вот чёрт! — воскликнул он. — Теперь придётся это собирать…голыми руками… Хотя я мог бы бросить мусор здесь — все равно никто не узнает…

Ацель дотронулся до мешка… Годами позже, уже будучи огоном, ему придется повидать множество кровавых и жутких сцен, но то, что он видел сейчас, — застынет у него перед глазами до конца жизни, принимая форму ночных кошмаров. Из мешка выкатилась голова — голова сондэсианской девочки с песчаного цвета волосами, взбившимися в уродливые пучки, склеенные сгустками красной крови. Рот ее был слегка приоткрыт, губы — посинели, а под окоченевшими веками мертвел испуганный взор.

Срез на шее приобрёл коричневатый оттенок. Скорее всего, голову отсекли каким-то раскаленным лезвием, чтобы кровь не просочилась через мешки во время перевозки.

— Ли… Ливара, — припал к камням Ацель с удушливым стоном. — Прости, прости, прости… Прости, что не смог спасти тебя! Я думал только о себе! Это все из-за меня… Прости меня, Ли… — всхлипывал он, страшась вновь посмотреть в лицо, которое больше никогда не улыбнётся ему. — Прости, что наговаривал на твою улыбку. На самом деле… мне она нравилась… нравилась…

Спрятав голову в мешок и завязав крепкий узел, мальчик скинул расчлененное тело в яму. Он не слышал, как оно разбилось об скалы, лопнуло, точно воздушный шарик, наполненный водой; не видел, как сплетенные веревки разошлись, зацепившись о заостренные выступы, и повисли над чёрным пятном глубины.

— Я отомщу ему! — рычал Ацель, вглядываясь в пустоту. — Нет! Я отомщу им всем! Я выбью из них всю дрянь, даже если это будет стоить мне жизни! — Он смахнул слезы, чувствуя, как животная ярость ударяет в грудь. — Я превращу их всех в потроха!

Часом позже, когда ледяная поверхность Зеасса немного отогрелась, но солнце ещё не встало, Ацель вернулся в дом семьи. Вайсваги безмолвно проводили его до комнаты и с суетой на мордах захлопнули дверь.

— И как же нам теперь поступить? — Мальчика достигла вайсвагская речь, которую он частично научился понимать. — Мастер избавился от рабыни, по законам Гихрана мы не можем содержать раба.

— Ничего не поделать. Честь кинского народа — важнее наших убытков. В конце концов, только благодаря великодушию мастера Исаи мы приобрели раба, пусть и на такой короткий срок.

Теперь все встало на свои места. Теперь все прояснилось. Исаи купил Ливару вовсе не по надобности. Он просто забавился с ней, считая, что проявляет благость. Если бы у него не было раба, то вайсвагам пришлось бы копать этажи своими изнеженными ручонками. Сколько таких, как они — импортированных огонами детей — погибло вот так вот? Сколько будет после?

Разум чёрного ящера оглушал стук безумного сердца. Одержимый, он пленил себя неотвратимыми намерениями убить. По счастливой случайности вайсваги забыли приковать его к стене, и Ацель воспринял это как знак свыше.

Черный ящер ворвался в покои семьи с лопатой — той осточертевшей лопатой, что каждую ночь сжимал он стертыми в кровь пальцами, совершая одно и то же телодвижение.

Первой своей жертве он отсек голову прямо на кровати — во сне. Поставив лопату ребром, мальчик с наслаждением раздробил череп, разбрызгивая по стенам грязно-фисташковые ошметки. Второй вайсваг юркнул к дверям, но Ацель его опередил.

Вайсваги, сами по себе, создания слабые. В прошлом они лишь прислуживали преступной организации, демонстрируя врожденную жестокость во время пыток. Поэтому неудивительно, что пришелец унизительно приклонился перед собственным рабом, вымаливая свою никчемную жизнь:

— Умолять! — запричитал он на ломаном сондэсианском. — Не трогать меня, я позволю уйти Ацель!

Несправедливость стала полноценным правителем жизни, в которую однажды пришел он — черный ящер; и золотые шипы на ее короне проделали в его мировоззрении огромную брешь. Теперь мальчик окончательно уверовал в то, что жизнь — это ад, проклятие, а если он уже проклят… какой прок остерегаться греха?

Деревянный черенок лопаты разбил потолочную лампу, и участники жатвы погрузились в темноту. Две вспышки синего пламени в чёрных стенах, свист в воздухе — и сердце вайсвага разрезало напополам.

— И что ты натворил? — невозмутимый голос Исаи раздался в комнате. Кошачьей походкой он прокрался в дом своих служащих и брезгливо переступил через зеленую лужу, от которой исходил горячий пар. — Сломал моих подчиненных.

— Я не понимаю, что ты там бормочешь, — набросился на него с лопатой Ацель, но промахнулся. Мастер Исаи, будто растворился в воздухе. Его мерцающая голографическая одежда стала ещё цветастее, чем обычно.

— Всегда знал, что Сондэс — планета дикарей. — Теперь реплика прозвучала в противоположной от мальчика части помещения — за низкой потолочной аркой, которую Исаи сильно перерос.

Пока Ацель отводил плечи назад, чтобы замахнуться, тот уже поменял местоположение и перехватил черенок лопаты мощной рукой. «Я понял, — сделал вывод черный ящер, перейдя в стратегическое отступление. — Это не телепортация. Просто он очень быстр. Из-за большого веса лопаты я сильно уступаю ему в скорости».

Мальчик пригнулся и выставил когти правой руки в боевую позицию, повинуясь зову инстинктов. Когти левой — надсадно царапали пол, готовясь придать рывку ускорение. «Все правильно. Мне не нужно оружие. Я был рожден с ним», — скалился ящер, не сводя глаз с оппонента.

— Вот в чем вы, народы Сондэса и низы Гихрана похожи… — Исаи швырнул лопату и вытер ладони друг о друга. — Вы не умеете сдерживать гнев. Но сондэсианцы, в отличие от покорных вайсвагов, такие… гордые и своевольные. Всегда мечтал приручить вас. Когда я купил эту девчонку, я думал, что будет весело. Она выглядела игривой. Вот только оказалась она такой же, как и эти вайсваги — кланилась, послушно исполняла приказы, шла на любые унижения, лишь бы сохранить себе жизнь! Какая скука! — Он запрокинул голову, и его золотистые редкие зубы мелькнули под маской в отвратной улыбке. Это был первый раз, когда мальчик видел Исаи улыбающимся. — Как там ее звали? Ливара?

— Заткнись! — услышал знакомое слово Ацель, кидаясь на врага. Когти рассекли воздух, и ящер повалился на живот с тупой болью в пояснице.

— И это все? Не разочаровывай меня, — вознёсся над ним голос.

Чёрный ящер силился подняться, но мускулистая нога Исаи пригвоздила его обратно. — Давай же, дерись! — надавил он ему на спину массивной ступней.

Мальчик вонзил когти в голень Исаи — алая жидкость прыснула и потекла по локтю. Улучив момент, он вынырнул из-под ботинка, который оставил на его робе вполне реальные следы, и отпрянул в сторону, максимально увеличив дистанцию. Вдыхая и выдыхая тухлый воздух в перерывах между шипением, черный ящер тряхнул рукой, чтобы избавиться от излишек чужой крови.