Чтение онлайн

Слова попадают в меня.

— И что? — спрашиваю тихо.

Он моргает, будто не ожидал этого ответа.

— Что?! Ты не понимаешь, в каком я положении? Ты хочешь, чтобы меня Полина обслуживала? Чтобы она меня мыла? Чтобы она кормила меня? — он трясет головой, говорит еще тише. — Тебя не было весь день, я думал… думал, ты решаешь проблемы с дедом. А ты просто решила меня бросить.

Он вновь меняет тактику, переходит от жалости к обвинению.

— Я без тебя не справлюсь! Ты хочешь, чтобы я умер, что ли? Тебе что, плевать?

Я смотрю на него. На мужчину, который только что сказал, что я разрушила его жизнь. Который предал меня. И который теперь пытается манипулировать чувством вины, как он делал последнее время.

— Я хочу, чтобы ты жил, — произношу спокойно. — Только без меня. Сам. С Полиной. С какой-то другой женщиной. Мне все равно.

Он хрипло выдыхает.

— Даша… ну не делай так… — голос ломается. — Я… я срываюсь, потому что тяжело. Мне плохо. Ты же понимаешь…

— Нет, — перебиваю. — Не понимаю. Мне тоже плохо, Леша. Я иногда жалею, что удар пришелся не в мою дверь. Понимаешь? Я устала! У меня не только тут шрамы, — я показывая на бок и бедро. — Но и внутри. Внутри они еще больше и грубее. Я так устала. Ты посмотри на меня. Я похожа на пособие по анатомии. Я есть не успевала, Леш. И ты мне говоришь о том, как тебе плохо? В отличие от тебя, у меня за последние два года не было секса ни разу! Это мне плохо!

Он тянет ко мне руку.

— Подойди. Пожалуйста. Не уходи. Я… я боюсь. Ты же знаешь, как у меня со спиной… вдруг что-то случится, а ты…

— Полина тебе поможет, — отвечаю.

Его губы дергаются.

— Ты не имеешь права вот так уходить! — выкрикивает он в последней попытке удержать меня. — Ты жена! Ты обязана!

Я смотрю прямо на него с полной ясностью в голове.

— Я тебе ничего больше не должна. Я сделала все, что могла. Бессонные ночи, восстановление после операций, реабилитации. Я научилась делать массаж, чтобы не платить и за это. Устроилась на три работы. Хватит!

Он открывает рот, но я уже отхожу к двери.

За спиной раздается отчаянное:

— Даша! Вернись! Ты добьешь меня предательством! Ты же меня убьешь!

Я останавливаюсь на пороге.

— Нет, Леша. Я устала, — и закрываю за собой дверь.

Я стою в коридоре несколько секунду. За дверью все еще слышны его всхлипы, удары по подлокотникам, отрывистые фразы.

Хватит!

Плевать!

Я не стану слушать невнятные оправдания.

Вместо этого я иду в спальню, вытаскиваю большую спортивную сумку, бросаю ее на кровать. Глухой звук шлепка разлетается по комнате. И тут меня накрывает истерика.

Я открываю шкаф и начинаю закидывать в сумку вещи. Пара футболок. Штаны. Кардиган. Нижнее белье. Зарядку для телефона, документы, кошелек. Снимаю с себя полотенце, вытаскиваю шорты, в которые еле попадаю ногами.

Я действительно хочу уехать. Это не пустые угрозы.

Вернусь в дом деда.

Там никто не будет кричать о том, что я должна. Или обязана. Или виновата.

— Несколько дней тишины, — шепчу себе, натягивая футболку.

Впереди выходные. Я смогу выспаться. Выключить телефон. И привести дом в порядок. Дед любит порядок.

Заберу машину, когда Роман ее починит, а дальше?.. А дальше уеду к маме, пока не найду квартиру.

Я зажмуриваюсь. Позволяю себе ровно один вдох, смахиваю слезы, потом застегиваю сумку. Выхожу в коридор, в Лешиной комнате тишина. Сгребаю с полок ванной косметику и складываю ее поверх одежды.

Выбегаю из квартиры, на автомате закрываю дверь. Иду быстро, чтобы не передумать и не поддаться уговорам совести. Сумка бьет по бедру, футболка липнет к влажной коже.

Остановка за домом. Я ускоряюсь, поворачиваю за угол и впечатываюсь в мужскую грудь. По инерции меня отбрасывает, но сильные руки не дают упасть, крепко держат за предплечья.

— Осторожнее, — тихо произносит знакомый голос.

Я поднимаю взгляд на Романа. Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. Он отмечает мой небрежный вид, мокрые волосы, объемную сумку.

— Что случилось?

Я открываю рот, но слова застревают в горле.

Роман приподнимает мой подбородок, внимательно всматривается в лицо.

— Как хорошо, что ты еще не уехал, — отвечаю, сглатывая слезы. В этот момент наша встреча мне не кажется странной. — Возьми меня с собой.

Она шепчет:

— Возьми меня с собой.

Мои пальцы на ее предплечьях невольно сжимаются сильнее. Я смотрю на лицо Дарьи. Красные глаза, влажные ресницы, поджатые губы. Она держится из последних сил. Волосы еще мокрые, светлые пряди липнут к шее. Огромная сумка на плече.

Я, может, и не психолог, но не совсем идиот.

— Уже взял, — отвечаю я спокойно. — Пойдем.

Она моргает, словно не ожидала такого простого ответа. Ждала вопросов? Сомнений?

Нет, никаких сомнений быть не может. Она — моя пара. Моя женщина. Моя! И я не упущу шанс сделать ее по-настоящему своей.

Отпускаю ее руку, перехватываю сумку. Тяжелая, зараза.

Даша автоматически пытается забрать:

— Я сама…

— Потом сама, — отрезаю я. — Не со мной.

От собственных слов становится не по себе. Волк вскидывается, рычит. Ему не нравятся. Не может быть никакого “не со мной”. Только со мной и навсегда.

Даша больше не спорит. Идет рядом.

Шаг у нее сбитый, суетливый, плечи вперед и чуть ссутулены. В движениях обида, сомнение, испуг.

Открываю пассажирскую дверь, придерживаю. Она забирается внутрь, торопливо. Боится, что я передумаю? Боится, что сама передумает? Или что кто-то успеет ее вернуть? Оглядываюсь. Никого.

«Хвала богам, что никого», — проносится в голове. Сейчас я мог и потерять контроль.

Я закидываю сумку назад, сажусь за руль. Действую на автомате, все внимание на ней.

Она пристегивается, смотрит на меня глазами полными доверия.

— В Лозовицы? — уточняю, выруливая со двора.

Она кивает:

— В дом деда. Хочу там отдохнуть. Душой. А телом хорошенько поработать.

Голос у нее чуть севший.

Молчим пару кварталов.

Город тянется в окнах серыми коробками, сейчас даже не спасает свежая зелень, свет светофоров отражается в лобовом.

Рецепторы забивает запах.

От Даши пахнет травяным гелем для душа и дурманящим счастьем.

— Он тебя ударил? — спрашиваю, не меняя тона. Почему-то именно эта мысль приходит первой в голову. От предположения зверь рычит, скалится.