Чтение онлайн

Сетфорд поднялся.

— Я хочу сделать заявление, ваша честь, — неровно заявил он, вздернув подбородок. У всех этих свиней имелся один общий жест: вздергивать подбородок, пытаясь, видимо, дотянуться до тлеющих остатков гордости.

— У вас для этого есть адвокат, мистер Сетфорд.

— Я отказываюсь от его услуг.

По залу прошлась волна заговорщического шёпота. Обрывки фраз долетали и до Джо, но она не слушала.

— Вы уверены? — удивленно спросила Джилленхол.

— Да.

— Что за заявление, мистер Сетфорд?

Мученические вздохи судьи веселили Джет ещё сильнее, чем срывающийся голос стареющего плейбоя. Она смотрела на то, как он выходит к стойке напротив присяжных, без тени улыбки, как и было положено. У бедняжки дрожали руки, он то и дело блуждал взглядом по стенам; Джой заметила, как по его виску течет капля пота, а солнце из окна освещало блестящий лоб — тоже мокрый. Казалось, ещё немного — и он заплачет.

Сантименты.

— Я отказываюсь от, — тихо начал он, но, опять прокашлявшись, продолжил громче, — любых претензий к Рейне Ривере.

Присяжные переглянулись между собой. Зал наполнился таким гамом, что Джой недовольно поморщилась. Какая-то старая женщина — может, его мамаша — вообще стала причитать, сложив руки, будто бы она в церкви, а не в суде.

Офицер, стоящий рядом с судейским подиумом, заорал, требуя тишины. Когда все замолкли, судья сказала Сетфорду встать за стойку для свидетелей и спросила, точно ли он здоров. Он уверенно кивнул. Хороший мальчик. Хоть что-то делает уверенно.

— Тогда для чего мы здесь, скажите мне, пожалуйста? — поинтересовалась Джилленхол и сняла очки, утомленно потерев переносицу. — Поиграть со мной решили? С присяжными? По-вашему, это смешно, мистер Сетфорд? Гарольд… — покачала головой судья, уже намереваясь вставать; офицер сделал шаг к ней, но тут, наконец, Сетфорд подал голос. Это условие. Джой смотрела прямо на него.

— Подождите. Я должен признаться в том, что я…

Репортёр сзади не прерывал съёмку. Эта съёмка была для местной газетенки, наверняка Сетфорд и им заплатил, чтобы они обелили его, полив дерьмом Рей. Чтобы написали, какие неурядицы бывают — раз уж суда им, благодаря Ридду и Николсону, не удалось избежать, — и кто в итоге несёт наказание за клевету на святых праотцов, таких, как многоуважемый мистер Сетфорд. Это мог бы быть очередной случай, прямо как в новостях, прямо как из уст мальчиков в офицерской форме: бешеная лесбиянка приревновала свою подружку, которой просто захотелось нормального мужика.

Какая безнравственность.

— В чём признаться? — спросила судья, очевидно теряя терпение.

Сетфорд достал салфетку из внутреннего кармана пиджака и вытер раскрасневшееся лицо. Пот с него катился ручьем. Джой сдержалась, чтобы не закатить глаза. Даже ей уже надоела эта тянучка.

— Все было сознательно мной подстроено и выдумано. Я заплатил свидетелям за их показания. Я признаю свою вину в домогательствах к Аврил Сейфрид и прошу наказать меня за это, — твердо заявил он, глядя куда-то вверх. Джилленхол вскинула брови. Сетфорд на секунду встретился с Джой взглядом, и она постучала по своим наручным часам с едва заметным кивком. Следующая фраза, без которой его старания бы не засчитались, далась ему, как, наверное, ребенок для женщины спустя несколько часов болезненных потуг. Он выдавил: — Я грязный мерзкий извращенец.

В зале враз образовалась такая тишина, что смешок Рейны в плечо Ридду показался Джой просто оглушающе громким. Остальные вряд ли его заметили. Ридду тут же уставилась на Джет своим фирменным осуждающе-вопросительным взглядом, но Джой не собиралась ему потакать. Она равнодушно наблюдала за шоком на лице судьи, ступором офицера и безысходностью на морде главного свина в этом зале. Никому больше не было дела ни до Рейны, ни до присяжных. Первым гробовую тишину нарушил репортёр, который подошёл к Сетфорду на расстояние вытянутой руки и сделал несколько снимков. Спросил:

— Не могли бы вы повторить ещё разок?

Судья встрепенулась:

— Вернитесь на место сейчас же! — гневно воскликнула она пареньку, а потом вернула внимание Сетфорду. — Я видела многое в своей практике, но чтобы такое… Я немедленно присуждаю вам тридцать дней заключения за неуважение к суду. Со всеми остальными вашими признаниями и в том, насколько они серьезны — будут разбираться в Департаменте полиции Лос-Анджелеса. Что касается вас, мисс Ривера, — сурово сказала Джилленхол, и Рейна сразу же поднялась, — то обвинитель немедленно подписывает акт об отсутствии претензий, и вы можете быть свободны. Мы закончили. Каков шутник, вашу мать, каков шутник, Гарольд…

Дверь выхода из зала открылась, но бешеные переглядки и громкие «что за…», «как такое может быть», «что за чушь произошла только что», «а может, он накурился» продолжались до тех пор, пока офицер-который-Гарольд не разогнал это блеющее стадо сам. Джой зашла сюда первой и вышла отсюда тоже первой. Спектакль окончен. Ну, или почти окончен… В коридоре она увидела, как убитого горем Сетфорда под руку ведёт уже какой-то другой офицер, и на полпути их останавливает огненно-рыжая миссис Сетфорд. Она оставляет звонкую пощечину на щеке мужа и что-то ему орёт — из-за расстояния слышно не было — а потом, развернувшись на своих высоченных каблуках, уходит. Сетфорд рыдает.

Джой пожала плечами и вышла на улицу.

* * *

— Что за хрень, Джет? — зарычала Ридду, отыскав Джой за углом облезлого здания суда почти сразу, как Джет нашла это укромное местечко.

Поросшая травой полянка, мох под ее туфлями и отсутствие видимых камер действовали на нее почти умиротворяюще. Джой курила «Джи Сэм», прислонившись к удобному бетонному выступу; она, вообще-то, надеялась, что до тех пор, пока она курит и ожидает Рей в поле зрения, ее никто не побеспокоит, но Джессика Ридду просто обожала обламывать чужие планы.

Джой выдохнула в небо вязкое облачко дыма. Она прикрыла глаза, готовясь бороться с раздражением, но когда Джет открыла их, все оказалось в порядке. Грань, как ребро ножа, терпеливо сидела внутри нее.

— Что? — невозмутимо моргнула Джой. — Апофеоз. Или лучше сказать, как там… «Finita la commedia»?

— Не придуривайся, — мрачно произнесла адвокатесса. Она переступила поросший бордюр и подошла к Джет ближе. Джой все надеялась, что ее маленькие острые шпильки утонут в этом мхе, но нет. — Что ты сделала? Что надо сделать, чтобы он озвучил такое? Ты что, яйца ему отрезала? Как бы тебя ещё отмазывать от Джилленхол не пришлось.