Чтение онлайн

Магнус вынул из внутреннего кармана изящную клепсидру в золотой оправе, перевернул и поставил на стол. Из верхней колбы подкрашенная розовым вода начала капать в нижнюю. Дитрих прикинул, что этих часов хватит на три минуты, от силы – на пять. Видимо, разговор предстоит недолгий. Меж тем, даже три минуты беседы с повелителем рыбаков – это великая честь!

– Фритьоф, будь добр, познакомь меня со спутниками.

– Сию минуту, ваша мудрость. Это Отто, мой подмастерье с прошлой зимы.

Йориксен не назвал фамилию Отто, и магнус не переспросил. Казалось, магнус знает ее и сам, а это представление – всего лишь дань вежливости.

– Приятно познакомиться, молодой человек.

– Для меня честь, ваша мудрость!
– пролепетал юноша, снова вскакивая с места.
– Долгих вам лет и чистой воды!

– Садитесь, Отто, садитесь... Вам повезло: Фритьоф – талантливый мастер и завидный наставник.

– Чистая правда, ваша мудрость!

– Иные подмастерья начинают карьеру с семи лет черной работы: служат писарями, носильщиками, копателями. Это делается, чтобы привить добродетель послушания. Фритьоф оказал вам большую честь, когда сразу возвел в личные помощники.

– Клянусь, что не обману его доверия, ваша мудрость! Мастер Йориксен всегда найдет во мне верную опору!

– Похвально, весьма похвально...
– произнес магнус и потер ладони.

Во всей его одежде была лишь одна стариковская деталь: шерстяные перчатки. У пожилых людей часто мерзнут руки. В этом смысле владыка рыбаков не отличался от простых смертных.

Магнус повернулся к Дитриху и спросил:

– А вы, молодой человек?..

Поручика бросило в холод: он не знал, как ответить. Можно ли высказать хоть частичку правды? С другой стороны, чем окончится попытка солгать?

Не моргнув глазом, Йориксен соврал вместо него:

– Поручик Дитрих фон Дорт выполняет роль посредника между мною и клиентом.

– А клиент живет в Олландии. Поэтому вы направляетесь туда?

– Именно так, ваша мудрость. Это князь Владислав Ленц.

– О, князю повезло приобрести шёнбрун?

– Нет, речь о личном счастье его племянницы. Он посетил мою рыбалку в доме баронессы Вальбрехт и получил улов, но остался не вполне доволен. Я приглашен в родовое поместье князя, чтобы детально обсудить будушее девушки и возможности его улучшения.

Дитрих оценил маневр Йориксена. Хитрый фишмайстер увел разговор прочь от Колодцев, представив дело некою семейной консультацией. Здесь магнус не так всезнающ, как в делах рыбалки, и вряд ли поймает их на лжи.

– Понимаю, - произнес Седой.
– При той репутации, какую имеет Ольха Ленц, проблеме требуется изящное решение.

Дитрих нахмурился: у нее уже есть дурная репутация? С Ольхой и прежде случались коллизии, подобные вчерашней?.. Правду говоря, Дитрих даже теперь не считал княжну порочной. Побывав с нею в одном положении – а именно, в шкуре обреченной жертвы – поручик проникся к Ольхе еще большей симпатией. Всю вину он возлагал лишь на Катрину. Несомненно, эта прыткая девица совратила княжну!

– Потому я и взялся за дело, - уверенно кивнул Йориксен.

Он тоже считает, что Ольха – порочна? С чего вдруг?! Почему все на нее взъелись?

Тут Дитрих заметил, что магнус смотрит прямо на него. Совершенно явно, от него ожидалась реакция.

– Ваша мудрость, - сказал поручик, - я знаю Ольху как прекрасную, искреннюю, добрую девушку. Возможно, до вас дошли черные слухи клеветников.

Потирая старческие руки, магнус изрек фразу по-олландски. Дитрих покачал головой:

– Простите, я не владею этим языком.

– Я сказал: вы – хороший друг семьи Ленц. Готовность вступиться за Ольху делает вам честь.

Поручик сообразил: ага, это была проверка. Нет никаких слухов о ней, магнус лишь хотел увидеть реакцию.

Видимо, Седой остался доволен результатом: он повернулся к Йориксену и, наконец, перешел к сути беседы.

– Фритьоф, ты ведь уже понял, о чем я хочу поговорить.

– Да, ваша мудрость. Не стоит ли Дитриху и Отто оставить нас?

– Нет, зачем же! Эти честные молодые люди нам не помешают. Тем более, они и сами знают обо всем. Вы читаете “Славу империи”, юноши.

Дитрих и Отто ответили: “да”, - хотя этого не требовалось. Магнус говорил как человек, который не спрашивает, а сам давно знает. Каждая его фраза звучала подобно волне, набегающей на песок: легкий подъем посередине, плавное опадание в конце. Мерное колебание голоса успокаивало нервы и ласкало слух.

В противовес магнусу, Йориксен рубил воздух словами:

– Фон Вархайт – негодяй. Едва учуял запах мертвечины, сразу раздул сенсацию.

– О, не вини верного пса за то, что он изучил вкусы хозяина.

– Полагаете, сам кайзер?..

– Его величество попал под сильное влияние его святейшества. По вторникам и субботам кайзер ужинает с патриархом. Слуги зачитывают новости, напечатанные в “Славе империи”. Слыша о трудностях, постигших нашу гильдию, его святейшество укрепляется духом.

Йориксен фыркнул:

– Не будь это грехом, я сказал бы, что про него думаю!

– Думать подобное – тоже грех. Тем более, что в данном случае наша проблема – вовсе не патриарх. Ты же понимаешь, в чем наша проблема?

– Незнание, - обронил фишмайстер.

– Незнание, - повторил магнус и погладил клепсидру.

Тогда Дитрих заметил такое, что глаза полезли на лоб. Капли в колбах стали падать реже! Поручик ясно помнил: в начале беседы они почти сливались в струйку; казалось, их едва хватит на пять минут. Но пять минут уже прошли – и даже треть воды еще не перелилась в нижнюю колбу! Капли теперь срывались нехотя, словно горькое лекарство из тонкой пипетки.

И вот еще одно: утихли звуки за стенкой вагона! Лишь слабый шум долетал сквозь оконное стекло - далекий, едва различимый. Ни окриков вожатого, ни стука дверей, ни шипения паровоза. Казалось, это – не вагонное купе, а укромная монастырская келья.

– К сожалению, “Слава” напечатала чистейшую правду, - голосом морских волн заговорил Седой.
– Почтальон, прибывший в Дунквальд, обнаружил полный поселок мертвецов. Ни одного выжившего найти не удалось. Зверье из леса наводнило поселок и привело тела в неприглядное состояние.

– Но это сделали не звери, - сказал Йориксен.

– Конечно, нет. Четыреста человек, в том числе три взвода солдат, не по зубам никакой волчьей стае.

– Кто их убил?

– Плачевно то, как много времени упущено. Почтальон сообщил городским властям, и те потратили целый месяц, пытаясь разобраться своими силами. Потом передали дело в губернский город, оттуда прислали своих следователей – и потеряли еще два месяца. Лишь потом узнал я... Все случилось весной, а мои люди добрались туда в конце лета. Можешь представить, что осталось от тел. Но даже кости сказали нам кое-что: на одних скелетах имелись следы от зубов и когтей, на других – от ножа или пули, а третьи трупы были вовсе разорваны на части. Убийц было много. Не все из них являлись людьми.